— На корабле— Чего я не знаю?

— Чего я не знаю?

— На корабле будет враг. Скажем так, Доппельгангер.

— Кто? — не понял я.

— В западной мифологии так называют двойника человека. Который собрал в себе все самое темное. То есть, это не тот, за кого себя выдает, — проговорил Звеньевой. — Внешне — свой в доску. Внутри — темная вражина.

— Доппельгангер, — повторил я, будто пробуя слово на вкус. — Оборотень. Понятно. Не понятно тогда, зачем пускать на борт всю эту шушеру из политиканов. Чтобы этому дюпельному гангеру легче было просочиться на борт? Вон, даже из Штатов один затесался.

— Доктор Бартон. Нобелевский лауреат.

— И гражданин враждебного блока, — добавил я. — А лорд Ховард! Он вообще профессиональный ненавистник системы социализма!

— Он директор Института контакта, — улыбнулся Звеньевой. — То есть контакт — это его профессия.

— Ну да, рассказывайте, — хмыкнул я. — Эти люди угроза уже по факту принадлежности к стану противника.

— Если бы все было так просто, — махнул рукой Звеньевой. — Хуже, когда бьют оттуда, откуда не ждешь.

— И как нам вычислить врага? — я внимательно смотрел на моего куратора, которому уж по-всякому известно куда больше моего.

— Контроль. Учет. Наблюдение. Провокация, — произнес он размеренно, как на лекции.

— И как я один с этим справлюсь в открытом космосе? — возмутился я. — Тем более, что я специалист по Предметам, а не по оборотням и нетопырям!

— Поможем, — примирительно проговорил Звеньевой. — С тобой будет группа Волхва. Он специалист именно по нетопырям…

Глава 11

Я поглядел на себя в зеркало. Ну что же, красавец, гроза дамских сердец! Рост внушительный, плечи молодецкие. Синий мундир заатмосферных сил, на плечах золотые погоны, на груди две Звезды Героя Советского Союза.