Так как в первую статью впихнуть три с лишним года отношений не получилось, я продолжаю. Жизнь текла, потихоньку и незаметно мы становились плотно склеенной парой...
Меняйся
Мы сидели у меня дома. Уже вся моя семья знала Вику как мою девушку и нас как пару. Мы стояли на балконе и курили.
– Зачем ты куришь Яву?
– А что?
– Ну знаешь, мне вообще не очень нравится когда девушка курит, хотя не мне тебя судить, но Ява? Тебе что, нравится курить дешёвые мужицкие сигареты? Или это из-за денег?
– Да нет, просто я же типа панк
– И про это тоже...
– А тут что?
– Ну ты ведь не панк. И дело даже не в музыке, ты и по идеологии не панк. Ты панк только по одежде. А что тебе прятать в этой одежде? У тебя отличная фигура, никаких проблем нет
– А что по-твоему надо?
– Давай попробуем надеть на тебя что-то женственное. Не обязательно платье, но хоть что-то
– Может мне ещё волосы отрастить?
– Да как хочешь. В целом у тебя сейчас причёска хоть и короткая, но очень милая
– Когда я училась в третьем классе, мама обрила мою голову машинкой под 9-ку. Сейчас у меня самые длинные волосы с тех пор
– А зачем?
– Потому что у неё расчёска запуталась в моих длинных волосах...
Я замолчал... Странная мать и сильно пьющий отец. Как результат - набор комплексов, маскируемых под панка. Я отобрал у неё сигареты и отдал пачку своего Парламента.
В течении следующего месяца я устраивался на всевозможные подработки, занимал деньги у мамы и у друзей, но накупил ей кучу шмоток и обуви. Всё, что могло показаться мне красивым для девочки. Когда я принёс ей несколько пакетов с вещами и она начала их мерить глаза её светились от счастья. Она крутилась перед зеркалом и по её щекам покатились слёзы.
– Спасибо тебе! Спасибо огромное! Женя... Я тебя люблю!
Я только улыбнулся в ответ. Ну что, Евгений. За что боролись! Теперь она смотрит на тебя как на бога, а ты уже просто не имеешь права уйти. Ну и ладно, вроде у нас всё в порядке.
Болевая арка
Время шло и вроде бы всё было ровно, пока однажды, выйдя из автобуса из-за громкого звона в ухе, я не потерял сознание на остановке. Это было не просто давление как в другие времена, это была опухоль в моей голове. До операции Вика плакала, стояла у моей больницы и ждала меня. Но то что ждало её...
Больше всего её удивило, что когда меня выписывали после операции, я смотрел на неё и в упор не мог вспомнить кто такая эта милая девочка. Да, симпатичная, да хорошая, и даже та женщина, которая называет себя моей мамой, говорит, что Вика моя девушка. Мы спим у меня дома в одной кровати и не только спим, но я не помню... Следующие полгода я читал всё подряд, заставлял всех в моей семье со мной разговаривать. Вика рассказывала мне истории из нашего прошлого, и я сам начал вспоминать многое. Я начал вспоминать слова, но не все. Зато я вспоминал события из детства и все больше и больше я становился собой, но не просто собой, а собой, который и сейчас и тогда был умен и силён... А потом пришла эпилепсия... Я чувствовал себя сломанным и уже ничего не хотел, и эти голубые глаза в слезах... Ну зачем я им? Однако она выстояла. Она приняла меня быстрее, чем я принял сам себя.
Вместе
– Жень... – в трубке тихий голос моей девушки
– Да, Вик. Что случилось?
– У меня бабушка умерла...
– О, Боже! мне приехать?
– Да не, я нормально себя чувствую. Отец напился безбожно пришлось скорую вызывать, они даже его забрать хотели
– Оу... Ну она ведь уже старенькая была?
– Ну да...
Вика не сильно-то горевала по бабушке. Общались они не особенно, а в старости лет она создавала больше проблем. Она и её муж были гораздо старше наших обычных бабушек. Викин дедушка был ветераном-фронтовиком, а бабушка (тоже Виктория) труженицей тыла, они были лет на 10-15 старше моих бабушек и дедушек. Её папа родился когда Викиной бабушке было 43 года, по тем временам это было очень смело. Супруг сына не дождался и умер на шестом месяце ожидания, одной из самых неприятных для алкозависимых смертью - захлебнулся. В результате бабушка Виктория воспитывала сына сама, а когда тот вырос - дом матери стал для него отдушиной. Злая жена не разрешала выпить, а мама не только разрешала, так и наливала сама. Наливать-то наливала, но вот ухаживать за изрядно выпившим сыном в свои 85 лет уже не могла, так что за пьяным мужем приезжала супруга, по понятным причинам недолюбливавшая свекровь.
