Когда титры сообщили, что это фильм Авдотьи Смирновой, моё сердце ёкнуло. Не та ли это Авдотья, что когда-то на НТВ была просто молодой Дуней (с претензиями) и сидела рядом со старой Таней (с ещё большими претензиями) в программе «Школа злословия» (здесь претензии просто фонтанировали)?
Оказалось, та самая. Желание смотреть кино сразу пропало. Но любопытство победило. А вдруг исправилась, поумнела, избавилась от претензий?
К сожалению, надежды мои не оправдались. Больше двух серий «Вертинского» я одолеть не смог. Замучил рвотный рефлекс, вызванный очередным «шедевром» Дуни.
На нашем телевидение много всякой дури мелькает. Дунина дурь выделяется. В ней есть претензии на утончённость, элитарность, духовность. Но кроме претензий у Дуни ничего не получается.
И вот взялась Дуня за дремучую древность нашей эстрады – за Вертинского. Наверное, он был неплохой артист. Во времена моей молодости (а это было очень давно) о нём уже не вспоминали. Эстрадные артисты быстро забываются, как только покидают сцену. Для современной молодёжи Вертинский – пустой звук.
Интерес представляет время, в котором жил Вертинский – Первая мировая война, Октябрьская революция, гражданская война, строительство на территории бывшей Российской империи нового мира.
По мнению Дуни, талантливая творческая личность в такое время не может выжить без кокаина, коньяка и бесконечных любовных приключений. Само это героическое и переломное для нашей истории время показано в фильме в виде набора винтажных картинок.
Ради этих картинок Дуня, по-видимому, освоила немалый бюджет. Где источники финансирования подобного рода творчества?
Про Советскую власть говорили, что она не жалеет денег на идеологию. Современная власть, а это власть олигархической и компрадорской буржуазии, тоже не жалеет денег на идеологию. Ради искажения нашего прошлого, ради стирания исторической памяти работает гигантская, заточенная на антикоммунизм, пропагандистская машина. Дуня её верный и стойкий солдат. Она вместе с Чубайсом и прочей нечистью упорно вбивает гвозди в гроб коммунизма.
Плохо это у Дуни получается, не убедительно. Её Вертинский почему-то похож на Моргенштерна. Хотя, возможно, именно такую задачу она ставила, чтобы осовременить грустного Пьеро, сделать его более понятным для молодёжи.
Не так давно к Дуне пришла Ксюша и они поговорили за жизнь. Разговор шёл на фоне стеллажей с книгами. Можно было бы не суетиться, не создавать фон, а просто поговорить на кухне за чашкой чая, но кто бы тогда догадался, что разговаривают не просто две особы с претензиями, а умные, утончённые, высокоинтеллектуальные женщины. Элита, понимаешь ли.
В этом разговоре Дуня назвала себя правой либералкой. Кто бы сомневался? Левую либералку Чубайс бы к себе на расстояние пушечного выстрела не подпустил.
А мне показалось, что Дуня что-то не договаривает. Она правее самого Чубайса. Она, как слесарь-интеллигент со средним образованием Полыхаев из «Двенадцати стульев», настолько правых убеждений, что даже не знает, к какой партии себя отнести.
Для этой несуществующей пока партии создавала Дуня своего «Вертинского».