Пролог
Была середина лета и разгар курортного сезона. Заходящее солнце отбрасывало широкую красную ленту на тихой глади воды. Темнота и прохлада вечера быстро входили в свои права. Легкий летний бриз и плещущаяся о камни вода венчали приятную для слуха мелодию в этом уединенном и безлюдном месте. Где-то на горизонте, в красной ленте заката, маячила утлая лодка, за которой с берега посматривали двое мужчин, что удобно расположились за небольшим столом, стоящим у кромки воды. Два кресла за столиком оставались свободными, отчего один из них, южный брюнет, вольготно развалившись в своём, бесцеремонно закинул ноги в пустующее, в то время как другой, скандинавский блондин, облокотившись на подлокотники и скрестив пальцы у подбородка, поджал ноги под креслом так, словно готовился куда-то бежать. И вместе они с интересом наблюдали, как хрупкая девушка в одиночестве спускается к гостинице по крутому скальному склону, хватаясь за кустарники, словно лестничные перила.
– Нашла-таки, – с иронией заметил первый.
Шаг, ещё шаг и ещё. И ещё.
– Таки нашла, – невесело усмехнулся второй.
И вот она уже скрылась в дверях гостиницы, оставив мужчин своим занятиям.
– Здравствуйте, – поздоровалась гостья, войдя в небольшой и мрачный холл. – Я бы хотела зарегистрироваться. У вас есть свободные комнаты?
– Да, – ответил бесцветным голосом высокий и долговязый парнишка, без дела прозябающий за стойкой администратора, – но для этого вам придется подняться наверх, – и он указал на лестницу, – к хозяйке.
Ему кивнули, несмело улыбнулись и послушно направились в указанном направлении.
– По коридору и до конца, – бросил вдогонку парень.
Для этого времени года в гостинице было непривычного пусто и тихо. Не встречая иных постояльцев, гостья неспешно шла по широкой парадной и с любопытством заглядывала в длинные неосвещенные коридоры. И только поднявшись на мансардный этаж, заметила в конце коридора узкую полоску света, что вырывалась из приоткрытой двери. Решив, что это и есть комната хозяйки, направилась туда. Тишину нарушала лишь её легкая поступь по старым ковровым дорожкам, когда за многочисленными дверями, мимо которых она проходила, не слышалось ни звука, ни шороха. Казалось, везде была совершенная пустота.
– Можно? – тихо постучав, девушка чуть шире приоткрыла дверь и робко заглянула в комнату. – Здравствуйте! Мне сказали… – слова замерли на её устах, а глаза округлись, выражая одновременно растерянность, страх и недоумение.
В темной безоконной келье за старым письменным столом сидела дряхлая старуха, которая старательно что-то записывала в потрепанной от времени огромной книге. Из-за своего облачения она могла бы сойти за монашку, если бы не взгляд, обращенный к гостье, от которого у пришедшей похолодело в груди и подогнулись колени. Старясь не поддаваться панике, девушка стала медленно отступать в темноту коридора. И старуха стала медленно подниматься, отчего пламя свечи, одиноко горевшей на столе, заиграло, и по убогим стенам побежали зловещие тени, заставив гостью в ужасе метнуться в ближайший выход, который она успела заметить в этом конце коридора.
Здесь вниз вела узкая винтовая лестница. И девушка заспешила на тусклый свет, маячивший где-то внизу, однако чувство погони заставило её пуститься наутек, поскольку мужества обернуться и посмотреть назад не находилось. Опасаясь упасть и покатиться кубарем, беглянка хватко цеплялась за железные перила, не замечая ни боли в пальцах, ни крови на ладонях. И бежала. Бежала. Бежала… Бежала, что было сил, но лестница, уходя все ниже и ниже, казалась бесконечной. Наконец спасительный свет стал совсем близок: она практически влетела в него и… отпустила спасительные перила.
Прислушалась: на лестнице тишина, чувства погони нет. Успокоилась и стала оглядываться: вместо холла со старыми креслами, кадкой с увядшим цветком и стойкой администратора взору открылся длинный безликий серый тоннель.
Шумно и недовольно выдохнув, девушка наклонила голову на бок, криво улыбнулась и, уперев руки в бока, стала осматриваться, решая, куда двигаться дальше. Это место ей было знакомо: она не единожды бывала тут, встречала друзей и недругов, но так и не нашла искомого. И вот она снова здесь, и нужно не ошибиться, выбирая направление. «Туда? Или сюда? Направо или налево?» – сузив глаза, напряженно решала, напрочь забыв и о странной гостинице, и о старухе, и о своём страхе, ибо предвкушение скорого свидания уже занимало все её мысли и помыслы.
Неожиданно вернулось чувство погони. Спиной почувствовала: старуха рядом, хотя тишина ничем и никем не нарушалась. Обернулась и стала ждать: вызывающая улыбка играла на её губах, а в глазах светился воинственный огонь, в то время как тело начинало цепенеть, становясь чужим и бесчувственным. Минута… Секунда… Мгновение…
С длинными седыми развивающимися волосами старуха стремительно вылетала из коридора и с ходу ударилась в ожидающую её девушку, разорвав последней грудную клетку.
От удара Виктория отлета к стене и осталась недвижима, чувствуя, как затягивается зияющая в груди дыра. Старуха осталась внутри. И наступила вечность…