Да простят меня любимые Майкуша и Рюрик, но накануне Дня защитника Отечества захотелось вспомнить о настоящем офицерском псе Артохе, которого мы с мамой притащили в Тбилиси, где тогда служили всей семьей, в его три месяца… Этот волосатый чудик с шерстью клочками очень отдаленно напоминал малого пуделя и по размеру вырос с хорошего бигля – те же 14 кг.
Когда мне исполнилось 10 лет я все-таки выпросила у родителей собаку. Малым пуделем его назвать можно было с натяжкой: неплановая вязка – мы с мамой купили щенка за копейки, прямо в отпуске у бабушек в Новороссийске. И тут же по возвращению в столицу союзной республики на первой же выставке через Клуб служебного собаководства (отделение декоративных собак) выправили Артоше "нулевую" родословную вместе с отличной щенячьей оценкой. В качестве хозяйки в документах числилась несовершеннолетняя я. Но, оглядываясь назад, понимаю: черный пудель Арто целиком и полностью был предан лишь одному человеку.
В далеком 1986 году мы с мамой позвонили папе с отдыха и вкрадчиво спросили, что он думает о собаках. Папа проорал в трубку как можно доходчивее: "Неее-ее-ет!". Догадайтесь, кого первого он увидел, бегущим по летному полю от самолета в солнечном Тбилиси?! На долгие годы Артоша стал лучшим другом и нашим любимцем – псыночком и братаном!
Да, в три месяца он летел с нами "Аэрофлотом", ДО прививок, В САЛОНЕ, БЕЗ ПЕРЕНОСКИ. И, если честно, я сомневаюсь был ли у нас тогда даже ветпаспорт с собой. Артоша вообще очень часто после летал с нами в отпуск. И всегда – в салоне. Казалось, его знали все экипажи бортов, курсирующих между Тбилиси и Краснодаром и Тбилиси и Анапой. Однажды пса попросили таки привязать в багажном отделении, он устроил жуткий вой, и стюардесса сдалась, минут через 20 полета привела собакена к нам, тот успокоился и заснул. Просыпался лишь половить мух на радость детворе. Не знаю почему, но мух тогда в салонах "тушек" водилось немерено.
Папа в первом-втором классе часто приходил за мной В ШКОЛУ с нашим пуделем. Артоша умел считать. (Трюк такой. Папа задавал пример и отворачивался, а Арто гавкал нужное количество раз, за что получал вкусняху). И они с удовольствием во дворе школы показывали шоу со счетом до 10-20-ти. Учителя специально старались младшие классы на прогулку выводить. Мол, смотрите, даже собака примеры решает, и вы – учите математику! Понятно, что пес не имел никакой ЛИЦЕНЗИИ для работы с детьми, никаких документов и паспорта с прививками учителя у папы не спрашивали. Не помню я и аллергии у одноклассников и других школьников на нашего пса. Ни разу ни одна мамочка не завопила: "Уберите собаку!". А пес был крупный и лохматый! Повторю, пуделем его можно было назвать весьма условно.
Строго говоря, это был "пес-авария": родители его выходили от чумки ("Олимпийки") и холеры (в разное время), спасли от инфаркта… тогда, в том Тбилиси для людей-то лекарств и хлеба было не достать – начало 1990-х, свергают Гамсахурдия, настоящая война в городе... И тут мои родители бегут к соседу-кинологу за каким-то очень редким препаратом: "Орлей, если мы скажем, для кого надо, ты нас убьешь!". Все друзья и знакомые на ушах стояли, мама сама уколы колола, говорит, четко слышала, как пес несколько раз промычал ей: "Мама!".
Любимая Артошина команда – "Окапываться, фашисты идут!".
Будучи щенком, он прекращал выть и требовать вернуться, если папа уходил из дома в военной форме (Служба – это святое! Это понимала даже собака). Так, в выходные папа был вынужден уходить с утра за молочным и хлебом по-гражданке и... в фуражке.
Папе он позволял абсолютно все! Доверие на грани фантастики. Много лет отец сам стриг пуделя на балконе. А папа у меня делает все медленно и основательно. Процедура затягивалась на несколько часов, Артоха лишь время от времени подскуливал. И вдруг однажды, ровняя себе бороду той же машинкой для стрижки, папа заметил, что она нехило бьет током.
