Часть 2. Сеул
– Ты врешь, мы же сели… Все на месте, – оглядывался по сторонам Чимин, уверенный, что с момента взлёта внутреннее оснащение лайнера нисколечко не изменилось.
– Вместе взлетели и вместе сели. Теперь у меня есть 40 минут, чтобы с вами обсудить ваши пожелания, обиды или еще какие-то переживания… – не успела она договорить, как подошёл Тэхён и нагло стащил подобие сигареты, небрежно качающееся в уголке её губ под действиями прикуса. Нахально посмотрел он на незнакомку и, продолжая удерживать их зрительный контакт, сунул конфету себе в рот, пристально наблюдая за явной злостью оппонентки. Почувствовав сладость от неё, он заговорил:
– Странно, тебя на нашем рейсе я не видел. И вроде ты говоришь правду, но откуда тогда я чувствую вишнёвый вкус?
Поняв, что злиться на отобранную вкусняшку как ребёнку сейчас бессмысленно, а выполнять свои должностные обязанности нужно с пониманием к чувствам молодых людей, она лишь осторожно положила свою ладонь ему на плечо.
– А теперь ты должен почувствовать и моё касание, верно?
– Да, я чувствую, но мне не нравится, когда меня трогают незнакомцы, – одёрнул он плечо и сделал шаг назад, сунув руки в карманы широких коричневых брюк.
– А слюнями обмениваться, я смотрю, просто обожаешь? – усмехнулась юная брюнетка и, поправив волосы за ушком, продолжила: – Ладно, мне некогда тут вам что-либо доказывать. Сейчас все мы поговорим немного, и вы отправитесь в туалет по очереди: буду через неё открывать вам дверь в загробный мир. Да я знаю: вы не верите – всё на ваших лицах написано. К сожалению, вы чувствовать можете только меня и только вещи что связаны со мной. Когда моя вещь не находится у меня в руках дольше минуты, вы не сможете её почувствовать, – в этот момент будто сквозь Тэхёна, словно внутри груди и живота парня падает на ковровое покрытие та самая папироска. Естественно, без внимания это не осталось, так как взглядом незнакомка предупредила их.
– Я крепко её держал! Она не должна была упасть! Это совпадение, – наклонился Тэхён в надежде поднять конфету, но вместо этого рука лишь проскальзывала и растворялась, будто дымка. - Чёрт. Н-ну же! Ну же!
– Успокойся, этого не изменить, – девушка опустилась на колени и одной рукой подняла конфету, а другой ухватилась за локоть и, направляя, заставила его встать вместе с ней.
– Во попали. Хоть с ангелом смерти повезло… – шаловливо улыбаясь и почёсывая затылок, озвучил свои мысли Чонгук, не спуская глаз с белёсых ножек незнакомки.
– Можно просто Джульетта, и если быть точным, то не ангел смерти, а ваша Последняя муза. Заранее исключу ваши вопросы: музы являются для помощи талантливым людям. И вам сейчас как раз нужна я.
– Допустим. Если честно, я устал и рад, что всё закончилось. Можно меня первого отправить? – вышел Хосок вперёд: колени тряслись, а глаза обреченно смотрели в надежде найти утешения в лице хрупкой брюнетки, которой, по его мнению, не хватало только крыльев за спиной. Он готов поверить во всё, лишь бы, наконец, умереть окончательно или ожить. Находиться на перепутье, не зная, что будет дальше, вводило худощавого мембера в панику и собственную жалость.
Вся группа находилась в смятении от столь резкого заявления, но перебивать не стали, лишь отошли друг от друга. Каждый понимал его чувства, они все пережили их. Хосок был тем, кто скрывал все тяготы жизни под наигранной улыбкой, но, даже притворяясь, он всё же оставался самим собой: человеком с сильным стремлением к работе над собой, над личным развитием, прикладывающим максимум усилий в надежде признания обществом.
– Вынуждена придержать тебя ещё немного. Вы являетесь группой, а значит, лидер должен сделать первый шаг… – она подошла к Чону и ласково приобняла за плечи, не прижимаясь, но уже одаряя его душевным теплом, еле слышно добавив: – Потерпи ещё чуть-чуть.
– Ким Намджун, ты готов? – она отошла от поникшего парня, взглянула на озлобленное, одновременно недоверчивое лицо рэп-исполнителя. Его спина начала двигаться в её сторону, скула нервно сдвинулась набок, он не скрывал морщин на переносице, чем заставил Джульетт напрячь лоб и спрятать яростные кулаки в карманы куртки. Все её действия были проанализированы Юнги, и теперь она ему казалась обычной девчонкой, что слиняла с последнего урока. Но он, как и группа, замер от быстроты происходящих действий, когда этот амбал резким движением руки схватил подбородок музы и по-собственнически утянул в поцелуй. Настала немая тишина, Джульетт не предпринимала никаких действий, лишь прикрыла глаза: с ней такое не впервой. Она хоть и выглядела значительно маленькой, но разница между ней и лосём составила в каких-то полторы головы. После он отпустил её и отступил.
– Извини, что напугал, я ещё никогда не целовался. Хоть перед смертью это сделал, – он улыбнулся как подросток и стеснительно бросил любопытный взгляд на девушку.
