«Признание новых территориальных реалий»
Не знаю, кто первый назвал документ, опубликованный 24 февраля на сайте МИД КНР, «мирным планом», но в документе, если судить по доступным вариантам русского перевода, слова «план» нет вообще. Состоящий из 12 пунктов документ называется «Позиция Китая по политическому решению украинского кризиса».
Известный российский китаист Николай Вавилов, автор фундаментальной монографии «Китайская власть» (М., 2021), отметил в своём телеграм-канале, что план урегулирования на Украине «содержит стандартный набор дипломатических формул и не отличается от инициатив Китая по аналогичным военным конфликтам в мире».
И здесь обнаруживается проблема. Обстановку, которая сложилась в ходе специальной военной операции на территории бывшей Украинской ССР, в пространстве обитания «одного народа» (если рассматривать происходящее не с прицелом на конъюнктуру, а под углом зрения истории русского народа), нельзя наложить на стандарт, она «стандартным набором дипломатических формул» не регулируется. Эта обстановка складывалась после государственного переворота в Киеве в феврале 2014 года и, будучи уникальной, требует нестандартных политических решений. Требует уже девять лет. В опубликованном Пекином документе такие решения благоразумно не предлагаются. В «12 пунктах» можно прочитать: «…стороны в конфликте должны строго соблюдать»… «…стороны должны воздерживаться»… «…международному сообществу следует принять меры»… При всей бесспорности того, что перечисляется под этими пунктами, их конкретизации в документе нет. И было бы странно искать в подобном документе конкретику.
Главным достоинством китайских «12 пунктов» можно считать то, что на уровне общих принципов документ уводит спор об Украине от штампов, которые Вашингтон пытается навязать, выдавая эти штампы за позицию мирового сообщества. В отрицании штампов американской дипломатии позиции Пекина и Москвы смыкаются.
Контуры нового миропорядка, который формируется, неясны, но главное в том, что новый порядок мироустройства не будет гегемонистским. Мир не будет делиться на the West and the Rest, на Запад и «всех остальных». И не имеет значения, что думают о начавшихся в мире переменах та или иная президентская команда в Белом доме, тот или иной состав конгрессменов на Капитолийском холме.
Может быть, впоследствии символической датой начала замены старого мирового порядка новым назовут начало военной операции ВС РФ 24 февраля 2022 года.
Прелюбопытная реакция на обнародование позиции Пекина по украинскому кризису пришла из Вашингтона. Высказываясь по поводу китайской инициативы, президент Байден не нашёл ничего другого, как предположить, что Китай может действовать… не в своих интересах: «Я не вижу ничего в плане, что может указывать на то, что есть что-то, что было бы выгодно кому-то, кроме России…» – заявил Байден. Что ж, не видит значит не видит.
Вечером 24 января «Позицию Китая по политическому решению украинского кризиса» прокомментировало Министерство иностранных дел России. «Мы высоко ценим искреннее стремление китайских друзей внести вклад в урегулирование конфликта на Украине мирными средствами…. Россия открыта к достижению целей СВО политико-дипломатическим путём», – говорится в комментарии МИД РФ. Среди предпосылок (условий), перечисленных в комментарии и предполагающих выход на политико-дипломатическое урегулирование, названо «признание новых территориальных реалий». МИД расшифровывает:
«Главным… препятствием мирному урегулированию на сегодняшний день являются законодательно закреплённая Указом В. Зеленского 30 сентября 2022 г. "невозможность" переговоров с Президентом России В.В. Путиным, а также инициативы украинского лидера, свидетельствующие о полной оторванности официального Киева от современных реалий, включая требование вывода российских войск с наших новых территорий – Донбасса, Крыма, Запорожья и Херсонщины».
Спасибо, что читаете «Фонд стратегической культуры»! Получайте первыми самые важные новости в нашем Telegram-канале или Вступайте в группу в «ВКонтакте» или в «Одноклассниках».