Когда туман в глазах и шум в голове рассеялись, Казимир обнаружил себя сидящим на земле. Он очень удачно попал на сухую землю, прямо в метре от болотистого берега смердящей гнилью реки.
Голова гудела, а в глазах плыли круги и сверкали звёздочки. Он ещё не пришёл в себя, но решил, что надо срочно встать, потому как слышал сквозь гул в ушах какие-то надрывные крики, с истеричными нотками и глухие удары будто дерево об дерево. Приподнявшись на корточки и опираясь на руки, он всё таки не удержался и пропахал лицом сочную, влажную от холодной утренней росы траву. Из глаз полетели искры, но полукровка совладал с собой и всё же поднялся и обернулся. В природе звуков он не ошибся - молодая тонкая эльфийка с прозрачной кожей с остервенением молотила внушительным суком об огромный дуб, только щепки летели.
Что-то смутно знакомое он заметил в ней. Подойдя поближе он понял - платье. То самое платье в котором Омра взошла на пьедестал Машины болталось сейчас на хрупкой фигуре грязно ругавшейся эльфийки.
- Аааааргх! - Дубина врезалась в дерево, мелкая щепа разлетелась во все стороны, - Ящер тебя подери! Аааааргх! - Дубина треснула по длине, - Орочий ятаган тебе в задницу! Аааааргх! - Дубина не выдержала испытания и разлетелась в нежных окровавленных ручках на несколько кусков, - Проклятый человеческий ублюдок!
С последними словами она обмякла и села в траву, подвывая и бранясь. "Теперь можно и подойти," - подумал Казимир и приблизился к девушке, которая только что выказывала недюжинную силу и ярость.
- Помочь? - спросил полукровка, не решившись спрашивать про платье.
- Чем ты мне поможешь, Казим? - Безучастно спросила эльфийка не поднимая головы и Казимир отпрянул.
- Откуда ты знаешь моё имя? - удивлённо спросил он.
- Вот дубина! - Горько усмехнулась она, - Был бы умнее, не задавал бы тупых вопросов и сразу бы обо всём догадался.
- Простите, о чём я должен догадаться?
Эльфийка поднялась на ноги, обернулась к нему и посмотрела в глаза. Казимира пронзила страшная догадка.
- Омра? Нннно...как? - Голос его дрогнул.
- Видимо, этот придурок чего-то намудрил. Другого объяснения я точно не нахожу. Козёл. - Она хмыкнула и посмотрела на свои окровавленные ручки, - Дверь я теперь кулаком точно не пробью. Больше всего я боялась, что вместо тебя прибудет какой-нибудь кролик. Эльфийка. Какая ирония. Кто угодно, но только не эльфийка.
Она всхлипнула, и полукровка с удивлением заметил застывшие в её глазах слёзы.
- Надо выпить, - Констатировал Казимир, - Веди. Ты лучше знаешь куда. Только сначала в магазин. Тебе надо переодеться. Не переживай, я захватил денег. Валюта та же.
Они зашли в ближайший магазин и купили узкие брючки и лёгкую воздушную блузку. Казимир смущённо отвёл глаза в примерочной, когда она примеряла одежду. Стройное, гибкое тело, высокая грудь, тонкая, в рюмочку, талия, широкие бёдра потревожили его. Платье орчихи полетело в ближайшую урну. В аптеке они купили билеты и перекись, обработали разбитые в кровь руки Омры.
Затем они отправились в ближайший паб. "Утка в пиве" встретила их шумом, запахом ароматного запечёного мяса с травами и стойким винным амбре.
- Сначала поедим. Я голодная, как волк, - поставила его в известность Омра и впилась крепкими зубами в исходящую соком и ароматом запечённую в горчично-медовом соусе свиную рульку.
- Вам хлебушка принести? - спросила полная пожилая орчиха, с опасением, удивлением и уважением покосившись на хрупкую эльфийка с аппетитом уминающую рульку, обсасывающую каждую косточку, хрумкающую поджаренной молодой картошечкой. Омра одобрительно промычала отпивая добрых полстакана пенящегося эля.
- Ещё эля, - попросила она у трактирщицы через двадцать минут, сыто отрыгнув и утирая лицо салфеткой. Казимир тоже от души поел, но был удивлён зверским аппетитом спутницы.
- Что? - С вызовом спросила она поймав его ошалевший взгляд, - Я всегда много ем, когда нервничаю. А в моём положении не нервничать сложно. Ума не приложу что теперь делать. У меня и в моём привычном виде было мало шансов, а теперь и подавно - никто не станет слушать эльфа, к тому же девушку.
- Не переживай, что-нибудь придумаем.
- Кто бы мог подумать! - Голос раздался откуда-то справа, прямо над Омрой навис огромный, мускулистый орк с выбитым глазом и порванным правым ухом, - Кто это у нас здесь? Прекрасная маленькая птичка не боится обедать в самом злачном месте трущоб? Да ещё с полукровкой!
Омру обдало горячим дыханием с запахом гнилых зубов.
- А ты что-то имеешь против, Ганзал? - пьяно, с вызовом спросила Омра поднимаясь из-за стола, - Единственное, что мне тут грозит, это умереть от твоей вони! Ик! Дядя Ш'Таар давно тебя не порол, а твоя бедная матушка давно не зашивала твою наглую морду?
Орк, бывший её соседом, задохнулся от возмущения и что-то проревел в ответ, но его слова потонули в хохоте, наполнившем паб. Орки, молодые и старые, большие и не очень ржали так, что у Омры заложило уши. Один даже упал со скамьи и не мог подняться от смеха.
Хозяйка паба, несколько раз ударила огромным черпаком по металлической крышке от кастрюли. Раздавшийся оглушительный звон заставил орков замолчать, лишь иногда откуда-то раздавались сдавленные смешки и похрюкивания.
- Ну-ка, замолчали все и расселись, а иначе я пройдусь этим черпаком по вашим пустым черепушкам! - Мохнатые брови орчицы были строго сведены к переносице, - Ганзал, тебе лучше сесть на место! Ставлю свой паб, эта эльфийка и её спутник не так просты!
- Да кто бы нам поверил! - Омра совсем разошлась и пошатываясь взобралась на стол, встав в полный рост, - А я много чего могу рассказать! Например, что через несколько дней, а конкретно пятого октября этого года, вся ваша привычная, никчёмная жизнь рухнет в одночась-ик-е! И вы! Да-да! Всё вы! - она обвела всех злым взглядом, - бросите свои дома и ломанётесь отсюда, подгоняемые нечистью! Побросаете свои пожитки! Ик! И побежите! Будете стараться защитить свои семьи, только бестолку! Не будет мира в привычном нашем понимании! А всё потому, что защищать! Ик! Надо сейчас! От вашего же грёбанного правительства! От их необдуманных и эгоистичных целей! От военной гонки! От ядерного оружия, которое и положит начало концу! Ой!
Омра сверзилась со стола, прямо на руки к Казиму и отрубилась.
Ей снилось, что она снова орчиха, которая поднимает боевой топор мощной рукой с воинственным криком и ведёт в бой своих сородичей. Ведёт на штурм дома из золота и стекла.