Россия, как говорит Дмитрий Тренин, одинокая великая держава. Это одиночество в лишний раз подтвердилось на прошлой неделе. После семи с половиной лет балансирования по крымскому вопросу Лукашенко наконец четко проговорил, что «Крым де-факто – это российский Крым, а после референдума и де-юре Крым стал российским». Лишь оказавшись в безвыходной ситуации, ближайший внешнеполитический союзник Москвы пошел на этот символический шаг
Однако Артем Шрайбман уверен, что заявления Лукашенко вряд ли приведут к чему-то прорывному и в отношениях с Кремлем. Поддержка российской позиции по Крыму была бы оценена по достоинству, если бы проявилась тогда, когда она чего-то стоила Минску. А дружеский жест от безысходности, когда многовекторность перестала давать плоды, оставляет ощущение не самого искреннего шага.
Лукашенко сделал свое сенсационное заявление на фоне бурлящей опасности на российско-украинской границе. Начала войны на Украине ждут чуть ли не все. Примет ли президент Путин роковое решение? Дмитрий Тренин считает, что однозначных ответов относительно возможных действий Москвы нет. Вне зависимости от того, вступит Украина в НАТО или нет, ее превращение в непотопляемый авианосец США у российских границ для Кремля столь же неприемлемо, как для Белого дома было неприемлемо превращение Кубы в такой же авианосец у берегов США 60 лет назад.
Пока остальной мир пытается предугадать, как далеко зайдет эскалация вокруг Украины на этот раз, сама страна погружается во внутриполитический кризис, уже ставший самым тяжелым за время президентства Владимира Зеленского. Уход в оппозицию Дмитрия Разумкова превратил экс-спикера в опасного конкурента, вокруг которого начали собираться все недовольные президентскими решениями. А теперь у новой оппозиции есть и потенциальный спонсор – крупнейший украинский магнат Ринат Ахметов, обеспокоенный курсом Зеленского на деолигархизацию. Подробности – в последней статье Константина Скоркина.
Остальная Европа все никак не оправится от газового кризиса давно перестал быть новостью – он тянется уже несколько месяцев, с сентября цены за тысячу кубометров держатся на невиданном уровне $1000 и выше. Почему СПГ не сыграл стабилизирующей роли во время кризиса, и как этот опыт скажется на будущем газовых отношений Европы с Россией, рассказывает Сергей Капитонов.