Григорий Петрович был солидным человеком, всегда был в курсе всех событий в стране и в мире, и конечно же в своём родном городе, где проживал шестой десяток лет.
Последняя тема, которой он горячо интересовался, была темой актуальности прививочной компании. Сам он прививку делать не хотел, так как позиция антиваксеров ему была ближе и понятнее, да и «борцовский дух», который в нем сидел всю его жизнь, подстёгивал и в этой ситуации не сдаваться до конца.
Григорий Петрович уже третий день прислушивался к себе. В выходные был дома, а отдышка как будто бы на третий этаж быстро поднялся. «Что-то не то», думал он, «нет, нам не нужны ни какие проблемы со здоровьем. Завтра надо уже овощи на Оливье варить и Утку размораживать!»
Перед сном перечитав список симптомов ненавистного коронавируса, убедился, что таковых у него нет, и лёг спать.
Сон был какой-то тяжелый и прерывистый, так как в нем он оказался в новогоднюю ночь на больничной койке. Вокруг него медленно ходили антиваксеры и говорили, что симптомов у него нет и организм должен сам бороться!
Вдруг неожиданно в палату вошла его жена. Положив на тумбочку три мандарина сказала: « С Новым Годом, Гришенька! Тебе вставать нельзя, я вот тебе Утку принесла, если что в туалет сходишь!».
Григорий Петрович резко открыл глаза, включил свет и начал мерить температуру, 39, 2. «Сон в руку, зацепило все- таки!»