Леонид Сергеевич неделю не дожил до своего 89-го дня рождения. Из-за преклонного возраста и больных сосудов у него были проблемы с ногами, а потом к этому недугу присоединилась еще и онкология. Финальный месяц жизни артист провел в реанимации, а последним желанием его было отведать обычного эскимо и благодаря этому перенестись в детство - в то счастливое время, когда был полон сил и энтузиазма, мечтая стать артистом.
Несмотря на ранние грезы об актерской профессии, широкая известность к Броневому пришла только в 45 лет - именно благодаря образу «фашиста с человеческими глазами» Мюллера. Потом было множество других киноролей: он снимался в таких фильмах, как «Формула любви», «Тот самый Мюнхгаузен», «Ольга Сергеевна» и многих других. Но кроме кино, Леонид Сергеевич очень любил театр и всецело был предан любимому Ленкому, в котором служил почти 30 лет.
- Когда Захаров (художественный руководитель Ленкома.) пригласил Леонида Сергеевича в театр, все говорили, что его вроде бы как берут на роли Леонова, - вспоминает коллега Броневого по Ленкому, 55-летний актер Виктор Раков. - Но это было совершенно не так. Леонид Сергеевич был настолько уникален, что даже если и играл одинаковые с Леоновым роли, то развивался в своем направлении.
Я помню, мы что-то репетировали и, как это часто бывает, начали смеяться. Марк Захаров из-за этого очень расстроился и говорит: «Это непрофессионально, ну давайте соберемся и все-таки сыграем!» На что Леонид Сергеевич ему сказал: «Марк Анатольевич, дайте нам на репетиции отсмеяться, и на спектакле этого не будет». Так, собственно, и случилось. Спектакль прошел отлично.
«Я серьезно, а вы смеетесь!»
А вот другой актер Ленкома - Дмитрий Певцов - наоборот, утверждает, что смеющимся Броневого никогда не видел.
- Он говорил правду в разных видах, - вспоминает 54-летний Певцов. - Леонид Сергеевич был человеком импульса, и, если ему хотелось что-то сказать, он себя не сдерживал. Не многие могут себе это позволить. А вообще странно: почти за 30 лет нашего знакомства я практически не видел, чтобы он смеялся. Он изредка улыбался каким-то шуткам. Сам никогда специально не шутил, но иногда у него получалось гениально и смешно просто что-то рассказывать. Все умирали со смеху, а он смотрел исподлобья и думал: «Дураки вы все, дураки! Я серьезно с вами разговариваю, а вы тут смеетесь!»
Как-то сказал про одного коллегу: «Артист он, конечно, никакой, зато как человек - говно полное!» Такая вот шутка, афоризм, но в этом был весь Леонид Сергеевич.
Дмитрий Певцов с горечью вспоминает последние встречи с Леонидом Броневым.
- Ему, очевидно, было очень плохо, - вздыхает Дмитрий. - Я видел, что он терпел боль, выходил на сцену, делал, что нужно, и уходил. Самое сложное для него, наверное, было ожидание своего выхода на сцену. Леонид Сергеевич сидел, страдал и ждал. Последняя наша встреча произошла на спектакле «День опричника». Помню, как я сижу жду своего выхода, а Леонида Сергеевича привозят, раздевают, он надевает кепку и тоже ждет. Никто ни о чем не говорит. Мы здороваемся, и всё. Уйдя, он оставил огромную пустоту. Марк Анатольевич очень много лет подбирал актерскую палитру нашего театра, а сейчас, с уходом таких арти
стов, она становится все бледнее и бледнее.
Еще один ленкомовец -Сергей Фролов - навсегда запомнил наставления и уроки мудрого Леонида Броневого.
- Меня всегда тянуло за кулисы, смотреть, как он играет,- вспоминает 43-летний актер.
- Ходил на его спектакли через один, несмотря на то, что во многих из них не участвовал. Я следил за каждым его движением, взглядом, эмоцией. Это не очень этично рассказывать, но когда-то, будучи молодым артистом, я у него спросил: «Леонид Сергеевич, а у вас были какие-то друзья в театре?» Потом испугался, подумал, что я сейчас получу. А он вдруг сказал: «Да, друг был один». Потом он сделал паузу и сказал: «Ну, как друг -выпивали вместе». Последняя встреча у нас была телефонная. Мы с ним долго разговаривали о театре, он пожелал мне и дальше им заниматься. Я постараюсь блюсти его завет.
«Говорил о жене, как о маленькой девочке»
О профессионализме Леонида Сергеевича говорил каждый, кому посчастливилось работать с мэтром, да и просто смотреть из зала или через экран телевизора на его работу. Людмила Андреевна Поргина, заслуженная артистка РФ, жена Николая Караченцова, играла вместе с Броневым в известной постановке «Чайка».
