После девяти «Рамштайнов» и 59-й Мюнхенской конференции, многомиллиардных пакетов военной помощи Украине, поставок, надо это признать, не самых новых образцов вооружений, а также обещаний поставок в пока необозримой перспективе танков и молчания о самолетах, натовские генералы заговорили о совершенно иной на текущий момент проблеме, — острой нехватке 155-мм снарядов и 122-мм мин.
Это означает, что военная помощь идет, мягко скажем, не в том направлении, что говорит о явных просчетах западных «помощников».
Всем, кто более-менее следит за СВО, известна следующая цифра: в период октябрьских-ноябрьских боев ВСУ расходовали в месяц снарядов и мин крупных калибров больше, чем их производится военно-промышленным комплексом США за год. Это привело к стремительному таянию запасов боеприпасов самых ходовых калибров. В целях ликвидации дефицита американцы выделили около полмиллиарда долларов на производство боеприпасов, разместив везде, где только это возможно, военные заказы.
Казалось бы, давай только деньги, и проблема решится. Оказалось, что все не так просто. Дело в том, что со времени распада Советского Союза и окончания «холодной войны» американцы считали производство снарядов и мин совершенно не нужным, а производилось только то, что нужно США и НАТО для ведения военных действий в кратковременных локальных вооруженных конфликтах на Ближнем Востоке, в боях со слабыми и слабомотивированными армиями арабских государств, боевиками ИГИЛ и т.д. В НАТО и США полагали, что такие теперь будут войны, краткосрочные и победоносные. Для достижения победы достаточно вдобавок к артиллерии ракет и авиации. Но на Украине, как оказалось, все по-другому: Киеву идут боеприпасы и военная техника, которая мгновенно превращается в разгромленный металлолом. НАТО, как оказалось, к подобному расходу просто не готово.
Вот, к примеру, попала на Украину американская пушка М777. Если она не будет уничтожена российским огнем, то недели через три ее все равно не станет, потому что она рассчитана под производство трехсот выстрелов в сутки, а украинские артиллеристы выстреливают 700-800. Испытывая подобные нагрузки, орудие просто в течение считанных недель выходит из строя. Та же ситуация и с германской гаубицей «Panzer 2000», ресурс которой рассчитан на сотню выстрелов в сутки. За дивизионом этой техники должен быть закреплен ремонтный батальон, призванный проводить регламентные ремонтные работы этим капризным системам вооружений, но таких специалистов в ВСУ нет, а их подготовка длится несколько месяцев и стоит много денег.
Что касается танков, то 14 «Леопардов» в последней комплектации, вероятнее всего, уже на Украине, остальные 140-160 единиц более старых модификаций прибудут в апреле-мае, обещанные же «Абрамсы» ожидают не раньше лета. «Леопарды-2А» очень уязвимы. Известно, что когда турецкие танкисты проводили операцию в Сирии против курдов, то за полчаса турецкий танковый батальон потерял 11 из 14 «Леопардов-2А4», причем один танк был уничтожен женским расчетом противотанковых управляемых ракет.
Если говорить о запасах снарядов калибра 152-мм у России, то их всегда было в разы больше, чем у всего вместе взятого НАТО. Военно-промышленный комплекс работал как часы, потому что ни один военный завод не был демонтирован со второй половины 90-х годов, да и военная стратегия России была иной.
Да и конкурент М777 и «Panzer», — российская гаубица «Мста-Б3» и самоходка «Мста-С», выдерживают большую в три раза нагрузку, потому что советские и российские конструкторы больше заботились о надежности, а не о легкости и мобильности.
Все эти факторы, особенно то, что боеприпасы и техника «перемалываются» на поле боя с бешеной скоростью, обескуражили натовских военспецов, что показал «Рамштайн-9». На Западе уже поняли, что время играет не в пользу Украины.
Автор статьи: Александр Черный