Тему моей заметки лучше всего можно понять,
читая стихотворение А.С. Пушкина.
Два чувства дивно близки нам —
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
Животворящая святыня!
Земля была б без них мертва,
Как пустыня
И как алтарь без божества...
Впервые эта тема возникла у меня при прослушивании симфонической поэмы "Остров мертвых" Рахманинова. Вскоре я узнал, что написать это произведение композитора подвинула картина "Остров мертвых" Альберта Беклина.
Эта картина стала безумно популярна и автор создал еще 4 версии, а репродукции картины, по выражению писателя Владимира Набокова, можно было найти в каждом берлинском доме.
Позже Сальвадор Дали, на которого творчество Бёклина наложило свой отпечаток, написал картину "Западный берег острова мертвых".
Интересно, что картину Беклина мечтали иметь и Гитлер и Ленин. И таки заполучили! Ленин возил с собой репродукцию «Острова мертвых» в ссылку. А Гитлеру и вовсе удалось разыскать оригинал картины — третью ее версию, и купить его в 1936-м году. И «вождь мирового пролетариата» и «создатель Третьего Рима» считали себя особыми и верили в исключительность своей миссии. Картина была напоминанием того, что и после смерти, их будут помнить и в истории им уготовано особое место.
По мнению Д.С. Лихачёва, эта картина была создана под впечатлениями А. Бёклина от острова Людвигштайн около Выборга, близ Санкт-Петербурга в парке Монрепо, которым долго владели бароны Николаи. Один из них был личным секретарём императрицы Марии Фёдоровны. В парке любили бывать Анна Керн, декабристы Фёдор Глинка, Эверест Сомов, бывал там и Владимир Соловьёв, который написал стихотворение “Монрепо”. На острове много могил знаменитых людей, и именно это место. наверное, вдохновило Бёклина на создание картины
С вершины полуострова Нептуна открывается прекрасный вид на остров Людвигштайн – гранитную скалу, поросшую растительностью. Когда-то он соединялся с берегом при помощи паромной переправы, о которой сейчас напоминают лишь металлические ворота пристани. На вершине скалы белеет, отражаясь в водах залива, готический замок – Людвигсбург, построенный в 20-х годах XIX столетия. Остров являлся семейным некрополем четырёх поколений рода Николаи и был закрыт для посторонних посетителей.
Тему продолжает мавзолей Павла (первоначальное название Храм Павла I или Памятник Павлу I) был сооружен по проекту Ж.Тома де Томона в Павловске в парковом районе Новой Сильвии и является архитектурной доминантой района.
Желая увековечить память о незабвенном своем супруге, вдовствующая императрица Мария Федоровна решила установить ему архитектурный монумент.
Строительство велось с 1806 по 1810 год. Здание построено в виде древнеримского храма. Величественное здание из песчаника высится на гранитном подиуме с широкими ступенями, четырехколонный портик поддерживает фронтон с надписью: «Супругу благодетелю», на противоположной стороне – слова: «Павлу I-му Императору и Самодержцу Всероссийскому. Родившемуся сентября 20-го дня 1754 года. Скончавшемуся марта 11-го дня 1801 года». Во фризе изображены плачущие маски.
Эмоциональное воздействие Мавзолея на зрителя наиболее ярко отразил В.А.Жуковский в элегии «Славянка»:
И вдруг пустынный храм в дичи передо мной:
Заглохшая тропа, кругом кусты седые;
багряных лип чернеет дуб густой
И дремлют ели гробовые…
В 1791 году умер князь Григорий Потёмкин. После его смерти графиня
А. В. Браницкая , племянница Потемкина, при поддержке Екатерины ІІ получила большую часть наследства князя. В своем имении в Белой Церкви графиня в парке решила построить мавзолей в честь Г. Потемкина.
Проект мавзолея выполнил в 1795 году известный архитектор Иван Старов, автор Таврического дворца Г. Потёмкина в Петербурге. Мавзолей должен был стать доминантой всей новой композиции парка «Александрия». Он должен был рассказывать о жизни и величии князя.
После смерти Екатерины ІІ, русский трон унаследовал Павел І, который крайне отрицательно относился ко всему, что было связано с именем князя Таврического. Браницких перестали принимать при дворе, за ними был установлен негласный надзор. По этой причине графиня была вынуждена отказаться от строительства мавзолея.