— Эндрю, — вместо привествия сказала Эбби. — С возвращением. Без тебя всё было иначе.

пазла и взглянула на Миниярда.
— Эндрю, — вместо привествия сказала Эбби. — С возвращением. Без тебя всё было иначе.
Миниярд молча сверлил её взглядом. Эбби подождала пару секунд, а потом, когда поняла, что не получит ответа, неловко обернулась к остальным Лисам.
— Думаю, к моему приезду еда будет уже готова. Скоро вернусь, ладно? Постарайтесь не переубивать друг друга, пока меня нет.
— Спасибо, — искренне отозвалась Дэн.
Бросив последний короткий взгляд на Эндрю, Эбби ушла. Едва за ней закрылась дверь, объявился Ваймак. Нейл всерьёз задался вопросом, тренер действительно просто курил или специально тянул время, чтобы дать команде возможность самостоятельно акклиматизироваться к возвращению Эндрю и травмам Нейла; точно так же, как он поступил в сентябре, оставив их наедине с горем Элисон. Вздёрнув бровь, Ваймак посмотрел на Мэтта, а затем перевёл взгляд на Нейла и Эндрю.
— Разве мы не договаривались о том, что нельзя убивать своих товарищей по команде? — уточнил Ваймак. Эндрю сделал вид, что не услышал его, поэтому тренер огляделся по сторонам. Ему потребовались доли секунды, чтобы понять, что одной Лисицы не хватает. — Элисон только что была здесь. Куда она делась?
— Она пошла посмотреть на плакаты чемпионата, — пояснил Нейл.
— Вернётся, когда наплачется, — добавил Ники.
— Она не плачет, — возразил Нейл.
Ники усмехнулся:
— Пять баксов, что плачет.
Это была грубая, топорная попытка поднять всем настроение. Это никак не должно было задеть Нейла. Возможно, ещё месяц или два назад и не задело бы. Он знал, что все Лисы были одержимы разного рода спорами и пари; они ставили буквально на всё: от итоговых оценок Эндрю и его несуществующих отношений с Рене до того, кто первым кинется с кулаками в том или ином конфликте. То, что эти люди спокойно гребли бабло на чьей-то психологической травме, не стало для Нейла новостью или неожиданностью, но сегодня он был совсем не в настроении мириться с этим. Встреча с Эбби и так порядком истощила нервы, поэтому сейчас он едва держал себя в руках перед командой. Едкий запах сигарет, который Эндрю принёс с собой на воротнике пальто, стал последней каплей.
С трудом сдерживая резкость в голосе, он процедил сквозь зубы:
— И не стрёмно тебе делать ставки на чужое горе.
— Воу-воу, — Ники вскинул перед собой руки словно защищаясь. — Не хотел никого обидеть. Не заводись. Я просто попытался облегчить ситуацию.
— Лучше облегчи свой стул и сходи проверь, как у неё дела, — потребовал Ваймак. — Нам предстоит многое обсудить сегодня, и я не могу начать, пока она не вернётся. Поверь мне, она будет злее, если мы начнём без неё, чем если ты просто нарушишь её одиночество. И да, я имею в виду тебя, Хэммик. Не хочу, чтобы Нейл двигался больше, чем нужно.
— Я спокойно могу ходить, — возразил Нейл.
— Безмерно горжусь тобой, — отмахнулся Ваймак, — но тебя не спрашивал.
Тяжело вздохнув, Ники выпихнул себя из кресла и вышел.
Эндрю впился кончиком пальца в ямочку над ключицами Нейла, требовательно привлекая к себе внимание.
— Сядь и успокойся.
Отмахнувшись от руки Миниярда, Джостен вернулся на диван. Эндрю сел посередине, поэтому Нейл занял сводное место по руку от него. Тело уже начало жалеть о необдуманном вмешательстве в эту драку, но когда Нейл встретился взглядом с Мэттом, тот благодарно кивнул в ответ. Нейл посмотрел на Эндрю, пытаясь оценить нынешнее настроение, а затем проследил за его сосредоточенным взглядом вниз. Вытащив маленький нож, Эндрю ловко и уверенно вертел им в руке. Это был не один из тех, что Миниярд прятал под своими повязками, но Нейл совсем не удивился тому, что не узнал его. Он практически никогда не видел один и тот же нож дважды.
— Это вовсе не так интересно, — скучающе заметил Эндрю.
— Нет, — согласился Нейл.
Он не знал, как объяснить ту сложную эмоцию, которую вызывало заточенное, быстро мелькающее лезвие. Отца ведь не просто так прозвали Мясником: его любимым оружием всегда оставался мясницкий нож, острый, но достаточно увесистый, чтобы за один раз легко отрубить конечность. До ножа Нейтан Веснински использовал топор. Он по-прежнему отдавал предпочтение топору, когда действительно хотел заставить кого-нибудь страдать. Со временем лезвие топора притупилось, поэтому приходилось прикладывать дополнительные усилия, чтобы пробить кость. Однажды Нейлу довелось увидеть этот инструмент за работой, как раз в тот день, когда он впервые встретил Рико и Кевина на стадионе Ивермор.
— Просто… — подбирая слова, Нейл заметил, что разговоры в комнате заметно притихли.
Старшекурсники пытались незаметно подслушивать. Нейл выбрал самое смутное и расплывчатое пояснение