– Да, вел себя по-рыцарски, – усмехнулась я. – Так развлекал меня по дороге. Смотрела «Таксист»[8]? Вот, он в точности Роберт де Ниро, только больше помалкивает.
Шарлотта широко раскрыла глаза и дернула головой, указывая на горничную, которая выразительно поджала тонкие губы. Я не понимала, о чем мне Шарлотта сигналит, но на всякий случай заткнулась. В этот момент часы на камине – Когсворт из «Красавицы и чудовища»[9] – начали бить, и Шарлотта заверещала:
– Боже, посмотри, который час! Все, чай ты попила, – я только глоток и успела сделать, – займись скорее приготовлениями к ужину. Коктейль в семь тридцать в гостиной!
Я не без сожаления отставила чашку.
Шарлотта схватила мое платье и встряхнула его, точно она – матадор, а я бык.
– Золушке пора на бал.
Ни она, ни Бетти не выражали намерения уйти, так что выхода не оставалось: переодеваться при них, остаться в нижнем белье на глазах у посторонних. Видимо, так богатые и живут. Наверное, только дикари стесняются обнажаться перед другими. С их помощью я ввинтилась в платье – тут-то даже кстати вышло, что они остались. Мне припомнился фильм «Елизавета» и Кейт Бланшетт в роли королевы – стоит себе, растопырив руки, и предоставляет фрейлинам натягивать на нее и платье, и украшения, все. Потому-то богатые люди не уединяются, чтобы переодеться: их наряды так сложно устроены, что требуется помощь.
Когда я была одета, помощницы усадили меня перед зеркалом и занялись моими волосами. В удачный день мои черные волосы падают ровно и сияют, точно новый колокол, густая челка щекочет верхние веки, подрубленные пряди касаются плеч. Это был не самый удачный день: из-за дождя волосы начали слегка завиваться, но, как выяснилось, об этом я могла не беспокоиться. У Шарлотты имелись для меня идеи получше.
– Бетти потрясающе укладывает волосы.
И в следующие двадцать минут мне пришлось признать: Бетти и впрямь владела какой-то магией. Она завила мои волосы локонами, смахнула челку на одну сторону, выбивающиеся пряди вернула на место и подколола крошечными шпильками с розовыми бутонами в тон платью.
Я гадала, не займется ли Бетти и макияжем, но выяснилось, что это уж целиком мое дело. Горничная ушла – без сомнения, помогать кому-то еще, – а Шарлотта встала у окна, любуясь ночным пейзажем. Подергала ручку и сообщила мне:
– Кстати говоря, тебе следует знать, что Бетти – жена Идеала. И вообще стоит раз навсегда запомнить: никогда не сплетничай при слугах.