Один из читателей спросил моё мнение по поводу так называемой «чистоты стиля» и различных миксов. Я обещал развёрнуто ответить в отдельной статье, что и делаю. На мой взгляд, тут не может существовать однозначного ответа, так как, во-первых, каждый конкретный случай должен рассматриваться отдельно, а во-вторых, для начала следовало бы разобраться с тем, что, собственно, следует считать стилем, что его чистотой, а что смешением. В этой статье я постараюсь поразмышлять на эту тему, а потом, надеюсь, в комментариях мы придём к большей ясности и согласию.
РЮ и ХА
Прежде всего, давайте разберёмся, откуда вообще берутся школы и стили. Ведь они не появились спустившись с неба, а были созданы вполне конкретными людьми, имеют своих основателей. В качестве отправной точки я возьму японское будзюцу/будо, так как именно им я занимаюсь и немного разбираюсь, а кроме того, его история сейчас более-менее хорошо прослеживается.
Будзюцу (武術) — это традиционные воинские боевые дисциплины, искусства, умения (в Японии они называются будзюцу, а в Китае — (в)ушу (武術) — как видите, мы имеем дело с одними и теми же иероглифами, разница лишь в прочтении). Их основная задача всегда состояла в том, чтобы защищаться и нападать, вести боевые действия в столкновении с себе подобными различными методами. Сразу хочу заметить, что не стоит путать это с охотничьим искусством. Несмотря на то, что и там, и там применяется оружие, это разные вещи, разная специфика. Люди всегда воевали и будут воевать между собой. Это обусловлено изначально высоким уровнем внутривидовой агрессии, являющейся одним из наших эволюционных инструментов выживания вида. И никакие призывы к толерантности, миру, гармонии и благоденствию не смогут этого изменить, как за тысячелетия не смогла изменить ни одна религия. Мы воевали, воюем и воевать будем. Такова наша природа. А следовательно, всегда будет существовать как будзюцу, так и люди, изучающие и практикующие оное. И, пожалуйста, не нужно сейчас о ракетах. Вспомните слова Альберта Эйнштейна:
А ещё для нашего вида свойственно постоянно совершенствовать свои инструменты, методы и умения. И, конечно же, способы уничтожать друг друга не являются исключением. Стоит только кому-то выдумать что-то новое, как это новое начинает постоянно улучшаться и совершенствоваться. В целом человечество идёт по этому пути во всём.
Так же следует отметить, что когда мы говорим о боевых искусствах, то прежде всего следует рассматривать искусства обращения с различного рода оружием — в частности, различные методы фехтования. Именно это является основой для любого боевого взаимодействия (собственно, мы и стали людьми именно потому, что начали использовать орудия). Любая борьба и методы ведения боя без оружия являются либо вспомогательными методами (когда боец остаётся без оружия или не может им воспользоваться), либо ритуальными, имеющими религиозную подоплёку (а сейчас ещё и развлекательную — да-да, спорт сейчас — это тоже, в конечном итоге, чисто для развлечения и получения прибыли на этом).
Итак, люди придумывали новые виды оружия, а с ним и новые способы владения и использования. Далее всегда появлялись люди, которые усовершенствовали эти методы, вносили что-то новое. Именно они и являлись основателями школ и стилей. Естественно, что изначально такое обособление было связано с тем, что данные методы использовались и передавались (то есть возникала традиция — передача от одного поколения другому) внутри своего ограниченного сообщества (клан, племя, род, семья) и являлись ни чем иным, как своеобразным конкурентным преимуществом в бою. И вполне естественно, что распространение этих методов чужакам не приветствовалось. Любое государство сейчас также старается оберегать свои военные секреты и разработки от потенциального неприятеля.
В японской традиции данный вид обособленности назывался РЮ (японский термин, обозначающий течение либо стиль в какой-либо области искусства или религии). Для лучшего понимания я предлагаю представить РЮ (流) в виде большой реки или ствола дерева.
