Нечаянно удалил часть глав, поэтому публикую их ещё раз😉
ГЛАВА 44
«Семейки»
Здесь я впервые увидел, что такое «семейки». Наверняка они существовали и в той большой камере, просто я не обращал на это внимания…
Я заметил 3 сокамерников, которые очень плотно общались между друг другом. Тут можно сделать учёт на общее уголовное дело, интересы или банальную дружбу.
Но их общение было более тесным. Я предположил, что они двоюродные братья. Поинтересовался у Цветка. Но он сказал, что они не родственники и познакомились лишь тут. Он мне и объяснил что такое «семейка»
— Очень часто, друзья объединяются. Они делят между собой передачи, поддерживают друг друга и тому подобное.
Действительно, это же логично создавать мини сообщества. Причём у них не было лидера. Абсолютное равноправие. Помимо этого, они делили между собой посылки. А это значит, что ты не съешь всё в «крысу». Заступались друг за друга. Да и к членам таких «семеек» отношение было совсем другое. Окружающие понимали, что им придётся иметь дело с несколькими арестантами. Многих это останавливало.
Обычно объединялись 3-5 человек. Эдакое мини братство. Потом я заметил, что они поддерживают друг друга абсолютно во всем. По сути у них перестают существовать свои вещи. Всё становиться общим. Отсюда и ответственное отношение.
Ссор внутри «семеек» я ни разу не наблюдал.
— А как они объединяются? — мне действительно было интересно как возникают такие сообщества. Ведь это тюрьма. Здесь все пропитано жестокостью.
— Просто кто-нибудь предлагает создать «семейку» — пожал плечами Цветок.
— А ты состоишь в «семейке»? — я пристально посмотрел на него.
Он видать подумал, что я хочу предложить ему объединиться. Но у меня не было такого даже в мыслях.
— Неа, пока ещё не встретил таких друзей — достаточно резко ответил он.
— Понял — я решил, что разговор на эту тему закончен.
Только сейчас я подумал, что такое объединение достаточно серьёзный шаг. Мало того, что не каждому предложить такое можно, но и не от каждого примешь такое предложение. Ведь помимо банальной дележки посылок, это ответственность за другого человека. Также это понимание, что за твои поступки будешь отвечать не только ты. И это накладывает свой отпечаток и дисциплинирует.
Я ещё раз посмотрел на тех арестантов. Они общались как братья. Наверняка, такое общение невозможно на воле. А здесь совместное преодоление трудностей. Это похлеще армейской дружбы и велика вероятность, что они продолжат общаться на свободе. Хотя это лишь моё мнение…
Раздумывая об этом, я понял, что это очень ответственное решение и требует неоднократного обдумывания…
ГЛАВА 45
«Шоковая терапия»
В тюрьме очень много самоубийств. И это, несмотря на то, что ты постоянно на виду. В таких ситуациях, наверняка, сокамерники испытывают стресс. А потом ещё и страдают от конвоиров, якобы за то, что не уследили…
Из личного опыта я знаю, что одно из самых долгих рассмотрений дела, это по статье «мошенничество». Арестанты очень часто ездят на суд, но их не осуждают, а отправляют дело на доследование. Так может продолжаться годами…
— Я сегодня буду вскрывать себе вены! — прокричал на всю камеру один сокамерник.
Я не то что бы испугался, но удивился. Всё-таки я в первый раз слышу такое заявление.
Часть арестантов тоже удивилась. Но были такие, кто не показывал практически никаких эмоций. Как-будто он сказал, что пойдёт поставит чайник.
— Уже два года по СИЗО катаюсь! Надоела эта неопределенность! — он был явно рассержен.
Проходил он по статье «мошенничество» и в его деле было много томов. Причём рассмотрели ещё далеко не все.
Самоубийство он запланировал на ночное время, когда пройдёт вечерняя проверка. Я заподозрил, что суицид не состоится. Ведь, если бы он действительно хотел его совершить, зачем предупреждать? Да, он знает, что все камера потом пострадает. Но от того, что предупредил нам легче не станет.
Несколько арестантов засуетилось. Они достали большую кружку и один из них подошёл к предполагаемому самоубийце:
— Ты как вены вскроешь сливай кровь в кружку, мы потом пожарим — вполне серьёзно заявил он.
