Не знаю как, но точно можно. Отчетливо я поняла это во время второй беременности, когда каждая неделя приносила новые испытания. А с ними за ручку приходил жуткий стресс.
- Все началось, когда в аптеках города кончились уколы в живот. Без них мои мутации легко привели бы нас к замершей беременности.
- К 10 неделе жутко заболели кости в пахе. О прогулках на свежем воздухе пришлось забыть. Как и о фитнесе для беременных.
- Потом пришли результаты Prisca с высоким риском синдрома Дауна у дочки.
- Задерживаются результаты НИПС.
- Дальше больше: подозрения на диабет беременных, давление со стороны отдела продаж клиники.
- И кульминация – роды на 1,5 месяца раньше срока.
Каждый раз, когда увеличивались шансы не доносить беременность, в моей голове умирали тысячи нервных клеток, а с ними и я. Мой плач Ярославны прекратился, когда дело дошло до НИПС. Сосуд был опустошен. Соленой водой смыло все эмоции: любовь, страх, горе, радость. Всё. Только тогда мне стало легче.
Мне стало эмоционально легче!
И я приняла самое ошибочное решение в своей жизни.
Я решила не любить своего ребенка, которого носила под сердцем. Легче не любить, чем потерять и самой умереть с горя.
Я не бредила. Прекрасно понимала, что это не норма. Что общество не примет мой выбор. В меня будут тыкать пальцем или шептать за спиной, если я в этом признаюсь. Поэтому ничего никому не сказала. Никому. До сегодняшнего дня.
А потом родилась моя недоношенная крошка. Такая малюсенькая, худенькая и слабенькая. Ярославна вселилась в меня снова, как только отошли воды. Меня окатило волной осознания, что именно я и мое дикое решение повлияли на исход беременности.
Я начала нести груз вины за свое решение. А сложности нарастали, как снежный ком. И все дальше отдаляли привязанность к маленькому человечку.
Я не справлялась с новой ролью. У меня не получалось быть мамой второго ребенка. Я не кормила дочку грудью, мне было больно сцеживаться и я бросила это дело, психовала во время ночных срыгиваний фонтаном. Злилась из-за недосыпа, жира на теле, отвисшей груди.
Сначала во всем винила дочку. А потом себя, что я не права.
Возможно, все это был результат моей нелюбви. А любовь, злодейка, никак не торопилась начинаться.
Я предала свою крошку, пока та была в животе и продолжала предавать дальше,- мучилась я.
Прошло много времени. Диана начала обниматься, проситься на ручки. Не сразу, но мое ледяное сердце со временем оттаяло. Сейчас ни дня не могу прожить без моей кудрявой неслушницы. Зацеловываю ее. Обнимаю. Дую ей в попу, целую пухлые пяточки и пальчики. Обожаю.
Ну как я могла так поступить? Как я могла запретить себе любить ребенка? Почему я выбрала себя, а не ее в момент кризиса.
Я не прощаю себе этого. И не допущу, чтобы Диана ощутила недостаток маминой любви и ласки.
Я принимаю новое решение и выбираю любить так сильно, как умею. Лучше пере-, чем не до-. Ведь, чем сосуд наполнить, то из него и будет литься. Я верю, что не ошибусь. Ни в этот раз.
А вы полюбили своего ребенка до рождения? С первого крика? Или много позже?