Все этим методы развивались и улучшались из поколения в поколение мастеров. Периодически появлялся какой-нибудь особо одарённый мастер с творческой жилкой, который не просто видел иначе, но которому было недостаточно тех методов, которые практиковались в его сообществе. Он старался изучать и чужие, а так же синтезировать имеющиеся у него знания и на их основе либо улучшать, либо создавать что-то кардинально новое, сильно отличающееся от первоначального источника. Если это было новое «авторское прочтение» имеющейся РЮ, так сказать, новая редакция, дополненная и улучшенная, но она следовала в рамках данного РЮ, то это уже называлось ХА — этакое ответвление внутри РЮ. Продолжая тему образов — приток реки или мощный сук, ответвление на основном стволе дерева, не потерявшее с ним связь. Обычно называлось по имени мастера (прим. Оно-ха Итто-рю — древняя школа кэндзюцу, одно из первых и самых старых ответвлений стиля Итто-рю, классическое боевое искусство Японии, основанное приблизительно в XVII веке мастером по имени Оно Дзироэмон Тадааки).
Если же различия были слишком кардинальные (например, синтез нескольких рю), то на выходе мы получали новое РЮ.
Если рассмотреть на более современных примерах, то каратэ Кёкусин, Асихара или Вадо-рю являются именно РЮ, а не ХА, так как были созданы с помощью синтеза нескольких стилей и даже видов. А вот, к примеру, Фудокан или Сётокай — это типичные ХА.
МЭНКЁ
Конечно же, немаловажным фактором являлся и уровень амбиций самого мастера. Но вот тут нам тоже нужно обозначить немаловажный фактор, который расставит нам точки над ё. Мастер — это не тот, кто возомнил себя таковым, а тот, кто был признан таковым в рамках своего профессионального сообщества. И немаловажным фактором в этом деле является система передачи, линии ученической преемственности, дипломов об образовании, если угодно. В японском будзюцу это система МЭНКЁ — право практикующих различные японские классические боевые искусства на сохранение и продолжение традиций в рамках определённого рю. (Конечно, были и редкие исключения из правил, но, как известно, любое исключение лишь подтверждает правило).
Попросту говоря, нельзя просто взять и придумать своё РЮ. Ты должен обладать определенным правом на это (либо завоевать это право, например, являясь очередным гением, самородком от БИ), а иначе твоё рю не будет признанно в рамках данного профессионального сообщества. Фактически, если мы говорим о традиционном японском сообществе будзюцу, то речь идёт о наличии мэнкё кайдэн — полной передачи школы.
Например, сэнсэй Ёшида Нобумаса является обладателем мэнкё кайдэн школы «Ёсэйкан» Мочизуки Минору, впрочем, как и французский мастер Ален Флоке, основавший свою школу Айкибудо (почему айкибудо Алена Флоке фактически является РЮ, а не ХА? Потому что, несмотря на то, что базой для айкибудо является Ёсэйкан айкидо, в нём также очень сильно влияние Дайто-рю — Ален Флоке так же являлся учеником Такеды Токимунэ и имеет Кёдзю Дайри — преподавательскую лицензию. Фактически айкибудо — это синтез айкидо ёсэйкан и дайто-рю айки дзюдзюцу). При этом, Ален Флоке получил разрешение от Минору Мочизуки на создание своей отдельной, самостоятельной школы.
Но тот же сэнсэй Ёшида Нобумаса — вице-президент общества Сэйфукай будо, первый учидэси Мочизуки Минору и обладатель мэнкё кайдэн, известный и уважаемый в Японии мастер (9 дан дзюдзюцу, 9 дан айкидо) не создал своё рю, а создал Nihon Den Jujutsu Academy Ju-Toku-Juku. И вот тут появляется ещё кое-что, называемое ДЗЮКУ...
ДЗЮКУ, КАН и КАЙ
Довольно часто в названии каких-либо условно «стилей» японских БИ присутствуют названия КАЙ, КАН и ДЗЮКУ. Многие считают, что это отдельные стили, однако чаще всего это не так (или не совсем так). Это указание на организацию.
Дзюку — «школа мастерства» — это частная школа, частное учебное заведение. В японской системе образования дзюку занимает место дополнительного образования, этакой тематической школой «интенсивной подготовки», где дополнительно углублённо занимаются по какому-либо предмету.
