Доходное здание под номером 3 в самом начале бывшего Александровского проспекта строилось необычно долго и выглядело для своего времени довольно странно. В архитектурной моде Петербурга во всю царствовал модерн, а тут… Есть конечно соблазн предположить, что в данном случае просто перестраивали старый дом времен расцвета эклектики, немного добавив к нему элементов нового стиля. Но нет. Дом был совершенно новым.
Проект появился в 1904-м и был разработан штабс-капитаном Иваном Леонардовичем Балбашевским служившем в ту пору в Санкт-Петербургской инженерной дистанции. Он был военным инженером и до этого вообще не имел опыта жилищного строительства. В такой ситуации, вполне естественно, Иван Леонардович просто использовал для планировки уже существовавшие и довольно распространённые типовые решения с учетом современных технических новинок.
Но вот на вопросах декоративного оформления штабс-капитан Балбашевский похоже споткнулся и для решения этой задачи был приглашен уже «профильный» специалист – выпускник Института гражданских инженеров Лев Александрович Ильин. Скорее всего такая замена и стала причиной того, что строительство, в конечном итоге, растянулось на два года…
Самое интересное, что Лев Александрович тоже только начинал свою замечательную карьеру и пока более был известен своими профессиональными публикациями и общественной деятельностью, чем практической работой. К этому времени он принял участие в разработке только одного проекта - доходного дома при евангелическо-лютеранской церкви святой Анны на Фурштатской. Там его соавтором был Алексей Федрович Бубырь. И именно фасадные решения этого первого проекта, которые по требованию заказчика выполнялись «в стиле Людовика XVI», стали основой для следующего. Конечно лютеранская община и частный заказчик две большие разницы, но Ильин как-то умудрился фактически продать «церковный заказ» вторично. Сходство здесь обнаружить не очень сложно, хотя, справедливости ради, стоит сказать что проект на Александровском Лев Александрович разнообразил аккуратным использованием новых отделочных материалов уже полностью отвечавших современным модам. Более изысканные декоративные решения можно обнаружить в парадной, хотя стильные лестничные ограждения тоже были заимствованы из уже «пройденного материала».
В целом, деталей модерна тут довольно много, но именно деталей, только подчеркивающих общий эклектичный подход.
Чем аргументировал Ильин свои, мягко говоря не очень модные и явно «вторичные», предложения для заказчиков? Вполне возможно дело было просто в снижении издержек. Хотя, Лев Александрович еще и вполне убедительно мог объяснить, что предложенная им «солидная стилистика» отлично гармонирует с декором соседних зданий, построенных на пять лет ранее по проектам Василия Васильевича Шауба. И то и другое от реальной ситуации сильно не отклонялось.
Владелицей этого участка и заказчицей строительства нового дома была «жена коллежского асессора» Софья Дмитриевна Катеринич. Ее супруг, Владимир Васильевич, долгое время служил в канцелярии совета Государственного дворянского земельного банка и как раз к моменту строительства этого дома вышел в отставку. Так что новая недвижимость, судя по всему, как раз и была предназначена для компенсации «выпадающих» семейных доходов. Весьма сомнительно, что доходы коллежского асессора, даже служившего в банке, позволяли ему затеять подобный проект. Конечно Катеринич вполне мог рассчитывать на ссуду своего «ипотечного учреждения», но скорее всего, тут ключевую роль играло собственное состояние Софьи Дмитриевны, которая была дочерью гвардейского генерала. Возможно именно ее семейные связи, определили и весьма необычный выбор архитектора на первых порах. Как бы то ни было. Новый дом на Александровском проспекте заказчиков вполне устроил и чета Катеринич разместилась здесь в собственной внушительной квартире номер 8, где и проживала вплоть до 1917-го. И, к слову об «армейских связях» владелицы, в доме, в качестве солидных квартиросъёмщиков, проживало довольно много высокопоставленных военных. Вряд ли это было случайностью…
Ивану Леонардовичу Балбашевскому сей необычный опыт пригодился позднее, при строительстве сразу нескольких собственных доходных домов. По «основной работе» строил он в основном конечно казармы, но вероятно это оказалось делом весьма и весьма прибыльным… Он вышел в отставку в 1911-м, но решение остаться в России после революции для него стало трагической ошибкой. Балбашевский был арестован и расстрелян в 1919-м. А вот Лев Александрович Ильин, оставшись после революции на родине, наоборот «вытянул счастливый билет». Он стал первым «главным архитектором Ленинграда» (хотя формально такой должности и не существовало) знаменитым советским градостроителем, профессором, членкором Академии архитектуры и прочая и прочая. Ильин погиб во время блокады в 1942-м. Ему было 63 года.
Такая вот история…