Долго ждать не пришлось. Вскоре к ним подошёл мужчина среднего возраста и ...

. Он доброжелательно улыбнулся и пожал каждому руку. Заметив синяки на лице Нейла, удивленно приподнял брови, однако ничего не спросил.
— Меня зовут Алан Слоски, главный лечащий врач Эндрю. Спасибо, что пришли.
— Главный? — переспросил Ники. — Скольких ему назначили?
— Четырёх, — заметив замешательство на лице Хэммика, он пояснил. — Достаточно часто наши пациенты помещаются под наблюдение нескольких врачей одновременно. Например, я провожу сеансы групповой терапии, с моим коллегой они видятся на интенсивной, во время которой могут поговорить один на один, есть отдельные специалисты, которые дают рекомендации по медикаментам. Я лично подбирал врачей Эндрю, уверяю вас, одни из лучших в своём деле.
— Уверен, это очень помогло, — едко прокомментировал Аарон.
Судя по взгляду, которым Слоски окинул Аарона, он определённо заметил сарказм в его голосе, однако внимание заострять не стал. Нейл задумался, было ли это проявлением сдержанности и рассудительности или неосознанным подтверждением поражения и бессилия.
— Могу ли я рассчитывать на вашу поддержку в ближайшие дни? Если возникнут какие-либо вопросы или вам понадобится консультация о том, что делать дальше, пожалуйста, не стесняйтесь и звоните мне. Я оставлю свою визитку.
— Спасибо большое, у нас есть Бетси, — ответил Ники, но, заметив замешательство доктора Слоски, попытался объяснить. — Доктор Добсон?
— Ах, да, — Слоски понимающе кивнул. Он обернулся через плечо, окинув взглядом пустой коридор, задумался, а затем жестом указал на зал ожидания по соседству. — Пожалуйста, располагайтесь. Он должен спуститься с минуты на минуту. Ему осталось только выписаться из палаты.
Они свободно расселись по комнате. Ники и Аарон на отдельных стульях, а Кевин с Нейлом заняли диван. Джостен упёрся взглядом в камин, не видя и не замечая его. Его мысли были за полмира отсюда, дрейфуя где-то между Ливаном и Грецией. В комнате было тихо, тепло и уютно – Нейла начало клонить в сон. За плечами оставались две или даже три недели сплошного недосыпа. Их придётся наверстывать. Ночи с Воронами были короткими, полные боли и насилия. Наверное, они и подорвали самочувствие Нейла больше всего прочего. Он даже не заметил, что почти уснул, пока не услышал приглушённое щебетание Кевина на французском.
— Я знаю, каков он, — тихо сказал Дэй, вперив взгляд в руки. — Рико. Если хочешь, можем поговорить об этом.
Это была самая неловкая и странная фраза, что Кевин когда-либо говорил ему. Дэй славился своим талантом, а не чуткостью и состраданием. Сочувствие и чувство такта были настолько же чужды ему, как и немецкий, на котором говорили братья. Подобная попытка стала полнейшей неожиданностью для Нейла. Словно ему нанесли мягкий бальзам на каждый ушибленный сантиметр тела.
— Спасибо.
— Я знаю, на что он способен, хотя и не могу… — Кевин беспомощно взмахнул руками. — Рико всегда был жестоким, но он нуждался во мне, чтобы добиться успеха. Мы вдвоём были наследниками экси; он часто причинял мне боль, но существовали границы, которые он не пересекал. С Жаном всё обстояло иначе. Гораздо хуже. Его отец задолжал Морияме огромную сумму. Хозяин списал этот долг в обмен на Жана. Он стал не больше, чем просто собственностью. И к тебе они относятся так же.
— Я не их собственность, — севшим голосом напомнил Нейл.
— Я говорю о том, как ты выглядишь в их глазах. Я понимаю, что он не сдерживался.
— Это не важно, — прозвучало абсолютно неубедительно, однако Дэй не стал заострять на этом внимание. — Всё кончено, и я вернулся туда, где хочу быть. Теперь важно только то, что будет происходить дальше.
— Всё не так просто.
— Знаешь, что действительно непросто: неожиданно узнать от Жана, что тренер твой отец, — сказал Нейл, и Кевин заметно вздрогнул. — Ты вообще собираешься ему рассказать?
— Собирался, когда заключал контракт, — тихо признался Кевин. — Я не смог.
— Кого ты пытаешься защитить? Его или себя?
— Возможно, нас обоих, — задумался Дэй. — Хозяин не такой, как его брат, не такой, как Рико. Для него поле – это полноправные владения, над которыми он установил абсолютный, незыблемый контроль. Он никогда не выступал против тренера, просто потому что никогда не видел в нём реальную угрозу. Я не знал, как моё признание изменит это. Я не мог так рисковать. Возможно, когда всё закончится, я расскажу ему.
— Подходящий момент никогда не… — заметив движение в дверном проёме, Нейл осёкся на полуслове, полностью забыв, о чём говорил.
Эндрю стоял у дверей вместе с Слоски за спиной. Он был одет в ту же чёрную водолазку