Россия потратила на организацию турнира около 240 млн рублей
На следующей неделе в японской Осаке должен был пройти Финал Гран-при. Но соревнования отменили из-за нового штамма коронавируса. В Международном союзе конькобежцев (ISU) пообещали подумать о том, чтобы провести турнир в самом конце сезона, после Олимпийских игр и чемпионата мира. О переносе в другую страну речи не было.
10 лет назад Япония тоже не смогла принять фигуристов. Тогда в Токио готовились к чемпионату мира. Но за полторы недели до начала соревнований на северо-востоке страны произошло девятибалльное землетрясение. Последовавшее за ним цунами всего за пару минут береговую полосу в руины. В отдельных районах высота волны достигала 20 метров. На атомной электростанции «Фукусима-1» вышли из строя дизель-генераторы. Это привело к остановке систем охлаждения реакторов. В трех из них расплавилось ядерное топливо, оказались неизбежны утечки радиации.
По официальным данным, трагедия унесла жизни более 15 тысяч человек. Еще около трех тысяч считались пропавшими без вести. Несколько дней в этом списке числились российские фигуристы, будущие двукратные чемпионы Сочи-2014 Татьяна Волосожар и Максим Траньков, а также их тренеры Нина Мозер и Станислав Морозов.
«Мы прибыли в Токио рано утром 11 марта, — вспоминал Максим Траньков в автобиографии «Две стороны одной медали». — Нас встретили и посадили в поезд. Едем, остановка в Шин-Йкогама. Все спят, я смотрю в окно. И вдруг поезд начинает качаться, народ просыпается. Смотрим в окно, а там ад. Люди держатся за столбы, потому что трясет так, что идти невозможно, выбегают из зданий, все ходит ходуном. При этом в поезде спокойно — японцы что-то говорят, читают газеты. Час стоим, два стоим, три… пять часов. Темнеет. Никаких объявлений, мы вышли за едой. Вернулись. Телефон не работает вообще. В какой-то момент поезд поехал, а мы решили, что все успокоилось».
Россияне ехали в Фукуоку и планировали провести в пути не больше 8 часов. Но пришлось выйти на промежуточной станции — в Осаке, где с трудом нашли один свободный номер в гостинице.
«Мы голодные, пошли со Стасом за едой, все купили, вернулись и нашли в отеле двух бледных женщин. Оказалось, Таня и Нина Михайловна включили телевизор. И тут до нас, наконец, дошло, что произошло… Землетрясение, цунами, мы видим съемку, как смыло целый поезд, разрушена часть Токио, причем через 20 минут после того, как мы отъехали».
Дворец спорта, в котором должен был пройти чемпионат мира, совершенно не пострадал, но проводить турнир в атмосфере всеобщего горя было просто бесчеловечно. Правда, совсем отказываться от соревнований в Японии не хотели и предложили ISU обсудить вариант с переносом на более поздний срок. Оттавио Чинкванта, который в то время возглавлял организацию, говорил про октябрь 2011 года. Эта идея сильно не понравилась большинству спортсменов и тренеров. Чтобы додержать приличную форму до осени, им пришлось бы тренироваться все лето, то есть пройти без отдыха два сезона.
В итоге руководство ISU решило сдвинуть сроки проведения турнира на месяц и выбрать новую страну-хозяйку. Россия, естественно, оказалась в числе кандидатов. В стихийной борьбе с Москвой не устояли американские Лэйк-Плэсид и Колорадо-Спрингс, австрийский Грац, хорватский Загреб и финский Турку. Чемпионат мира отправили в «Мегаспорт». Интересно, что всего за шесть дней до предполагаемого заезда фигуристов, на арене еще играли в теннис (российские девушки не пустили в финал Кубка Федерации итальянок).
Принимая решение, в Международном союзе конькобежцев учитывали, что в России действует ускоренный порядок выдачи виз для участников крупных спортивных соревнований. Кроме того, российскую заявку активно поддерживал Владимир Путин, тогда — премьер-министр страны: «Мы ни на чем не настаиваем, но если нужно подставить плечо, мы это с удовольствием сделаем. Это недорогое мероприятие, мы вполне могли бы взять все расходы на себя».
По словам Виталия Мутко, занимавшего в то время пост министра спорта, туризма и молодежной политики, проведение турнира обошлось России примерно в 220-240 млн рублей.
«Как правило, Международный союз конькобежцев покрывает до 80 млн. В этот раз деньги ушли Японии, где мы их по понятным причинам оставили, — объяснял министр. — Расходы мы сумели отбить продажей билетов и спонсорскими контрактами. Могу сказать, что треть денег мы вернули. Несмотря на убытки, мы получили выгоду. Миллионы поклонников из России получили возможность посмотреть фигурное катание. И дали возможность нашим ребятам почувствовать ту атмосферу, которая будет на Олимпиаде в Сочи».
Россияне тогда завоевали две медали: Артур Гачинский — бронзу, а Татьяна Волосожар и Максим Траньков — серебро. Это был их первый совместный чемпионат мира.
«Я помню, что на трибунах собрался весь бомонд фигурного катания, и я вижу, как стоя аплодируют Тарасова, Мишин, Роднина, Водорезова, — вспоминал Траньков. — Мы стали второй парой в мире. Для нас с Таней это было чем-то фантастическим. Про нас заговорили, мы стали звездами, нас начали узнавать на улицах, мы вошли в элиту фигурного катания. А в Японии нам предложили приехать на шоу — они оценили то, что мы были с ними в самый трагический час для их страны».
Подписывайтесь на канал «Ведомости Спорт»
Читайте также:
Как токийская Олимпиада стала самой экологичной в истории
Как пенсионер из Махачкалы исполнил свою мечту о кругосветке
Изгнание, тюрьма, смерть: чем грозили советским спортсменам попытки заработать