Например, то, что в данный момент преподаю, называется Рюдэнкай кэмпо дзюку, что можно перевести как частная школа боевых искусств, входящих (изучаемых) в ассоциации Рюдэнкай будо. А это и каратэ, и айкидо, и дзюдзюцу, кендзюцу и т.д. При этом Рюдэнкай кэмпо не является ни самостоятельным видом, ни стилем, ни отдельным направлением боевого искусства. Это частная комплексная школа со своей оригинальной учебной программой и образовательной концепцией.
Кай — переводится как: организация, ассоциация, союз. Это указание на организационную форму общественного объединения по типу ассоциации/союза. И практиковать они могут как одно направление, так и несколько, включая различные стили. Фактически это есть не что иное, как общность людей, объединённых единой целью, задачами и интересами.
Например, «Рюдэнкай Будо» — 流 伝 会 武 道 — это общественное объединение — Ассоциация содействия изучению и развитию традиций боевых искусств (流 Рю – «поток, передача, т.е. изучение и развитие»; 伝 Дэн – «традиция»; 会 Кай – «объединение, ассоциация»). Целью Ассоциации «Рюдэнкай Будо», как явствует из её названия, является сохранение, передача теоретических и практических знаний о традициях и самих традиций боевых искусств, относящихся к кобудо, а также их развитие и органичное вплетение в ткань современной реальности путём практики современных школ боевых искусств, представляющих гендай будо.
Кан — переводится как: дом, дворец, но адекватнее всего в применении к БИ будет «зал». Практически все основатели направлений, которые использовали в своём названии КАН, не разделяли своё искусство на стили и не считали, что основывают собственное направление. Это скорее ближе в какой-то мере к личному бренду, названию собственной школы, типа ха.
Многие часто путают создание собственного направления\стиля и создание собственной организации, а это далеко не одно и то же.
Например, СЁТО КАН — это название додзё Фунакоси Гичина (который никогда не определял то, что он преподаёт, как самостоятельный стиль каратэ), а СЁТО КАЙ — название организации, созданной его сыном Ёситакой (Гиго) Фунакоси — общество Сёто. Само же СЁТО — литературный псевдоним Фунакоси Гичина.
Можно сказать и так, что названия кай и кан больше свойственны гендай будо (современные БИ), а рю и ха относятся к корю будзюцу (старые направления и виды).
СЮ ХА РИ (守 破 離)
Так же для того, чтобы понять, откуда вообще берётся желание создания своего направления/школы, нам нужно разобрать саму концепцию обучения в будзюцу, которая называется СЮХАРИ.
- Сю — предполагает точное следование правилам и указаниям учителя. Задача обучающегося — сосредоточиться на действии, отточить его исполнение. Он, путем многократного повторения, осваивает все правила и приемы. Когда это происходит — уровень Сю достигнут. Обучение переходит в следующую стадию.
- Ха — на этой стадии обучающийся перестает слепо следовать всем правилам. Он обдумывает свои действия, изменяет правила, пробует их нарушать, строит новую систему своих собственных правил. Также он осваивает новые приемы у других учителей.
- Ри — на этой стадии задача — освободиться от правил, перейти в новое измерение (Дао), где правил нет, а есть естественный ход вещей. Когда тело, наконец, освободилось от всех правил — уровень Ри достигнут и начинается фаза Сю в новом измерении.
Сенсей Такамура (Синдо Ёсин Рю дзюдзюцу) описывает это так: Концепция су-ха-ри в буквальном переводе обозначает освоение ката, отход от ката и отказ от ката. Тренировки в классической Японии всегда преследовали именно эти цели и проходили в рамках именно этого образовательного процесса. Этот уникальный подход к обучению существовал в Японии в течение многих веков и стал средством, которое позволило сохранить многие традиции старых японских знаний, включая такие разные области, как воинские искусства, аранжировку цветов, театр, поэзию, изобразительное искусство, скульптуру и ткачество.
