Откуда берут своё начало работы Кабакова и других концептуалистов? Их в полной мере может понять только человек, который живет на постсоветском пространстве и впитывает эту культуру. Мы где-то на подсознательном уровне понимаем , что правильно расчерченные доски Кабакова с графиком выноса мусорного ведра, это смешно и иронично и в тоже время грустно. Но словами объяснить человеку, который не жил в советское время, в чем же заключается ирония, очень сложно 🤷♀️
Видя работы Кабакова у нас возникает знакомое ЧУВСТВО, которое мы уже испытывали когда-то…
Но когда? Здесь обращаясь к своей памяти нам становится сложно выцепить какой-то конкретный пример. Такое происходит, когда мы смотрим вплотную на что-то большое и не можем понять картину в целом.
Так что же такое мы считываем в работах Кабакова? Откуда у нас есть это чувство и понимание?
Я думала о Кабакове, когда читала Ерофеева «Москва- Петушки». Там герои тоже составляли бесполезные и ненужные графики. Они работали на стройке, и вместо отчета о работе предоставляли график кто/сколько выпил за месяц. Т.е. начальство требовало отчёт по работе, но никто не хотел заниматься реальными подсчетами. В тоже время не выполнить задание руководства было нельзя. (Что сложно понять современному человеку мыслящему категорией «сначала Я, потом остальные»).
Тогда человек воспринимался, как часть системы. И структура была такой «Сначала благо общества, а потом …» потом по большому счету и не существовало 🤷♀️ «Я» и индивидуальность человека не то чтобы не ценились, они просто оставались незамеченными.
Чтобы управлять всей этой системой (обществом), должен был быть четкий план, который и транслировался через постановления, задания на пятилетки, и в более мелком варианте на производстве и в домах расходился на графики и Таблицы.
Общество должно работать как слаженный механизм. А инструкция прилагалась в схемах.
И поскольку систему нельзя было обойти. С ней можно было только «сталкиваться», как и делал герой Ерофеева.
Вторым вариантом было «встать на гребень волны» и использовать систему для себя.
Недавно узнала интересный пример с этим связанный.
В Узбекистане в советское время был план по производству хлопка. Этот план повышался до тех пор, пока не стал невыполним просто по причине отсутствия большего количества земель под посев.
Но план по хлопку уже составлен, следовательно его НАДО выполнить. И тогда первый секретарь Узбекской ССР придумал гениальный обман. Та часть хлопка, которая превышала реальное его количество, проходила только по бумагам. Дальше несуществующий хлопок отправлялся в пустых вагонах на заводы, а там терялся или списывался. План был выполнен.
Как этот пример относится к Кабакову?
Люди, сталкиваясь постоянно с ограничениями системы через указы, планы и таблицы, ощущали свою беспомощность, это ЧУВСТВО, что ты просто часть чей-то схемы, уже встроилось на подсознательном уровне. Одновременно чувство защиты, порядка, уверенности в завтрашнем дне (ведь есть же план на будущее! И в этом плане будущее только светлое), и чувство, что ты окружён этими таблицами и графиками, будто в тюрьме.
Именно это ЧУВСТВО пронизывает работы Кабакова. Именно его мы считываем и не можем понять, почему нам так смешно и грустно.
Как и в Книге Ерофеева, в работах Кабакова всегда есть место иронии и маленькой шалости. Искусство всегда утрирует реальность, усиливает через образный язык наши впечатления. И вот, обычная таблица уборки в коммунальной квартире превращается в график выноса помойного ведра. И он усиливается этими четкими линиями, как на советской доске, этим характерным зелёным и бежевым цветом, который все помнят из советских домов, образ настолько сильный, что мы практически чувствуем запах коммуналки. Именно для того, чтобы мы прожили этот опыт ещё раз, отрефлексировали, освободились.