Прошло несколько недель.
Маму из больницы выписали. Шов на шее сделали очень неаккуратный и некрасивый.
Жизнь продолжалась. Петра не было ни видно, ни слышно. Но страх не уходил из нашей жизни. Мы были все время в ожидании чего-то плохого.
Я с моим молодым человеком ехала в автобусе. Не помню, зачем и куда. Собственно, это не важно. Я просто четко помню то место. Я поворачиваю голову и вижу из автобуса, как по другой стороне улицы спокойно идет Петр.
Мне и страшно и противно, но я понимаю, что такой шанс упускать нельзя.
Через весь автобус мы бежим, кричим водителю, чтобы остановился. Выскакиваем и летим через дорогу. Наскакиваем на Петра сзади. Молодой человек гораздо крупнее Петра, но тот жилистый, сильный изворотливый. Приходится сидеть на нем, скрутив ему руки. Я кручу головой и вижу, что на остановке стоит милицейский УАЗик. Я со всех ног бегу к ним и кричу: " Этот мужчина порезал женщину, держите его!"
Спасибо огромное тем милиционерам, они не стали задавать никаких вопросов, быстро сориентировались. Скрутили Петра и повезли в отделение.
Просто случай - куда-то ехали, и я повернула голову в нужном направлении, и рядом была милиция.
Потом был суд.
Женщина, с которой на тот момент жил Петр, была очень состоятельная. У нее были связи. Не знаю, что он ей такое наговорил, но она всеми силами старалась его вызволить. Было страшно, если ему дадут условно. А они были в этом уверены.
Каково же было их удивление и недоумение, это было очень заметно, когда объявили: " Виновен! Срок..."
Я не помню, сколько ему дали. Все, как в тумане. Но по-моему года три.
Была радость, было облегчение и ощущение справедливости. Наконец-то.
Я не знаю, что стало с Петром - жив он, или нет. Больше мы его не видели и не слышали никогда.
Эта история не подслушана мной, не рассказана мне подругой. Она произошла именно со мной и с моей мамой.
Когда я решила, что стоит написать об этом, я не думала, что будет тяжело. Прошло уже много лет. Мамы нет. И я даже не вспоминала об этих событиях.
И вдруг поняла, что я не могу писать. Я собиралась мыслями и силами несколько дней. И все никак не могла решиться.
Значит, где-то глубоко во мне сидели и страх, и обида, нежелание вспоминать все это.
Я очень рада, что смогла. Я знаю, что такие случаи не единичны. Многие женщины страдают от насилия и преследований и не знают, что делать. И часто никто не хочет и не может помочь им.
Более того, пережив эту ситуацию изнутри, пусть и не в лице главной героини, я не знаю, какой дать совет.
Я уверена, что изначально со стороны мамы была провокация, которая послужила пусковым крючком для дальнейших трагических событий. Но далеко не каждый мужчина отреагировал бы таким образом, превратив нашу жизнь в ад на много лет.
Я желаю никому не попадать в подобные ситуации. И чтобы у вас всегда была поддержка близких вам людей.