Шёл 1947 год. Была холодная зима. На Крещенские праздники в январе мороз показывал свою силу. Деревья от лютых морозов лопались с сильным треском.
Дату, 19 января, Аниса запомнила до конца своих дней.
Она была четвёртой дочерью Таймаса. В семье их было шестеро и все девочки. Семья кое-как сводили концы с концами.
Таймас, по причине своего плохого здоровья не был на войне. Работал он в колхозе, выполнял разные работы. Весной собирал бересту.
У него не было правой руки и похрамывал на правую ногу. Когда-то давно, ещё в детстве, будучи мальчишкой упал в погреб.
Тогда с медициной в деревне было плохо, никто не смог ему помочь. Только удалили испорченную руку.
Старшую дочь, Василю, выдал замуж в соседнюю деревню. Вторая дочь была слепая с рождения, все время была дома. Любила работать руками, из шерсти вязала носки и варежки своим родным. Ходила на работу с отцом, помогала с берестой ему и в обмен получала немного бараньей шерсти от колхоза. Сама обрабатывала шерсть и превращала в готовое изделие.
Третья, четвёртая, пятая дочери, Таймаса, ходили в лес рубить деревья.
Шестая дочь ещё была маленькой, чтоб ходить со старшими сёстрами. Ей было всего 6 лет. Она оставалась дома со своей слепой сестрой.
Трое дочек Таймаса были уже, по тем временам, в работоспособном возрасте. Колхоз в этом, 1947 году, получил большое задание по заготовке леса. Необходимо было вырубить большую площадь. Деревня после Войны без мужиков осталась, а план выполнять надо.
Вырубка леса началась с осени. Надо было приготовить несколько сотен кубометров брёвен. Отправляли, как тогда было принято, по необходимости, девушек и женщин.
Ходили каждый день, пешком. Вставали рано утром, когда ещё было темно, возвращались поздно вечером, когда уже было темно.
Дикая усталость сбивала их с ног. Но крепкие были девочки Таймаса. Работали, не покладая рук. Ждать им помощи было неоткуда и не привыкли они на кого-то надеяться.
Матери не стало у них уже как 6 лет. Жена Таймаса, после рождения шестой дочери, сильно захворала.
Силы уже были не те, и продержалась она недолго. Никто не ожидал такого поворота событий.
Здоровая, с виду, женщина была. Но, хворь постучалась неожиданно. Никто и не понял, что это было.
Шестой дочери было всего 2 месяца, как Зухра стала слабеть. Силы покидали её с каждым днем. Побледнела, начался кашель, волосы стали сыпаться клочьями. Местный лекарь пытался лечить. Но ничего у него не получалось и только разводил руками, а помочь не мог.
Тогда, не найдя ответов, Таймас, отчаявшись, отвёл жену к ведунье Бибисаре. Та посмотрела на неё молча, руками повела по волосам и закричала: «Украдёт её, украдет, оставит там. Это ты в ответе. Грех стоит за тобой. Грех.» И, ничего не понял тогда Таймас, так и похоронил свою жену.
Вот прошло 6 лет. Забыл уже Таймас слова Бибисары. И болезнь жены своей забыл. Остались лишь тёплые воспоминания о жизни с ней.
Хотя тяжёлые были времена, но светлая память всегда скрашивает наши жизни.
Вот и Таймас помнил лишь свою шуструю, темноглазую и черноволосую Зухру, которая родила ему шесть дочерей. О сыне он мечтал, как и все, те времена. Но не получилось им родить сына.
Он был рад своим дочерям, любил их и ждал с нетерпением рождение каждой. Он даже был уверен отчасти, что у него родятся одни девочки.
Наступила зима. Снег лёг сугробами, вьюга стояла сильная, но работа в колхозе шла своим чередом. Дочери Таймаса продолжали ходить в лес, рубить деревья.
Овечьи тулупы, валенки и шерстяные платки согревали их тела в лютые морозы. Ходили они за 14 километров за соседнюю деревню. С их деревни было 38 женщин, 7 мужчин и 3 лошади.
Лошадей запрягали и садились в телегу лишь те женщины, у которых со здоровьем было плохо или это были совсем уж старушки.
Молодые девушки шли пешком. Отменное у них было здоровье или же они не умели жаловаться? Никто об этом не говорил, никто у них и не спрашивал. Так было надо и все тут.
