Никита Хрущёв на обложках журнала "Time" в 1955-1962 годах
25 февраля 1956 года Н.С. Хрущёв произнёс на закрытом заседании XX съезда КПСС свой знаменитый "секретный доклад" "О культе личности и его последствиях". Доклад не был опубликован в печати, но спустя некоторое время с ним ознакомили на партийных собраниях практически всех советских людей. Появился его текст и на Западе. Недавно я уже писал, что основной причиной, почему руководящему слою СССР вообще потребовалось осуждать Сталина, было страстное желание получить личную безопасность, гарантии неприкосновенности личной жизни и свободы. То же самое стремление некогда заставило термидорианцев отправить на эшафот Робеспьера и его друзей, и положило начало закату французской революции.
Но доклад Хрущёва имел очень многообразные и глубокие последствия, в том числе и на уровне мировоззрения, жизненной философии тех, кто пережил эту идейную ломку 1956-1961 годов. Какие-то из этих долговременных последствий мы переживаем и сегодня.
Если говорить коротко, то слово "мы" в качестве определяющего для решений и поступков коммунистов уступило место слову "я". Об этом довольно любопытно написал известный чехословацкий коммунист-реформатор Зденек Млынарж, который сравнивал последствия доклада с протестантской Реформацией:
"Обычно до сих пор коммунисты-реформаторы упрекают Хрущёва в том, что его критика была критикой личности Сталина, а надо было, мол, развенчать систему сталинизма. Всё, однако, гораздо сложнее. Критика системы, конечно, более радикальна и глубока, но она обращена к рациональному мышлению... Напротив, казалось бы, поверхностная критика Хрущёва главный акцент переносит на вопрос вины и ответственности отдельного человека. Каков на него ответ - дело другое. Исключительно важна сама постановка этого вопроса".
"Была поколеблена прежняя внутренняя безмятежность, основывавшаяся до тех пор на убеждении, что, поступая, как велит партия, я действую в "интересах рабочего класса" и никакой ответственности за возможные ошибки не несу, поскольку отвечает перед историей партия. Теперь эта партия призвала к ответу лично Сталина. А как же тогда я? Со мной что, должно быть по-другому?.. Из хрущёвской позиции следовало, что даже за Сталина партия не берёт на себя ответственность - отвечать будет он сам. Кто же тогда возьмёт ответственность за мои действия? Оставалось одно - вести себя так, чтобы быть готовым самому нести ответственность за свои поступки".
"На вершине пирамиды стоял Сталин, так что его точка зрения была и для меня зачастую высшей инстанцией, освящающей истинность взглядов и поступков. Сталин, Готвальд, политбюро, партия, однако, были для меня не тем же, чем Бог является для верующих христиан, а скорее тем, что для правоверных католиков представляют папа, кардиналы, церковь... Если, однако, продолжить эту аналогию, становится ясно, что верующие христиане, потеряв доверие к папе и кардиналам, запятнавшим себя ересью, стали бы скорее всего обращаться к Богу самостоятельно, без посредничества церковников, в чём, собственно, и заключается сущность протестантского реформаторства. Другими словами, верующие ставили бы и по-новому отвечали на вопрос о личной ответственности перед Богом за свою веру и свои поступки, понимая, что, оказывается, рассчитывать на папу, кардиналов и католическую церковь в духовной связи с Богом теперь не приходится".
Документ о предварительном одобрении доклада. Свои замечания к тексту высказали только Шепилов и Поспелов
Из черновиков документов подготовки и проведения съезда
Страницы черновика доклада с правками
А так увидели последствия доклада карикатуристы на Западе:
Никита Хрущёв Маркс, Иосиф Броз Тито Маркс и Вальтер Ульбрихт Маркс против Мао Маркса, Хо Ши Мина Маркса и Энвера Ходжи Маркса
Пролетарии из разных стран выясняют, кто из них лидер