Варданян: «Когда страна в блокаде, нет света, газа, медикаментов — это не про политику, это про спасение родины»

Бизнесмена Рубена Варданяна 23 февраля указом президента непризнанной Нагорно-Карабахской Республики (НКР) отправили в отставку с поста госминистра. Он пробыл в этой должности 112 дней.

Корреспондент RTVI поговорил с Рубеном Варданяном о его планах и о будущем региона.

Каковы причины решения о вашей отставке?

Это вопрос к президенту [Араику Арутюняну], не ко мне.

Те объединяющие вас красные линии, о которых вы говорили вчера в беседе с президентом — в чем они заключаются?

Он озвучил, что все, что касается независимости и самостоятельности Арцаха, [переступать эти красные линии] неприемлемо для него и для всего остального народа. В этом смысле у нас красные линии совпадают. И кажется, это очень важная вещь, что благодаря этому конфликту за последние несколько месяцев, стало более четко и понятно, что есть вещи, которые действительно неприемлемы для всех арцахцев, не только для Рубена.

Вы остаетесь после отставки — в какой роли вы себя видите сейчас?

Я переехал в Арцах и объявил об этом намного раньше, чем получил какую-то государственную должность. Я сделал огромное количество проектов. У нас есть агентство «Мы — наши горы», направленное на консолидацию усилий большого количества проектов в разных областях. У нас есть движение «Фронт безопасности и развития Арцаха», которое включает в себя сотни тысяч людей — от молодежи до людей старших поколений, которые реализуют разные проекты. Поэтому поле деятельности огромное.

Каким вы видите будущее региона в ближайшие годы?

В феврале этого года будет 35 лет, как началось движение за независимость Нагорного Карабаха, автономной области еще в составе Советского Союза. Все 35 лет были очень разные, сложные. Но самое главное не изменилось — армяне, которые проголосовали 20 февраля 1988 года за выход из состава Азербайджанской ССР, не поменяют своего мнения. Они борются за свою независимость, за право жить по своим законам, по своим традициям. Этот путь очень долгий, может быть, будет продолжатся десятки лет, но главная цель не изменилась и не изменится. До тех пор, пока Арцах не станет признанным, независимым от Азербайджана государством, я думаю, борьба не остановится.

Возможное ли ваше возвращение к политической работе или это пройденный этап?

Когда страна находится в блокаде, окруженная со всех сторон, когда нет света, газа, отсутствуют элементарные медикаменты и так далее — это не про политику, это про спасение родины. И это не высокие слова, просто каждый день ты пытаешься спасти людей: детей, взрослых, стариков. И в этом смысле я не воспринимал свою позицию никаким образом как политическую.

Я воспринимал свою работу как гражданин и солдат, который помогает и решает задачи спасения своей родины. Поэтому у меня нет восприятия, что я пошел в политику или на госдолжность.

Я пошел туда, где надо было, где был самый тяжелый период, и пытался помочь, чем мог. Поэтому у меня немножко другое восприятие моего опыта за последние 112 дней. Я вообще воспринимаю это не как политическую, а как общественную деятельность, как человек, который взял на себя ответственность и принимал решения в очень непростой ситуации.

Огромную ответственность я взял на себя. Я ее не боюсь и готов и дальше брать на себя ответственность, это правда. И я убедился, что народ даже в самой тяжелой ситуации видит, кто готов брать на себя ответственность, кто готов подходить к этому правильно, а кто не готов. Я думаю, что лучшая оценка моей деятельности — это отношение народа ко мне.