Похоронив свою мать, Викин отец должен был бы измениться, но всё стало только хуже. Теперь он пил в любой момент когда только мог оставаться один и в их семье было предпринято решение "сторожить" папу в воскресенье. Викина мама нашла себе работу в швейном магазине и трижды в неделю дома не бывала. В результате чего с папой в разные дни сидели Вика и вторая Викина бабушка, сравнительно молодая и активная Алевтина, у которой вообще был какой-то культ к мужчинам, но ненависть к алкоголю.
– Вот каким мужчина должен быть! Сильный, плечи широченные, готовит вкусно и не пьёт! А красивый-то какой!
– Ну да, Женя красивый. А папа что, не красивый?
– Папка твой субтильный какой-то совсем... Ещё и пьёт! Волосы зачем ему вот эти? Ну, может хоть откормить смогу!
– Бабуль, ну ты чего? Волосы это у папы самое красивое!
– Нужна мужику красота такая?
Я про себя посмеялся, подумав что я, похоже, больше нравлюсь Викиной бабушке, чем самой Вике.
Через некоторое время Вика окончательно разругалась со своей весьма конфликтной мамашей и было решено дочке переехать в квартиру покойной бабушки. Кроме того, если там будет жить дочь, то её отца будет меньше тянуть домой к своей почившей матери потосковать в обнимку с бутылкой. Сказано? Сделано! Я помог Вике перевезти несколько её сумок и компьютер для учёбы. Стало удобнее встречаться. Я по выходным приезжал к ней, иногда задерживался чуть дольше чем обычно, но не более того. К концу первого месяца мы воскресным вечером смотрели фильм, как вдруг в двери прозвучал громкий стук. Так как мы никого не ждали, дверь открывать пошёл я. Под дверью лежал пьяный и грязный отец Вики... Он прополз в квартиру и уселся в коридоре. На любые Викины вопросы он с трудом поднимал голову и в лучшем случае улыбался. Вика начала на него кричать. Я попытался её успокоить, но на любое мое слово становилось только хуже. Вика ушла на кухню, оставив нас с её отцом наедине, тот в свою очередь поднял на меня печальные глаза, попытавшись показать знаками что его тошнит. Я взял его под плечи и оттащил в туалет-ванную, усадил в обнимку с унитазом и даже держал его волосы, когда того красавца в свою очередь рвало. В тот момент я услышал как что-то стеклянное на кухне громыхает. Я выскочил туда и увидел что Вика, перебирая отборные маты, кидает в раковину хрустальные бокалы из бабушкиной коллекции.
– Ты что делаешь?
– Я его ненавижу! Меня всё бесит!
– А посуду ты зачем бьёшь?
– Потому что я в ярости!!!
– Ммм...
Вот такая вот прицельная агрессия. Я налил большую кружку чая и стал его пить. Её отец продолжал орать на унитаз, а до самой проказницы похоже дошло что, я смотрю не на неё, а в окно. Она перестала бить посуду и пошла к отцу, стала кричать на него. Я допил чай и подошёл к ней.
– Как наорёшься иди в комнату. А лучше ложись спать, он пусть тут спит
– А ты?
– А я к себе домой поехал, у вас тут свои развлечения
– Позвони мне завтра. Я тебя очень прошу
– Сама позвони как отец уедет
Я пошёл в сторону вокзала. Сел на последний автобус и уехал домой. Вся жизнь их семьи крутится вокруг её отца, но при его эгоистичном и отвратительном поведении он считается безумно красивым и милым... Я, видимо, чего-то не понимаю...
Звонок раздался примерно около полудня
– Женя, как ты?
– Да я-то ничего. Как там у вас дела?
– Папа проснулся, я его покормила, он ушёл. Он сказал что не хотел так делать. Это случайно вышло
– Я сразу так и понял
– Может ты ко мне переедешь? Тогда точно такого не повторится!