Аниса была красива. Её красивое лицо, статное тело, громкий и заливистый смех нельзя было не заметить. Никогда она не жаловалась ни на что, никому своих тайн и чувств не раскрывала. Работящая была, в общем, как и все дочери Таймаса.
В соседней деревне жил Ахмаджан. Был он мужчиной крепким, сильным. Характер был настойчивый, стоял на своём.
Если уж чего и захочет, так и вцепится за свое желание и пока не осуществит задуманное, так и не отпустит. Ходил он, как и все мужчины в его деревне, на лесоповал. Деревня эта была большая, и мужчин и женщин здесь хватало.
Увидел Ахмаджан Анису с первых дней, она ему понравилась. Но Аниса сторонилась его. Боялась.
Он пытался заговорить с ней, но она ни в какую. Начал было уже и напором брать разговор, да Аниса всё убегала.
Было у неё чувство страха, никак и ничем она не могла заглушить этот страх. Веяло от него страхом. Аниса так чувствовала.
Ахмаджан начинал «кипеть» изнутри. Никто не мог ему помешать, никогда и ни в чем. Не привык он, чтобы ему отказывали, чтобы его избегали. Сны его стали беспокойными, одержим стал он лишь Анисой.
Лютый мороз лишь укреплял его решение. Решил он в одну из бессонных ночей судьбу Анисы. Решил без спроса, решил сам, взял в свои крепкие руки хрупкую жизнь Анисы. Он и не знал, что эта девушка дочь Зухры.
Решил Ахмаджан встретить Анису рано утром, ещё по дороге в лес. Пошёл навстречу, в лютый мороз, навстречу пурге и вьюге. Он так решил.
Волки выли вдалеке. Звёзд было не видно. Это решение было бесповоротным и единственным.
Решил он украсть Анису и влюбить насильно в себя. Работники приближались, люди были близко. Ахмаджан стоял у дороги и глядел вдаль, искал глазами её.
Он ничего и никого не боялся, решимость его закрыла ему глаза. Не увидел он её, не нашёл. Как он мог упустить её? Как мог не заметить или не узнать? Но, ошибся Ахмаджан. Толпа прошла, он отправился за ними в лес, рубить деревья. Так и прошёл день. Но с тех пор, как стало светать, Ахмаджан не отводил глаза от Анисы. Наступил вечер, и все направились в сторону деревни, трудовой день заканчивался.
Не чувствуя своей усталости, не чувствуя ничего, кроме жажды подержать за руку Анису, Ахмаджан направился за толпой. Шёл он за ними, не останавливаясь.
Никто и не замечал его, все устали и никому не было до него дела. Решился он, решился. Взял и побежал. Схватил за тулуп Анису и свалил на снег, сам смеялся и хохотал. Сделал вид, будто им весело.
А люди так и шли, ничего не замечая от холода. Когда толпа дальше пошла своей дорогой, Аниса начала вырываться, но Ахмаджан не дал. Посмотрел в её глаза, не отводил взгляд от неё и узнал, узнал взгляд Зухры. Оторопел Ахмаджан, решил, что показалось.
Заговорила она с ним дрожащим голосом, мол, отпусти меня и что ей надо догнать народ. Что ждёт её отец и сестры. Что мама Зухра сильно бы огорчилась, не приди она домой, если бы была жива. Плакала и умоляла отпустить её.
Всю жизнь свою рассказала, как никогда и ни с кем не говорила. От страха.
Бежать не было смысла, оставалось лишь плакать и говорить, умолять и просить. Вся жизнь её перед глазами пробежала.
И лишь тогда, услышав, что она дочь Зухры, Ахмаджан понял, что стояла на морозе и умоляла отпустить её собственная дочь. Это была она, он не мог ошибиться. И эта тайна осталась лишь с ним. Он никому не рассказал, отпустил Анису, помог догнать народ.
Шёл обратно, уже домой, и плакал. Вспоминал свою единственную любимую Зухру, как они тайком много лет встречались. Что она родила девочек, а воспитывает их не он.
Плакал от своих ужасных решений, которые было задумал, плакал от своей слепоты и что жизнь привела его к дочери.
Радовался лишь тому, что не успел воплотить задуманное.
#деревенская жизнь #любовь и отношения #колхозные планы #после войны #девушки #работа в лесу