Дмитрию Собанину из Ростова 26 лет. Мужчина еще в школе решил, что станет спасателем. После учебы в академии по распределению попал в Донской спасательный центр. Сегодня Дмитрий возглавляет первый инженерно-спасательный взвод инженерно-спасательной роты. В его подчинении по штатному расписанию 21 человек.
СТАЛ ОТЦОМ ГОД НАЗАД
Старший лейтенант по долгу службы уже четыре раза бывал в ДНР. Каждая командировка занимала сорок суток.
- Было морально тяжело уезжать надолго из дома, потому что год назад стал отцом. В Донецке нет нигде безопасных мест, снаряд может прилететь когда угодно и куда угодно. Я понимал, что могу погибнуть. Но боялся не столько за себя, сколько за сына, который мог остаться сиротой, - рассказал Дмитрий корреспонденту «КП-Ростов-на-Дону».
При этом, говорит спасатель, чувство долга оказалось сильнее страха. Мужчина ни капли не сомневался в том, отправляться ему в зону СВО или нет.
- А вот жена плакала, когда уезжал, - поясняет он.
В задачу расчета из Ростова входила очистка и раздача воды жителям Донецка. Специально для этого спасатели привезли с собой несколько очистных станций.
- В начале СВО питающий ДНР канал, который берет начало в Славянске, был целенаправленно обесточен украинской стороной, насосные станции выведены из строя. Поэтому весь Донецк оказался без воды, - поясняет Дмитрий.
Ростовчанам приходилось работать на Донбассе без выходных. Воду забирали из реки, очищали ее, а потом разливали людям.
- Постоянно выстраивались огромные очереди. Очень жалко было людей. Много мамочек с грудными детьми приходили, много стариков. Эти люди не смогли эвакуироваться по разным причинам. Кого-то держат больные родственники, кто-то не хочет покидать родной дом, - говорит Дмитрий.
СРАВНЯЛИ ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР С ЗЕМЛЕЙ
По словам собеседника, звуки выстрелов и взрывы снарядов в Донецке слышны каждый день.
- Однажды снаряд от «Хаймарса» взорвался в паре сотен метров от нас. Видимо, неприятель целился в здание администрации, а мы в это время неподалеку раздавали воду. В момент взрыва все затряслось. Мы с ребятами еще толком не поняли, что произошло, но рефлекторно попадали на землю, - вспоминает мужчина.
Поначалу, признается спасатель, он и его коллеги терялись, когда слышали, что в той или иной части города что-то взрывается.
- Смотрели на местных, чтобы понять, как они ведут себя в таких ситуациях. А жители Донецка так к этому привыкли, что просто не обращали внимания, - рассказывает Дмитрий.
Однажды рядом с пожарной частью, в которой жил расчет, украинские националисты взорвали здание.
- Ночью просто задрожали и стены, и кровати. Был очередной «прилет». Когда вышли на улицу, то поняли, что с землей сравняли двухэтажный торговый центр, - продолжает Дмитрий.
«СВОЕГО СНАРЯДА НЕ УСЛЫШИШЬ»
Кстати, в Донецке ни в одном доме не закрывают подъезды.
- Это на случай обстрелов, чтобы прохожий мог спрятаться. Также везде висят вывески с указателями того, где находится ближайшее бомбоубежище. В городе действует комендантский час. Вечером нельзя ходить по улицам. При этом работают и кафе, и магазины. Люди привыкли, что то тут, то там взрываются снаряды, и уже не обращают внимания, - продолжает сотрудник МЧС.
А еще в Донецке у местных есть такая поговорка «Хоть бойся, хоть нет, а свой снаряд все равно не услышишь».
«КТО, ЕСЛИ НЕ Я»
- Когда мы отправлялись в командировку, то прошли инструктаж. Есть целый свод правил, как вести себя в зоне СВО. Во-первых, нам настоятельно не рекомендовали разгуливать по городу. Если начинается обстрел, надо падать на землю прямо там, где стоишь: хоть в грязь, хоть в лужу. И категорически нельзя ходить по траве или грунтовке. Только по асфальту, так как на нем видны мины - «лепестки». А их там очень много. Неприятель просто сбрасывает мины с самолета, - говорит Дмитрий.
Кстати, в Ростове в первые дни после командировок на Донбасс, Дмитрий также старается ходить по асфальту.
- Мышечная память срабатывает, - улыбается он.
По словам спасателя, он не знает, отправят ли его еще в командировку в Донецк.
- Но если будет надо, конечно, поеду. А кто, если не я ? - улыбнулся мужчина.
Автор: Анна ШИЛЯЕВА