Вот, наконец, и свиделись, мой друг. Да, в последнее время вошло в норму пропадать — жизнь такая пошла. Однако, полагаю, скоро все изменится и вернется на круги своя.
Ах, да. Ты же еще ничего не знаешь...
Как я и предполагал, людишки кинулись прочесывать окрестные леса, а мы скрытно направились в сторону противоположную, к пещерам. Однажды вечером мы видели, как тяжело, точно черепаха, проползла мимо нашего укрытия подле тракта телега убийцы драконов, и я вздохнул свободнее. Совершенно напрасно, надо сказать, так как это едва не стоило нам жизни. Никак не привыкну к недостаткам человеческой сущности, ее слабости, уязвимости. Подверженности эмоциям и страстям...
Да, да, в последнем я подразумеваю свои неуместные порывы в отношении хозяюшки. Невозможность коснуться ее, такой близкой и такой недоступной одновременно, прижать к груди, запечатать поцелуем жаркие уста, сводит меня с ума. И каждую ночь, ворочаясь в каких-то дюймах от желанного тела, я молил небеса, чтобы все закончилось прежде, чем я сорвусь и совершу непоправимую ошибку. Ну а что ты хотел? Я все же мужчина в самом расцвете сил.
Она что? Полагаю, все поняла, не невинная девица, чай, только не показывает. Видит, должно быть, что спутнику и так не сладко. Лишь время от времени посмеивается в кулачок.
Словом, добрались мы до мест родных. Оставил я хозяюшку у родника, а сам на разведку отравился, заодно схроны проверил. Глядь, а доспехов матери нет! Разорил кто-то тайник, умыкнув содержимое, оставив в душе моей зияющую рану. И поклялся я отыскать вора, да наказать, чтоб неповадно было впредь чужое брать. Нет, сам руки оборвать не смогу, но знаю, кто окажет мне подобную услугу. Гнев поднялся в груди, исторгнув из нее подобие рыка. Горло обожгло подступающим огнем, человеческая личина едва не слетела, являя миру истинную сущность, и в этот миг уста мои накрыла узкая девичья ладонь. И я снова проглотил собственное пламя. Ну, хозяюшка... Ох, ведьма! Оказалось, она с самого начала знала, что приютила дракона, увидев отражение в колодце, представляешь?!
Не успели мы толком объясниться, как мимо что-то просвистело. Да так громко, что мы с хозяюшкой едва не подскочили. Посмотрев в направлении звука, успели увидеть, как вонзилось в деревцо, расщепив надвое, обитое железом копье, и обратились в бегство. Вслед полетело проклятье, предназначенное гадкому полукровке, и очередное копье. Маленькая армия убийцы разделилась, а может, сделала обманный маневр. Говорил же, что он профессионал... Нырнули в чащу, где подлесок плотнее. Там не особо размахнешься, и телега не пройдет, но и не разбегаешься: корни под ноги подворачиваются, ветви за одежду хватают, точно на стороне врагов наших, сердце из груди выскакивает...
Пробились мы через чащу, мимо трясины болотной, гиблой, выскочили к тракту... А там телега с арбалетом дожидается. Все, отбегались. Толкнул я хозяюшку в траву, уводя из-под удара, сам же приготовился встретить смерть неминуемую. Глаза прикрыл, прощаясь мысленно со всеми, кто стал мне дорог. Надеюсь, тебе не сильно икнулось? Жду, а убийца не стреляет. Нет. Не проснулась в нем жалость, такие убивают ее первой. Просто сработал инстинкт самосохранения.
Слышу, он арбалет разворачивает, глянул и испытал острое желание зажмуриться обратно. Мать моя женщина! На нас с высоты племянник пикирует, а на спине у него... в седле моего папани и доспехах матери, принцесса восседает. Должен тебе признаться, несмотря на негативное отношение к подобным связям, смотрелись они бесподобно — красивая вышла пара. А когда племянник изящно и словно непринужденно крутой вираж заложил, ловко уходя от смертоносной стали, я преисполнился белой зависти и отеческой гордости. Сестра его опекает, что дите малое, а он возмужать успел.
Дохнул огнем...
Хозяюшка меня к лесу тянет, а я взгляд отвести не могу. Лишь когда телега превратилась в полыхающий костер, а кони, оборвав упряжь, умчались в сторону столицы, разорвал я оцепенение, позволив себя увести.
Мы встретились у озера. Я, конечно, отчитал детей. Для порядка. Так рисковать собой... А потом расцеловал, благодаря за спасение. Ночью, под прикрытием тьмы, ибо выдалась она безлунной, улетели в края, откуда я родом. Так как крыло меня еще беспокоит, хозяюшка летела с принцессой, с которой они всю дорогу шептались. Когда думаю, о чем, убить хочется.
О, папаня заявился. Сейчас начнется...
До новой встречи, мой друг.