Я не очень люблю насекомых. Я не люблю насекомых. Я боюсь насекомых.
Про мои невероятные истории встреч с насекомыми можно рассказать много историй. Страх, крик, неприятные ощущения, дрожь, мурашки – мои верные друзья при свидании с этими удивительными созданиями. Но вот богомол превзошел их всех, он умеет вызывать у меня паническую атаку.
Если богомол летит в сторону группы людей, где есть я, будьте уверены, он выберет мою голову, чтобы «благословить» меня. А если я буду одна, то он просто будет летать вокруг, показывая мне свои великолепные способности к полетам. Это не вызывает у меня ни радости, ни дикого восторга. А вот дикий крик, писк и истерику вполне.
Однажды мы были с группой девчонок в Омане. Жили в деревне в самой настоящей традиционной мусульманской семье, в нескольких часах езды от Маската. Деревня располагалась в пустыне, сухой, но не песчаной, как я ожидала, а каменной. Мы любовались ею в часы заката, разъезжая в кузове грузовичка, рискуя выпрыгнуть за борт, подпрыгивая на каменной дороге. Водохранилище, которое нам с гордостью показывали местные жители, отличалось от остальной местности вокруг не наличием воды, как я ожидала, а наличием поросли небольшой зеленой травы на нем. Молодой верблюд, поедающий единственное деревце, которое произрастало в той местности, и мертвый баран, высушенный на солнце, дополнили картину в лучах красного солнца, прячущегося за горизонтом.
Двор нашего дома огорожен высоким забором. Но прежде, чем туда войти, мы садимся на ковер у ворот, нас угощают кофе со свежими финиками. И хотя я внимательно слушала на ориентации правила поведения, зная, что все нужно брать правой рукой, что нельзя подносить еду ко рту левой, первое, что я сделала, это взяла сочный, почти светящийся на солнце финик и затолкала его себе в рот левой рукой. Огромные глаза нашего гида заставили меня сесть на свою левую руку, чтобы в течение нашего общения не шокировать наших новых друзей поеданием вкусностей своей нечистой рукой. Сладость фиников в сочетании с крепким черным арабским кофе сгладила стыд от моей ошибки.
Мы вошли во двор. Во дворе два дома, бытовые постройки, летняя кухня. Один дом отца семейства. А второй его старшего сына, который только недавно женился. И по традиции он построил новый дом для своей жены.
Столько всего можно рассказать о том, как мы ели на полу, спали на полу, общались. Делали традиционные рисунки хной на руках, пили чай с молоком, обмакивая туда лепешки, пожаренные на масле. Как мы пекли плоский хлеб на углях под открытым небом, а потом отбивали с него золу палками. Как мы ели руками, а потом мыли эти руки в половинках лайма, чтобы избавиться от запаха. Как мы забыли, что по арабской традиции, нам нужно оставить еду на тарелке, чтобы показать, что мы наелись и пихали в себя до невозможности до самого конца. Как после этого хозяйка дома, всплеснув руками, сказала: "Ох девочки мои голодные", и принесла нам добавки, и нам пришлось еще немного поесть под веселые шутки нашего гида.
Но я обещала вам историю про богомола. Поэтому не будем больше отвлекаться на детали моего путешествия, а перейдем к тому самому утру, когда я встретила его.
То было прекрасное начало дня, в который нас ожидала поездка в город, я встала пораньше, чтобы не спеша приготовится к ней. И да, этим утром я сильно захотела в туалет. Сразу извиняюсь за такие подробности, но кто хотел когда-нибудь в туалет, поймёт мои страдания во время всей этой истории.
Я вошла в ванную, радуясь, что все еще спят, и я могу насладиться своим одиночеством. Предвкушая радость облегчения, я начала стягивать штаны. Вдруг мимо меня что-то пролетело. Вздрогнув, я проследила взглядом траекторию движения, уже внутри сжимаясь от предположения, что же я могу увидеть. Конечно, и тут моя удача меня не подвела, я увидела слева от себя на стене огромного зелёного богомола. И когда я говорю огромного, я не преувеличиваю. Яркий, как молодой огурчик, а может как травинка, да кто заботится об эпитетах, когда перед вашими глазами, наполненными паникой, сидит жирный, огромный, живой, настоящий богомол. А ведь я была готова совсем к другому, точно не к созерцанию богомола. Очень быстро я натянула штаны, и, не спуская глаз с этого существа, нарушившего мой утренний ритуал, я пулей вылетела из туалета.
- Девочки, убейте богомола в туалете. Пожалуйста!!! - закричала я, вбегая в комнату. Бедные девчонки, моя паника не лучший будильник.
- Ирина, богомолов нельзя здесь убивать. Это как уничтожить благословение дома в Омане, - сказала мне наш гид. Спокойно так говорит, спросонья. Я точно не такой реакции хочу, я терпеть то уже не могу.
- Ну, выгоните его, пожалуйста, - это я уже, чуть не плача.
- Нельзя, Ирина, это значит выгнать благословение, - наш гид была беспощадной.
- О! – я уже плачу, - Тогда я пойду в уличный туалет.
В моем сердце надежда, это же выход. Точно, пойду в уличный туалет.
Название громкое, но ничего необычного. Уличный туалет в прочем вполне себе был хорошим туалетом. Не как у нас, в Российских глубинках, деревянные домики метр на метр. А нормальный, со сливом, правда, тоже нужно садиться на корточки. Но разве для русской, выросшей в частном доме это испытание? Тем более, что сил терпеть казалось уже не осталось. Да я бы уже в кусты куда пошла, если бы они были, или даже посреди этой каменной пустыни.
- Нет, - голос гида прозвучал как приговор, - это неуважение к гостям, если ты пойдешь в старый туалет. Гостям всегда дают лучшее, поэтому не ходи в старый, иначе хозяева семьи будут думать, что они тебя чем-то обидели. Мне не хватало только трагичной музыки для фона в этот момент. Мой мозг не хотел воспринимать реальность происходящего, и я ненавидела этого богомола всем своим сердцем.
В итоге я только почистила зубы в это утро. А между мной и богомолом стояла моя подруга. А в туалет я сходила только через 2 часа, когда мы приехали в город. Оказывается, у организма есть скрытые возможности. Спасибо ему, он меня не подвел. До конца нашего пребывания в этом доме, каждый раз перед походом в туалет, я просила девчонок проверить его на наличие богомола.
И да, здравствуйте, меня зовут Ирина, и я ненавижу насекомых...