Мы звонили ему из Германии, пес остался на год у бабули с дедулей, и вот эти умные пожилые люди всерьез прикладывали трубку телефона к уху собаки, чтобы мы поговорили. Артошу не пустили "служить" с нами в ЗГВ, он серьезно заболел циститом, покидая военный Тбилиси в последний момент. Расставание на полтора года всем нам далось нелегко.
В 1992-м мама с ним фактически успели на последний российский борт из Грузии, пес летел в военном "Антее" в кабине пилотов на бушлате, как на подстилке, и ел мандарины, потому что ничего другого из еды уже не было. Так они "эвакуировались" к новому месту службы. Оставить собаку кому-то, даже друзьям и знакомым – и мысли не возникало! Маме тогда и сорока еще не было. Меня увезли раньше, папа тоже отбыл по новому месту службы. Ящик мандаринов, сумки с вещами и пес, как она справилась, одному Богу...
Борт совершил "экстренную" посадку на аэродроме в Кущевке под Ростовом, в чистом поле 30 декабря 1991 года, как я понимаю, летчики просто скинули "нелегалов" из воюющего Тбилиси: мою маму и нашего Артошу. Ничего большего для пассажиров они сделать просто не могли. Что за такую посадку было командиру экипажа, история умалчивает, а Артоха потом долго лечился от цистита и обморожений.
Я все думаю, случись такое сейчас (Тьфу-тьфу!), кто впишется за собаку?! Впишется ли?
А уж сколько вещей в доме пожрал этот лохматый... В Новый год как-то умудрился отгрызть каблук прямо с ноги маминой подруги под столом. Туфли из натуральной кожи! В Союзе! В конце 80-х – начале 90-х! Представляете? Сожрал попугая редакционной художницы, пару соседских кур, много пар кожаных перчаток у всех друзей семьи без исключения, сделал огромную дыру в паркете в прихожей (Видимо, все-таки окопался!)… Ножки наших стульев были ровнехонько конусообразно подточены. Да, все четыре!
Арто прожил долгую и, надеюсь, счастливую жизнь. Успел повоспитывать моего сынишку. Помню, когда годовалый Кузьма больно потянул лохматого пуделя за ухо, тот недовольно рыкнул в ответ. Просто рыкнул. Куснуть или обидеть человеческого дитеныша Артоша и подумать не смел, но проучить, показать, как делать нельзя – запросто.
Дело было на даче в Комарово. Мама и тетушка заохали, зашикали на собаку. И тут у меня родилась гениальная фраза (Не "Хо-хо", а гениальная!):
– Этого, – я указала на сына. – Я всего год знаю, а с Арто прожила 15 лет. Пёс прав!
Все засмеялись и согласились. Ибо против фактов не возразить. А сын подрос и научился обращаться с животными.
Помер Артоха в весьма почтенном возрасте в Петербурге, в своем любимом кресле в почете и уважении от всей семьи. Не считая, последнего года и кучи болячек (Мы уже могли только обезболивать, что и делали с маниакальным усердием) пребывал в отличной форме: в Питере, в лучшем для него климате даже шерсть на старости стала расти красивой, ровной и блестящей.
Мы считаем, что мы их воспитываем, а на самом деле эти псы воспитывают нас, делают из нас людей. И уж точно учат любить, не торгуясь, не за что-то, а просто так. Что ж это за семья такая, если собаки нет?!
Кстати, у моих бабушки с дедушкой, в семье боевого офицера-фронтовика, пограничника из того самого Перемышля где "в 4 часа утра" в качестве домашнего любимца жила обычная свинья по кличке Дочка. Деду в голодные послевоенные годы она досталась от местных жителей со вполне понятной целью, но рука не поднялась. Как фашистов бить – так пожалуйста, а вот крошку-поросеночка дед пожалел. Так и жила в семье Дочка. Рассказывали, на шторах знатно каталась, уцепившись зубами, а больше никак не бедокурила.
Оставайтесь с нами!
Дзен (Подписывайтесь!)