Прогулка по истории театрального костюма
В газетном фонде РГБ, что в Химках, есть издания, выходившие в разных уголках страны, в том числе в Санкт-Петербурге. В одном из номеров «Петербургской газеты» 1903 года мне попалась на глаза заметка о курьёзном случае, произошедшим с Фёдором Шаляпины, который выступал в столице в то время. В ней речь шла о том, что в одном из спектаклей Мариинского театра (опера «Фауст») был почему-то необычайно длинный антракт. Причиной столь долгого перерыва стало… лопнувшее трико певца. А так как Шаляпин был очень высокого роста, да к тому же придирчив в выборе костюма, подобрать нужное трико оказалось делом не простым. В Петербург он возил собственный костюм из Москвы, и, чтобы в дальнейшем таких казусов не происходило, решил в будущем брать с собой запасное трико.
Кстати, Шаляпин в своих мемуарах описал, как впервые надел трико в свой первый оперный сезон в Уфе осенью 1890 г.:
«Сезон начался "Певцом из Палермо" (комическая опера австрийского композитора А. Замара). Конечно, больше всех волновался я.
Боже мой, как приятно было мне видеть на афишах мою фамилию: "Вторые басы: Афанасьев и Шаляпин". Первым спектаклем шел "Певец из Палермо".
Костюмы для хора разделялись на испанские и пейзанские. Пейзанский костюм – шерстяное трико или чулки, стоптанные туфли, коротенькие штанишки "трусики", куртка из казинета или "чертовой кожи", отороченная тесьмой, и поверх куртки белый воротник. Испанский костюм "строился" из дешевого плюша. Штаны были еще короче пейзанских. Вместо куртки колет, а на плечах – коротенький плащ. К сему полагались картонные шапки, обшитые плюшем или атласом. Я надел испанский костюм, сделал себе маленькие усики, подвел брови, накрасил губы, набелился, нарумянился во всю мочь, стараясь сделать себя красивым испанцем.
Я был неимоверно худ. Впервые в жизни я надел трико, и мне казалось, что ноги у меня совершенно голые. Было стыдно, неловко. Когда хор позвали на сцену, я встал в первом ряду хористов и принял надлежащую испанскую позу: выставил ногу вперед, руку – фертом положил на бедро, гордо откинул голову. Но оказалось, что эта поза – свыше моих сил. Нога, выставленная вперед, страшно дрожала. Я оперся на нее и выставил другую. Она тоже предательски тряслась, несмотря на все мои усилия побороть дрожь. Тогда я позорно спрятался за хористов».
Описанный выше случай с лопнувшим трико – не единственный. Такое случалось не редко. Например, с оперным тенором Николаем Фигнером перед началом репетиции оперы П.И. Чайковского «Пиковая дама» 5 декабря 1890 г. Тогда самое страшное было в том, что на прогон в театр приехал император Александр III, а ждать, когда Фигнеру привезут новое трико, пришлось целый час. Узнав, в чем причина задержки, царь расхохотался, хотя дирекция певца чуть не уволила, но за него вступился композитор.
А вы знали, что оперным певцам тоже требуется трико?