И я переехал... Ну я ведь уже взрослый, да и встречаемся мы давненько, может действительно и в ней что-то изменится, и в семье её. Подобные кульбиты её отец ещё несколько раз повторял, но было уже как-то легче, не считая того, что каждое воскресенье все сидели как на иголках.
Я тебя согрею
Осень подходила к концу, на улице выпадал снег и нам обещали ледяную зиму. Я подрабатывал как принеси-подай у всяких друзей, она ездила на учёбу и практиковалась в подвальной типографии за 3 копейки. Со скрипом, но при небольших запросах на жизнь хватало. Но трещины всегда случаются, в этот раз трещина случилась с зимней одеждой.
– Это что за херня?
– Это моя зимняя куртка
– Вот эта хрень чуть ниже пояса и толщиной с ватный диск - зимняя куртка?
– Ну она красивая, и я в прошлом году нормально ходила
– В прошлом году ниже минус пяти не было, а в этом минус тридцать пять обещают и дикие ветра
– Ну может свитер какой-нибудь надеть?
Я посмотрел на неё как на умалишённую.
– А со старой курткой что?
– Она стрёмная! Она длинная и не приталенная!
– Отлично! Где она?
– В шкафу... – она опустила голову в пол, как будто я ругал её за сигареты
Куртка была "давно хорошей". То есть хорошей, но было это давно. Весь пух свалялся и скатился вниз в подолу, в остальных местах куртка была на ощупь как плащ... С погодой синоптики как на зло тоже не обманули, через несколько дней бахнули морозы. Родители её денег на пуховик не дали, так как расчёта на такое не было. Я долго пытался придумать решение для проблемы, пока не придумал одного.
Я оделся в самое тёплое что было у меня и пошёл до всё того же ж/д вокзала. Продать у меня было нечего, кроме моего молодого тела и... Я это сделал. Я увидел как мужчины таскали какие-то металлические детали, обернутые в бумагу, с одних путей до других. Среди них стоял мужчина чуть постарше большинства и сам он не работал, а только руководил.
– Работник нужен?
– Тебе лет-то сколько?
– Мне восемнадцать, паспорт с собой, прописка есть
– Ты справишься?
– Справлюсь, мне деньги нужны
– Сколько надо?
– **** рублей
– Ооо, столько за раз не дают
– Я каждый день ходить могу, только дайте сегодня
– Ты вроде не похож на колдыря. Ладно, смену отработай и посмотрим
Я пошёл работать. Уже через час я понял, что от такого мороза я просто задыхаюсь, под курткой было очень холодно, лицо и горло леденели. К четырём часам погрузка была завершена. Я, задыхаясь от боли в груди, подошёл к старшему.
– Ладно. Давай сейчас мы с тобой бумажку заполним, но если кто спросит - тебе зарплату в конце недели в офисе выдадут
– В каком офисе?
– Ни в каком. Я тебе сейчас сразу за неделю дам, а в офис тебе ехать не надо, договорились?
– Да, конечно
Я только потом понял, что этот договор с моим именем и пропиской был для него гарантом что я никуда не денусь, а с другой стороны зарплату в офисе, видимо, давали больше чем я запросил, разницу бы он просто положил себе в карман.
На следующий день мы с Викой пошли и купили ей новый тёплый пуховик на местном рынке, а вечером я вновь пошёл на вокзал. И так семь ночей подряд.
Бумажная мышь
До конца последнего учебного года в институте у Вики оставалось четыре месяца. В группе будущих художников осталось всего двенадцать человек, после тех тридцати трёх, что были на первом курсе. В том числе ушла и её условная подруга Наталья. Причина была простой – ближе к финишу у преподавателей всё сильнее срывало чашку. Самым "любимым" из предметов последнего курса оказалось "Проектирование и Конструирование". Предмет представлял из себя попытку руками сделать из подножного корма всё, что придёт в голову преподавателю.
– Жень... – она в голос рыдала за столом в куче обрезков бумаги
– Что такое?
– Мне нужно до завтра сделать бумажную мышь
– Что?
– Мне бумажную мышь сделать надо на проектирование
– И как она должна выглядеть?
– Я не знаю, просто сказали сделать
На часах было 19:00. ТЗ было достаточно никудышным: Бумага должна была быть не плотнее 100 г/м, и не больше чем формат А4. Я взялся воплощать все свои возможные идеи.
