Всякий мелкий, по душевным качествам, человек, стремится непременно получить власть

Всякий мелкий, по душевным качествам, человек, стремится непременно получить власть. Наверняка он чувствует свою мелкость, незначительность, жутко комплексует по этому поводу и рвется любыми путями приподняться над людьми. Он как микроб, которого увеличили через проектор на стену. Видит свою проекцию на стене, и думает, вот какой я большой и значительный человек.

Эти люди, получив власть в отдельно взятом месте, стремятся довести ее до абсолюта. Любое их желание необходимо воспринимать как благословение Божье. А если выразить им свое несогласие, то можно запросто получить пучок молний или пинка под зад.

Мои мысли адресовывались одному человеку, главному редактору газеты "Уральский вестник", Геннадию Петровичу Суздальцеву. По его вине я катился на своей старенькой "Ниве" в богом забытое место, искать какой-нибудь материал, поднявший рейтинг нашей газеты до небес.

Что-то типа: "Исчадия ада атакуют очередной колхоз" или "Метеорит, пробив голову тракториста, сделал его способным управлять трактором на расстоянии". В общем, любой бред подходил. Мне хотелось писать статьи о людях, которые действительно что-то сделали. Открыли приют для бродячих собак, помогли детскому дому, много чего случалось в нашей местности. Но это было мое мнение. Геннадий Петрович так не считал. Взять хотя бы мою статью про новый детский сад. Сколько их сейчас строится - единицы. Он раскритиковал мою статью так, словно я писал о каких-то непотребствах совершаемых в публичном месте. Что меня добило в его критике, так это следующий аргумент. Он сказал, что новый садик никого не интересует, а вот если обрушится старый и придавит там когонибудь, вот это будет материал.

После этого, я очень долго сожалел, что моего начальника не придавило в садике в свое время. Еще у меня был кот, приблудился, прижился. В целом неплохая скотина была, но иногда метила мои тапки. И звал я его Гена, и часто высказывал невысказанное про Геннадия Петровича. Так вот, однажды попался он мне под горячую руку со своим тапком. Дал я ему пинка хорошего, да не рассчитал.

Ударился он сильно и зашиб лапу. Заверещал бедняга и стал хромать. Я очень расстроился, что не сдержался, и кота было жалко. Я даже спать его положил рядом. Но самое интересное, что наш главред пришел утром на работу с переломом руки. Магия вуду, не иначе.