Далее я не буду изобретать велосипед и просто заимствую описание концепции. Взято ОТСЮДА и там более подробно. Кому мало — переходите и читайте в первоисточнике.
«Су» – иероглиф «защищать, охранять» подразумевает под собой точное следование традиции, точное воспроизведение преподаваемой техники. Часто эту стадию называют «ошейником».
Иероглиф «Су» имеет два значения «защищать, охранять». Этот двойной смысл описывает отношения между учеником и учителем на раннем этапе обучения боевым искусствам, который может быть сравним, с отношениями между родителями и их детьми. Ученик должен впитывать все, чем делится с ним его учитель, должен стремиться к знанию и быть готовым принять любые замечания и конструктивную критику. Учитель должен опекать ученика в смысле соблюдения его интересов, заботы и поощрения его прогресса, во многом как родитель опекает свое дитя, пока оно растет. «Су» делает упор на изучении основ в бескомпромиссной манере, так что ученик приобретает крепкую основу для последующих этапов обучения, и что все ученики выполняют технику одинаково, хотя личностные качества, структура тела, возраст и способности у них разные.
«Ха» – иероглиф «разбивать, ломать, нарушать правило» подразумевает полную адаптацию в понимании основных техник, переход к вариативной практике (хэнка), внутреннему осознанию важнейших составляющих стиля (дословно «вспышке сознания или внутреннему озарению»).
«Ха» это еще одно понятие с соответствующим двойным значением — «разбивать, ломать, нарушать правило». Пройдя значительный этап обучения когда ученик приходит к «внутреннему озарению» , он начинает освобождаться от «ошейника» в двух направлениях. С точки зрения техники, ученик преодолевает фундаментальные основы и начинает применять принципы, обретенные в процессе отработки базовой техники, в новой, более свободной и творческой манере (Хэнка ваза). Индивидуальность ученика начинает проявляться в том, как он выполняет технику. На более глубоком уровне у него также происходит освобождение от слепого выполнения наставлений учителя, он начинает размышлять (сомневаться, задавать вопросы) и открывать для себя новое больше за счет собственного опыта. Этот этап может принести разочарование для учителя, поскольку путь собственных открытий ученика ведет к бесчисленным вопросам, начинающимся со слов «Почему…». На уровне «Ха» отношения между учителем и учеником напоминают отношения между родителем и его взрослым ребенком; учитель является мастером искусства, а ученик теперь уже может быть инструктором для других.
«Ри» — иероглиф «отделять, выпускать» предполагает самостоятельность и свободу, когда получив знания удаляешься от него на основе того, что постиг сам, путем единения Син (кокоро) — духа, Ги (вадза) — техники и Тай — тела.
«Ри» это этап, на котором ученик, теперь уже обладающий высоким рангом, отходит от своего наставника, впитав все то, что можно было от него получить, но это не означает, что между учеником и учителем нет больше связи. На самом деле, все должно быть как раз наоборот, связь между ними должна быть крепка как никогда, почти как между родителем и его взрослым сыном или дочерью, у которых теперь свои дети.
Несмотря на то, что ученик теперь полностью независим, он хранит в себе мудрость и терпеливое наставничество своего учителя, так что их отношения обогащаются за счет разделяемого ими опыта. Но теперь ученик развивается и учится больше за счет собственных исследований, а не за счет получения инструкций, и может дать выход собственным творческим порывам. Техника ученика теперь несет в себе отпечаток его индивидуальности и характера. «Ри» также имеет двойной смысл, второе значение которого «выпускать». По мере то как ученик стремится к внутренней независимости от учителя, наставник в свою очередь должен отпустить ученика.
«Су», «Ха»,» Ри» не является линейной прогрессией. Это больше похоже на концентрические круги, так что «Су» присутствует в «Ха», и оба они присутствуют в «Ри». Таким образом, основы остаются неизменными, только их применение и мягкость их выполнения меняются по мере того, как ученик продвигается в обучении, и его личность начинает чувствовать вкус выполняемой техники. Похожим образом ученик и учитель всегда связаны между собой близкими отношениям и знаниями, культурой, опытом и традицией.