Неужели они действительно потом её пожарят и съедят?
Будущий самоубийца аж начал задыхаться от возмущения.
— Ну тебе уже все равно пофиг будет, а мы хоть поедим вкуснятины — он продолжал протягивать кружку.
В итоге предполагаемый суицидник её резко взял. По его лицу было видно, он возмущен от такой наглости, но ничего не мог с этим поделать.
Тот арестант отошёл к друзьям, и потирая руки сказал:
— Ночью жарёхи поедим! — его глаза блеснули.
Настала ночь и прошла вечерняя проверка.
Уже настроили дорогу, игровые сели играть.
Один тех арестантов подошёл к будущему суициднику.
— Ну что Лёха, когда будешь? Мы жрать хотим.
Лёха аж покраснел и засипел. Было видно, что он подбирает слова. Через несколько секунд он выкрикнул:
— Да пошли на хрен! Людоеды!
А что тот арестант? Он и ещё пол камеры просто засмеялись.
Вот тогда-то я и понял, что это был аналог шоковой терапии. И она подействовала! Лёха тоже это понял и просто рассмеялся.
Забавный способ отговорить человека от самоубийства. Никаких тебе психологов и задушевных разговоров.
Да, жестоко, но действенно.
После того случая, за Лёхой все стали негласно поглядывать. Ведь второй раз он может и не предупредить…
ГЛАВА 46
«Машка»
В СИЗО, естественно, запрещены любые животные. Но на эти запреты, самим животным, совершенно наплевать…
— О, Машка пришла — услышал я радостный голос.
Сначала я не понял в чем дело. Почти все сокамерники уставились на окно, а ближайший из них полез открывать форточку. Только сейчас я увидел там небольшую кошку.
Она была самой обычной сибирской породы. Небольшого размера, но было видно, что это уже не котёнок. Она спокойно ждала когда ей откроют окно и вылизывала лапку.
Когда форточку открыли она тут же запрыгнула в камеру и юркнула под шконку.
Многие арестанты тут же полезли в баулы. Кто-то тут же достал пластиковую крышку и отрезал на неё небольшой кусок колбасы.
Я увидел, что многие отрезают колбасу. Совсем небольшие кусочки. Всё-таки местный деликатес.
Спустя пару минут на крышкн была уже внушительная кучка. Иллюстрация поговорки: «С миру по нитке – бедному рубаха»
После этого крышку отнесли к двери и Машка спокойно вышла и неторопливо начала есть.
По спокойным движениям арестантов я понял, все это делается далеко не в первый раз.
Пока она ела, на неё умиленно смотрело большое количество сокамерников. В том числе и я.
Она недоела, облизнулась и опять ушла под шконку. Я предположил, что она так делает, потому что к ней повышенное внимание.
Все забыли про неё и стали заниматься своими делами.
Через несколько часов я увидел её неподвижно сидящей около щели в деревянном полу. Она пристально смотрела туда и по её взгляду я понял – она охотится. Понял это не только я.
Она так сидела почти час. Все, кто наблюдал за ней, уже бросили эту затею. Но я иногда поглядывая на неё и удивлялся её упорству. За все это время она не сдвинулась с места.
Вдруг она резко взмахнула лапой и вытащила из щели маленькую мышку. Мне показалось она её подцепила одним коготком. Она аккуратно взяла её в пасть за шиворот и пошла к бачку с бытовыми отходами. Раздался смех и аплодисменты.
Было видно, что мышка совершенно невредима. А Машка, тем временем, очень вальяжно шла через всю камеру. Было видно, она была очень горда собой.
Бачок стоял в углу на бетонном полу. Получалось, что из-за него было лишь два выхода.
Машка подошла к одному из них и отпустила мышку. Та сразу же убежала за бачок. Она не понимала, что это ловушка. А кошка спокойно сидела, контролируя оба выхода.
Раздался смех. Машка решила просто поиграть с ней. Для мышки это должно было стать последней игрой в её жизни…
Она несколько раз пыталась убежать, но Машка ловила её и опять отпускала за бочок. За этой «охотой» наблюдала вся камера.