– Джун-и! Ты доведёшь нас до смерти… – неосознанно вылетело из уст Джина фраза, как он резко прикрыл рот рукой и, пытаясь отшутиться, завопил: – Это шутка! Ну вы поняли, что я имел в виду! Это не в коем случае не твоя вина, мы все тут это знаем!
– Намджун, извинения приняты, я здесь почти для этого! Даже приоделась под здешние времена! – вытащила она руки из куртки наконец-то, и, хлопнув в ладоши, произнесла: –Готов обсудить наболевшее? Заранее предупреждаю: секса у нас не получится. Так что, извини, надо было наслаждаться при жизни!
Парни рассмеялись, но намёк уловили. Юнги в какой-то мере это очень позабавило, и его уголки губ устремились в лёгкие складочки. Под заливистый смех, скорее истерический, чем искренний, пара отошла в сторону. Намджун уселся на своё кресло, а Джульетт опустилась на корточки рядом с ним.
Прошло около 5 минут, как Намджун изливал последние, непрожитые, волнующие моменты уходящей жизни. Перед ней и парнями началось то, что никогда прежде не происходило в её практике. Будто туман начал заполнять мысли Джульетты, появилась мелкая дрожь по телу. А в ушах сквозь звон слышались голоса.
– Так. Стоп. Стоп. Замолчи. И ты! – подскочила девушка и зажала уши.
– Да молчим мы, – резко обернулся от крика новой знакомой Джин.
– Нет, не вы, простите! А вы, – она вскинула голову.
– Да что происходит… – встал и подошёл ближе к девушке не на шутку разволновавшийся Юнги.
Она простояла секунду неподвижно и свалилась на колени.
– Господь! Что это! – она посмотрела вверх, будто там что-то есть. За ней последовали и мемберы, однако кроме лёгкой дымки на потолке они ничего не заметили. Но вдруг над ними всеми замигали огни, огни пламени, маленькие, но частые, будто вспышки. Всё это время девушка видела странные образы, а теперь вместе с картинками послышались голоса на разных языках мира: «Спаси и сохрани!»
– Да почему я! Я не могу! Мне больно! Хватит! – кричала, не сдерживаясь, она. Парни замерли, лишь Юнги с Намджуном держали девушку за плечи, пытаясь хоть как-то ей помочь. И пока мелькали изображения над головами уже всех, из её глаз текли слёзы. Мин осторожно притронулся к щеке Джульетты, пытаясь смахнуть их, но эти реки было уже не остановить. По странной причине в его горле встал ком. Ему было обидно. Но за что? За неё?
Пребывая в недоумении и полной загадок ситуации, парни резко взглянули на спутницу и, увидев, как она плачет, скопились возле неё, той, кто может ответить на их вопросы и помочь. Теперь они полагались только на эту брюнетку с далеко не милым характером. Её руки трясло, несмотря на сдерживание и лёгкие поглаживания Юнги с Джуном, на лице уже вздымались все мелкие жилки. Так продолжалось немыслимо долго, пока вдруг они все не услышали последнюю громкую мольбу: "Спаси".
– Ах, я не могу… – тихо простонала она с закрытыми глазами.
– Что это такое? – Хосока трясло от страха, как осиновый лист.
– Я не знаю, такое со мной впервые. Уже время. Мы должны идти! – Джульетт вскакивает с места и направляется проверить, всё ли сработает на этот раз. Волнение било пульсом в висках. Шатаясь, рукой тянется скорее открыть дверь туалета, дабы закончить это тяжелое освобождение душ, но обнаруживает, что кабинка странным образом не подсвечена.
– Это ещё что за игры?! – удивленно осматривается она и, дергая дверцу, понимает, что ничего не получилось, и она просто открыла дверь в туалет. Члены группы переглянулись. Ничего не оставалось, как попробовать снова, но, захлопнув обратно, они внезапно очутились в больнице.
– Тааак стоп.. – протянула девушка недовольно. Находясь в замешательстве, она прошла по всем прикрытым шторкам, заглянув в каждую. – Эм, но как? Кто вы? – с серьёзным лицом посмотрела она на переместившихся вместе с ней мэмберов.
– Что значит мы? – спросил ошарашенно Чимин, искренне не понимая столь двусмысленного вопроса.
– То и значит. Но ваши тела вовсе не в реанимации должны быть! – она выбежала из палаты сквозь дверь и, не добегая до регистратуры, увидела на экране телевизора строчки срочных новостей: «Знаменитая группа находится в коме». Это увидели и парни, выбежавшие за ней, но уже благодаря приоткрытой двери медсестры, что прибежала на оглушительный ор показателей реанимационных устройств от всех коек. Собравшись возле сопровождающей их музы, что застыла напротив телевизора, они заметили, как на экране вспыхнули кадры со всех храмов, церквей и многих других молитвенных мест о людях, что, держа свечи, глаголют только одно: «Спаси и Сохрани». Тотчас в её руке оказалась записка с надписью «Спаси».
– Но как? У меня нет инструкции! Я не могу, их же семеро! – сжала нервозно свои кулачки Джульетт, потеряв полностью контроль над ситуацией.
Продолжение следует...
Песня к главе: Amnesia - LXST CXNTURY
И очень жду пару слов от вас!