Вика уже тихонько похрапывала, а я всё продолжал клеить всё что можно из чего только можно было. К четырём утра я закончил клеить бумажные конусы разных размеров и это чем-то напоминало крысу. Я сложил творение в обувную коробку и сам лёг спать.
Вернулась Вика после обеда из института вновь в слезах.
– Он порвал твою мышь...
– Кто?
– Учитель! Он сказал что это бред какой-то
– А какую он принял?
– Никакую, он всех порвал!
– БлЪ! Я бы ему ✶опу порвал, честное слово
И таких заданий было множество! Я нехотя освоил Corel и Photoshop, и даже получал приличные оценки. Вика такой фигнёй не занимается, Вика – художник...
Когда уже обучение закончилось и остались экзамены, мне удалось проявить себя как повара. Пока Вика, сидя рядом со мной на кухне, повторяла билеты, я пек пирожки для преподавателей, которым нужно было на экзамене накрыть стол. Впервые в жизни я почувствовал себя хлебопекарней на ногах, но... А как иначе? Сготовил я хорошо. Ну, я так думаю. Потому что преподаватели принимали экзамен у всех учеников меньше чем они потом обедали.
На работу!
– Жень, мне бывшая преподавательница предложила работу в ТРК
– Что за работа?
– Для ТРК стать дизайнером
– Ну это хорошо
Начиналась эта работа хорошо. Небольшая, но зарплата, полезная практика и нормированный рабочий день. Я тоже нашёл себе работу, устроился в художественный салон, о котором уже несколько раз упоминал. Ей бы он тоже подошёл как работа, учитывая ещё и тот факт, что там можно было зарабатывать немного, но больше чем дизайнером.
– Мы тут с Дэном говорили, он сказал что с таким образованием нельзя работать на продажах.
"Мы тут с Дэном говорили"... От этой фразы меня просто потрясывать начало в какой-то момент. Ещё хуже стало когда я увидел этого Дэна: тощий как спичка, блондин с хвостом в пластиковых очках. Дежавю? Именно, такое я уже описывал, внешне это был её отец в молодости, которого она считала просто эталоном красоты. Все песни и басни про работу, и "жаль что выходные такие длинные". Ну ладно, посмотрим-с.
Дёргать за кольцо, не выпуская рычага
Чуйка моя сработала не зря. На ранней стадии такие вещи как "социальные сети" вызывали больше вопросов чем полезных функций. И одна из наших "добрых" подруг подсказала моей красавице, что добавленная в мои друзья девушка - это моя одноклассница, с которой мы ходили в театр и даже за руки держались и сидели в обнимку, аккуратно не упомянув что было такое ещё когда мы в школе учились. Но этого хватило для моей Викуси, чтобы выставить пакеты с моими вещами в подъезд. Трубку мы не брали, говорили только через закрытую дверь. Что из этого вышло... ну, об этом была отдельная история. Но надо сказать, что долго она без меня не горевала, на третий день нашего разрыва в гости к ней зашёл тот самый Дэн. И захаживал аж целый месяц.
Как итог, пройдя лечение и встав на ноги, я всё-таки приехал к ней за остатками вещей, на сей раз мне открыли.
– Забирай свои вещи и уходи!
– А я и так оставаться не собирался, всё что можно было вспомнить о тебе приятного ты благополучно испортила
– Я!?
– А кто?
– А кто с этой Катей зажигал?
– Самое забавное, что я её в друзья добавил и даже не переписывался с ней, последний раз мы обнимались когда нам по 14 было. Признайся честно, тебе тупо надо было разрешение чтобы переспать с Дэном!
– Ты заставлял меня делать то что ты хочешь!
– Да?
– Я носила ту одежду, которую ты хотел! Я сигареты поменяла на те, что ты считаешь хорошими!
– Тебе драные джинсы достать и пачку Явы купить? Как-то не сильно ты поэтому скучаешь я смотрю!
– Это был не мой выбор!
– Ну да! Дэн бы тебя ту прямо полюбил!
– Может и нет! Но у меня уже не только Дэн был!
И она перечислила нескольких наших общих друзей... Просто так, секс ради секса. Честно говоря, в эту минуту я понял за что убивают людей. Но...
Время прошло и я достаточно скоро понял, что такие уж у меня друзья были видимо, и что осчастливить против желания нельзя, и что мы в ответе за тех, кого приручили, но только до тех пор пока прирученный не захочет свободы.
Еще раз ссылка на начало