Мышка не оставляла своих попыток убежать. Но тщетно. По её скорости было видно, что она устала. Я начал понимать, что конец близок. Но финал этой ситуации удивил меня…
В какой-то момент жертва, в очередной раз, выбежала из-за бачка. Машка привычным движением бросилась на мышку. Но та, в последний момент, изменила траекторию, побежала в другую сторону, добежала до деревянного пола и юркнула в щель между половицами.
Раздался оглушительный смех.
— Чё, Машка, прое*ала? — сквозь смех услышал я.
А Машка сидела с ошарашенным видом и до сих пор не понимала, что произошло…
ГЛАВА 50
«Очередной подгон»
Я все чаще вспоминал как затянул мешок и всё больше убеждался, что сейчас бы так не поступил. Свой поступок я расценивал как безрассудство и отсутствие хотя бы малейшего опыта. И я почти смирился с этой версией, если бы не случай на прогулке…
Завтрак и проверка уже прошли. Я читал книгу и ждал когда конвоир постучит в двери и поведет нас на прогулку.
Через некоторое время я услышал стук в дверь и вопрос гуляем ли мы. Вопрос был для «галочки», ещё ни разу не было такого, что бы никто не пошёл гулять.
Спустя около 15 минут, я и ещё около 10 арестантов, уже были заперты в прогулочном дворике. Кто-то подтягивался, а кто-то царапал на двери свою погремуху, хату и статью.
Я заметил, что наверху не видно конвоира. Решил проверить тут ли он и крикнул в соседний бокс:
— Какая хата?
Меня не интересовало из какой они камеры, но если конвоир тут, он просто пресечёт наши перекрикивания.
— 518-я!
Конвоира не было слышно. Я и несколько арестантов переглянулись. Всё-таки такое не часто бывает.
Мне хватило секунды.
— Подсадите меня! — один из арестантов посадил меня на плечи, а другой ушёл в дальний угол дворика, чтобы первым увидеть появление конвоира.
Я начал вытаскивать из потолочной сетки-рабицы проволоку. Делал я это быстро, но все равно слышал пыхтение арестанта снизу.
— Колдун! Долго ещё? — было слышно, он устал.
Я достал проволоку, хлопнул его по плечу и спрыгнул. В следующее мгновение я запихивал её в штаны. Она была приличной длины, около 120-130 см.
Арестант, который всё это время был на стреме, свистнул.
Появился конвоир, но я уже все заправил. Оставалось пронести её через обыск. По лицу, того, кто меня подсаживал, я понял, это не простая задача. Я ещё мог незаметно её выкинуть, но не зря же я её доставал!
Нас вывели и повели в камеру. Проволока мешала мне идти, но я не подавал виду. Конвоир говорил по телефону:
— Так завтра, но я в выходные буду справлять.
И тут у меня созрел план. По датам выходило, что конвоир козерог, и я решил сыграть на этом. Я тихонько сказал впереди идущему сокамернику:
— Сейчас буду нести чушь, не перебивай меня! — он легонько кивнул головой. А я уже «сочинял» гороскоп на сегодня.
Конвоир построил нас перед камерой и начал по очереди обыскивать и заводить в камеру. Я был предпоследний. Когда передо мной было два арестанта, я начал негромко говорить, но так, что бы слышал конвоир.
— Слышал по телевизору? Сегодня козерогов ждёт благоприятный день и возможно продвижение по службе.
Боковым зрением я видел, что конвоир слушал. Мой план сработал! И это сразу понял арестант, которому я это говорил.
— Ну продвижение по службе тебе не грозит, а вот дачка может зайти — подыграл он мне.
Я ещё что-то говорил голосом оракула, а конвоир внимательно слушал. Как и ожидалось, обыскивал он нас очень поверхностно и уже через минуту мы были в камере.
Когда двери закрылись мы с этим арестантом рассмеялись.
— Колдун, и ведь он поверит! — сокамерник смеялся в голос.
Я лишь пожал плечами и стал доставать проволоку. Когда я её достал, протянул старшему дорожнику.
— Ого! — воскликнул он, а я на себе поймал удивленные взгляды сокамерников и заметил одобрительный взгляд смотряги.
Только сейчас я понял. Маленький кусок проволоки легче и достать и пронести, но ценится он на порядок меньше. В очередной раз я был горд собой, и не только я…