Международный день полярного медведя отмечается 27 февраля – чем не повод перелистать зоопарковские архивы?!
На плане Кёнигсбергского зоосада начала 1920-х годов под номером 2 уже был отмечен вольер для морских львов и полярных (белых) медведей. В начале ХХ века подобные схемы было принято рисовать с довольно чёткими очертаниями объектов, так что мы вполне можем разглядеть домик, к которому ведёт мост через ручей Хуфенер Фрайграбен. Домик окружён каким-то пространством, возможно, бассейном, точно не определить. Зато в 1925 году путеводитель по Кёнигсбергу и окрестностям сообщал совершенно однозначную новость: в течение 1925 года в зоосаде был построен большой просторный вольер для морских львов и белых медведей, где животных демонстрировали публике, не загораживая решётками. Это тот самый бассейн ластоногих, который и сегодня хорошо видно с главного моста через ручей Парковый! Полярные медведи значительную часть своей жизни проводят в воде, не зря на латыни этот вид называется Ursus maritimus (дословно «медведь морской»), так что бассейн им нужен не меньше, чем львам, котикам и моржам.
Отсутствие решёток соблазняло посетителей покормить животных. Кёнигсбергские репортёры умилённо живописали медведей-попрошаек, а руководство зоосада в каждом выпуске своей собственной газеты и в каждом путеводителе взывало к порядочности: кормить большинство животных, особенно хищников, запрещалось! Желаете, однако, взглянуть на то, что едят наши звери? Пожалуйте на показательные кормления, например, в 1936 году морских львов и белых медведей кормили каждый день, кроме вторника, в 16:00.
В новом медвежатнике, построенном в середине 1930-х годов, белых медведей объединили с их прочими сородичами: бурыми и гималайскими. Но и здесь у них были возможности для купания: в вольере предусматривалось наполнение рва водой. Собственно, эта конструкция сохранилась и в советское время. Уже в 1949 году в кадре советской кинохроники можно увидеть легко узнаваемый медвежатник-скалу, с которой на посетителей грозно взирает белый медведь.
В 1984 году в путеводителе по Калининградскому зоопарку была рассказана история, которой и сегодня хочется поделиться: дело в том, что, хотя с 1979 года наши медведи и приносили потомство, но малыши погибали в раннем возрасте. В 1982 году зоотехник Борис Панфилов задумался о причине этого и решил устроить для медведицы специальное логово, чтобы та могла спокойно выносить детёныша. Он уложил на пол внутренней клетки деревянные щиты, обустроил изоляцию от внешних звуков и за три недели до предполагаемых родов перевёл беременную медведицу Снежинку в эту «берлогу». Когда медвежонок появился на свет, меры предосторожности усилились: Борис Панфилов сам кормил и поил медведицу, не допуская в медвежатник ни одного постороннего человека, никакой подмены, никаких новых лиц или запахов. Результаты такой заботы не замедлили сказаться – детка (самочка по имени Прима) не только вымахала во вполне здоровую медведицу, но и привыкла к человеку.
Рассказывали, что при приближении к клетке посторонних Прима стремилась спрятаться за спиной у матери и оттуда сердито урчала на посторонних, а вот когда приходил Борис Григорьевич, стремглав бежала к решётке, карабкалась по ней и даже протягивала лапы, мол, давай поиграем, причём мама Снежинка этому вовсе не препятствовала. Видимо, тоже доверяла своему человеку.