Почти весь период «незалежности» власть из всех утюгов кричала украинцам, о том, что они — европейцы, и нужно еще немного подождать, когда все окажутся в европейском раю. А чтобы наживка прочно укрепилась в массовом сознании, всю республику утыкали билбордами «Україна — це Європа!».
Порошенко одним из главных своих достижений считает соглашение с ЕС о безвизовом режиме. Помню, комментируя это «эпохальное» событие, он сказал, что теперь украинцы могут в любое время посетить парижские рестораны и Венскую оперу. Действительно, почему бы не махнуть в гастрономический тур по Франции? Раньше виза была нужна, а теперь — сел в самолет, «а там еще немного, и Прованс». Конечно, как вы понимаете, все гастарбайтеры из Прикарпатья и Закарпатья, все украинские толстосумы-бюджетники и, конечно, пенсионеры бросились в Европу.
С вводом безвиза украинцы действительно чаще стали посещать Европу. Но вот только не для наслаждения оперным искусством и дегустации французских вин. Они поехали на самые грязные работы, чтобы хоть как-то прокормить свои семьи.
А с начала СВО тысячи украинцев стали беженцами в Европе. Прошу не счесть меня циником, но мечты, то есть мыслеформы, часто реализуются. Хотели жить в Европе — теперь там и живут. Какие же у них впечатления от вожделенной Европы? Об этом я узнал от самих беженцев. На Украине я прожил пять лет. Там есть родственники, друзья. Некоторые живут сейчас в европейских странах. Связался с ними, а через них и с их друзьями, в соцсетях. Предлагаю вашему вниманию подборку рассказов о европейской жизни украинцев, как говорится, из первых уст.
Татьяна, 38 лет. Жила в Харькове. Работала на двух работах — в колбасном цеху и кондитером. Получала около 500 долларов в месяц. В год один-два раза выезжала на недорогие курорты. Обычно в Турцию. Сейчас живет в польском городке Жепин. Работает 5 дней в неделю в кафе на автозаправке поваром. Рабочий день 12 часов. Зарплата 600 долларов.
В Польше сначала нравилось. Но потом поняла, что жить так невозможно. Работа выматывает. Больше повезло тем, кто попал в Германию. В Польше беженцы никому не нужны. Жилье съемное хуже общаг у нас в провинции. Много уходит денег на коммуналку, проезд, еду. Но самое страшное то, что если заболел, то невозможно купить лекарства. Нужно посетить несколько врачей, чтобы получить рецепт, без него антибиотик не продадут. На Украине мы жили намного лучше в целом, хоть и получали вроде бы меньше. Хочу, чтобы скорее все завершилось. Очень хочу домой.
Наталья, 35 лет, киевлянка. С двумя детьми получила статус беженца в Германии.
Нам, можно сказать, повезло. Небольшая трехкомнатная квартира в маленьком городке недалеко от Франкфурта-на-Майне оплачивается за счет государства. Курсы немецкого языка тоже. Младший сын в специальном садике для беженцев, где учат немецкому, старший в школе. Пособие на семью — 600 евро. Для Германии это немного, но, в принципе, на основные нужды хватает. Поселили нас в старом уютном доме в центре. Сначала радовалась — черепичные крыши, кафе. Но теперь очень разочарована. Недавно тут был какой-то «фестиваль». Немцы пили пять дней круглосуточно, вели себя шумно и разнузданно. Мы боялись даже выйти. Еще очень напрягает то, что отношение к украинским женщинам, как к шлюхам. Мне постоянно везде «для решения вопросов» предлагают интимную связь.
Алена, 42 года. С двумя сыновьями живет в Лондоне. В своей квартире их приютили неравнодушные англичане. Но гостеприимство оказалось несладким.
Они экономят на всем. Принять душ можно быстро и раз в неделю. В квартире 12 градусов в среднем. На ночь отопление и вовсе выключают. Мы попытались робко намекнуть, что мерзнем. «Заботливые хозяева» дали нам грелки, чтобы спать с ними. Детям даже больным приходится ходить в школу. Тут так у всех. Врача вызвать невозможно. Даже с высокой температурой должен сам ехать на такси к врачу. Почти все болезни лечат парацетамолом. Услуги стоматологов просто по шокирующим расценкам. Пломба — 150 фунтов, коронка — 1000. Женщины в Лондоне нечасто пользуются услугами парикмахеров. Окраска и стрижка волос — в среднем 300 фунтов. Оплата детского садика — минимум 1700 фунтов в месяц.
Я получаю много сообщений и писем от читателей и зрителей, от друзей и знакомых. И все говорят об одном — вожделенная Европа оказалась для украинцев лишь миражом, который растаял. Реальность оказалась иной — жизнь в Европе нелегка, и никто там названных гостей не ждет. Практически все мои собеседники говорят об одном — они хотят скорейшего завершения специальной операции победой России и возвращения домой. В освобожденную от фашистов и «евроинтеграторов» республику.
Текст: Юрий Уваров
Фото: aa.com.tr, ЮНИСЕФ, носят иллюстративный характер