В идеальном варианте, «Су», «Ха» , «Ри» должно выразиться в том, что ученик превзойдет своего наставника, как в знании, так и в умении. Это и есть источник развития искусства, как такового. Если ученик никогда не превзойдет своего наставника, то искусство в лучшем случае будет переживать застой. Если способности ученик никогда не достигнут способностей мастера, искусство станет угасать. Если же ученик сможет ассимилировать все то, что дает ему его наставник, и потом достичь еще более высокого уровня мастерства, искусство будет все более улучшаться и процветать.
Традиция и/или эволюция
Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что Ри изначально способствует и направлено на рождение чего-то нового, дальнейшую эволюцию, развитие искусства. То есть создание новых направлений, стилей и школ как бы генетически заложено в основе самой традиционной системы обучения будзюцу. И воспитание, выращивание тех людей, мастеров, которые способны развивать дзюцу дальше, является естественным ходом и результатом обучения. Но... Как всегда, есть один нюанс. Чтобы действительно создавать и улучшать, нужно пройти все стадии обучения и оказаться на уровне Ри. То есть человек должен как минимум состояться как мастер, причём не самопризнанный или самоназванный, а признанный таковым другими мастерами, профессиональным сообществом. Ну, и иметь определённый склад ума и творческий зуд, хорошо известный представителям других видов искусств — музыки, живописи, литературы и т.д.
На деле же мы часто имеем амбициозных недоучек и выскочек, которым не хватает ни терпения, ни ума, чтобы постичь учение своей собственной школы. Именно такие люди обычно считают, что «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича – я бы тогда тотчас же решилась» и начинают своё «творчество» по смешению стилей, школ и направлений, чаще всего не имеющих общего «движка» и плохо сочетающихся друг с другом. Хотя, разве это кого-то останавливает?.. Уж точно не новоявленных Викторов Франкенштейнов от боевых искусств.
Иногда из этого получается что-то дельное, но чаще всего мы предсказуемо на выходе имеем очередного монстра — этакую смесь бульдожки с носорожкой.
Какие выводы можно сделать из всего вышесказанного...
Для того, чтобы действительно что-то создать или улучшить, усовершенствовать, нужно, чтобы были соблюдены несколько условий. В частности, создатель нового стиля/направления должен:
- обладать глубоким уровнем практических знаний и понимания предмета;
- находиться на стадии Ри своей практики;
- быть общепризнанным мастером/экспертом в своём профессиональном сообществе, со всем вытекающим;
- обладать должным уровнем пассионарности и отсутствием «синдрома самозванца»;
- обладать способностью (талантом) методолога и методиста, как минимум быть хорошим учителем.
Исходя из всего этого, вот мой ответ Ивану Алешковскому, который интересовался моим мнением по поводу чистоты стиля или микса.
Есть люди, которые склонны к изучению одного направления и сохранению традиций. Есть люди, которые не приемлют чего-то одного и им тесно в рамках традиций, и они являются теми, кто осуществляет эволюцию и дальнейшее развитие. Иногда даже и революцию... А есть и такие, которым вечно, как плохим танцорам, что-то мешает. И такие, которым лень тратить годы на постижение учения школы и повышение уровня мастерства в выбранном направлении, доведение его до того уровня, когда это становится не ремеслом, а искусством. Им хочется всего, сразу и побыстрее. В том числе славы и признания. Эти люди в принципе не понимают, зачем нужно долго учиться. Им на это банально ума не хватает. Я могу провести аналогию с музыкой или изобразительным искусством: научиться худо-бедно бренькать на гитаре, чтобы охмурять барышень у костра под шашлычок, или рисовать, петь так, чтобы люди сказали, что ты это умеешь, можно достаточно быстро. И для большинства людей этого вполне достаточно. Но всё это не будет никакого отношения иметь к искусству. Или к «высокому искусству», если угодно. В боевых искусствах тоже самое.
В каждом конкретном случае нужно смотреть и разбираться отдельно, а не следовать стереотипам. Поэтому я с чистой совестью могу ответить на Ваш вопрос: НИКАК.