- Последний раз мы общались на премьере спектакля «День опричника» осенью прошлого года. Он уже в инвалидном кресле выезжал. Потом мне сказали, что он стал себя хуже чувствовать. Очень жаль, конечно, замечательный актер, высокий профессионал покинул эту жизнь. У него актеры учились. Когда я с ним работала, получала необыкновенное удовольствие. Как он радовался, когда что-то удачно получалось, как переживал. Что бы он ни играл, он делал это с полной самоотдачей. Леонид Сергеевич всегда смешил, веселил нас, он был потрясающим рассказчиком, играл на фортепиано, читал Пушкина, Лермонтова. Создавал настроение перед выходом на сцену. А во время спектакля за сценой за всем смотрел и молчал, считал, что работа - святое.
Помимо прекрасного актера, он еще был замечательным мужем У него были такие трогательные отношения с Викторией Валентиновной. Он всегда говорил о ней, как о маленькой девочке: «Бедненькая, она плохо себя чувствует, повысилась температура».
Постоянно звонил, если они где-то были вдвоем, то уж тут видно было, что она заботится о нем так же трепетно, может, даже и больше.
В театре отказали ноги
Мы звонили вдове Леонида Броневого в день смерти артиста, хотели принести соболезнования; ведь не так давно записывали
с ним интервью. В тот день к труб -ке подходил другой человек, убитая горем 77-летняя Виктория Валентиновна не могла ни с кем говорить.
Спустя неделю мы смогли с ней поговорить.
«Только звезды» принесли соболезнования супруге покойного, напомнили, что в мае брали интервью, где Леонид Сергеевич прикрикнул на корреспондента, а потом успокоился и продолжил беседу.
- Накричать - это он умеет, но быстро отходит, - узнала своего любимого Виктория Валентиновна. - Характер у него действительно был тяжелый, но я нашла к нему подход. Все-таки 50 лет прожили. Я точно знала, что на гастролях он мне никогда не изменял, и я тоже. Мы были единственными друг у друга, у меня был он, а у него - я. И то мы восемь лет ждали, пока дочь Валентина окончит школу, да и потом он помогал ей (в 1958 году народный артист стал отцом в первом браке с актрисой Валентиной Блиновой. Когда малышке исполнилось 4 года, мать умерла от рака.).
Муж по несколько раз в день мне звонил, если уезжал на гастроли. Нам всегда было о чем поговорить, хотя даже помолчать с ним было приятно. Как же тяжело все это переживать, не могу вспоминать... Он последние спектакли отыграл осенью, и прямо в театре у него отказали ноги. Его на руках принесли домой. С тех пор он не вставал. Как-то ночью упал, мы вызвали скорую, ребята попались порядочные, отвезли его в хорошую больницу. Директор Ленкома помог с отдельной палатой, там всё выдавали свое, даже матрас был противопролежневый. Самое страшное, что он умер совсем неожиданно для нас. Я каждый день ездила к нему, мы строили планы.
После проведения анализов врачи подозревали рак кишечника, поэтому собирались отправить супруга в интернат, где за ним ухаживали бы волонтеры. А тут звонят в половине восьмого утра и говорят, что его больше нет. Непонятно, почему остановилось сердце, ведь, по словам врачей, оно было сильное, несмотря на проблемы несколько лет назад.
В последнее время он просил Марка Анатольевича написать новые эпизоды, очень хотел работать, хоть уже и с палочкой ходил. Я его никогда не отговаривала, понимала, что артисты работают до последнего. Жалел, что не сыграл Евгения Арбенина, героя драмы Лермонтова «Маскарад», который сходит с ума от любви к жене, которую сам же отравил, поверив сплетням.
О конфликте с дочерью Леонида Броневого
- Про Валю говорить не хочу, - раздраженно отрезала Виктория Валентиновна. - Она была с нами на поминках несколько часов, просила у меня прощения, плакала. Наверное, есть за что извиняться. Я не прошу простить, мне не за что извиняться. Она сидела с нами и ни разу не сказала, что дала интервью «Пусть говорят». Почему? Было дело, лет пять назад, когда она со своей няней меня прокляли. Лёня разозлился на дочь и дарственную написал на меня. «Бывает, что жены настраивают против дочерей...» - так она говорила на телевидении. Лёня рассердился: «Моя жена - святой человек, и я не позволю никому ее обижать». А сколько я ходила носила продукты, с маленькой Валей гуляла, водила ее в театр.
Сначала все было хорошо, видимо, потом подумала, что все могло ей достаться, а тут появилась я. Но никто ее никогда не оставлял, Лёня всегда финансово поддерживал дочь, даже когда она была студенткой. На работе даже смеялись, что Броневой женился на Вике по расчету, он ведь пришелко мнес дерматиновым чемоданом, полотенцем и стопкой книг, а остальное оставил ей. Дачу снимал дочери каждое лето на несколько месяцев. А у нас до того доходило, что мы у нее же занимали деньги, чтобы купить Лёне плащ. А она даже никогда не интересовалась, как он себя чувствует.
- Почему же вы общего ребенка не завели, у вас ведь была такая любовь?
- Сначала восемь лет ждали, пока Валя школу закончит. Замуж я вышла уже в 32года. Я считала, что у нас уже есть дочка, а получилось вот как... Потом, конечно, пожалела, сейчас хоть одна не была бы. Не думала, что так получится, у нас с Валей были хорошие отношения, видимо, няняее, которая за ней ухаживала, ее настроила... Много могу говорить, но не хочется поминать старое.