Даже если предположить, что 28 панфиловцев действительно защитили Москву от фашистов, то защитить их потомков в самой Москве некому
Иван Зубов
Как известно, в 1995 году столичным законом популярная советская песня «Моя Москва» композитора Исаака Дунаевского на слова Марка Лисянского и Сергея Аграняна была утверждена как официальный гимн города.
История этой песни непроста. Сперва в ноябре 1941 года журналист и поэт Марк Лисянский, который во время войны в звании младшего лейтенанта командовал сапёрным взводом, сочинил короткое стихотворение, посвященное обороне Москвы. Оно было напечатано в журнале «Новый мир», который весной 1942 года увидел композитор Исаак Дунаевский, и прямо на полях написал ноты песни. А потом, не сумев найти фронтовой адрес Лисянского, попросил режиссёра своего ансамбля Сергея Аграняна дописать текст. Тот от текста Лисянского оставил первую строфу и концовку второй строфы. Позже, когда Лиснянский и Агранян встретились они дописали вдвоем еще и строфу про Сталина, но во время Оттепели она, из ставшей уже популярной песни исчезла.
В окончательном варианте гимн Москвы выглядит так:
«Я по свету немало хаживал,
Жил в землянке, в окопах, в тайге,
Похоронен был дважды заживо,
Знал разлуку, любил в тоске.
Но Москвою привык я гордиться
И везде повторял я слова:
Дорогая моя столица,
Золотая моя Москва!
Я люблю подмосковные рощи
И мосты над твоею рекой,
Я люблю твою Красную площадь
И кремлёвских курантов бой.
В городах и далёких станицах
О тебе не умолкнет молва,
Дорогая моя столица,
Золотая моя Москва!
Мы запомним суровую осень,
Скрежет танков и отблеск штыков,
И в веках будут жить двадцать восемь
Самых храбрых твоих сынов.
И врагу никогда не добиться,
Чтоб склонилась твоя голова,
Дорогая моя столица,
Золотая моя Москва!»
Сетевой аналитик Андрей Никулин обратил свое внимание на две строки этого гимна, посвященные подвигу 28 панфиловцев, которые якобы не пустили фашистские танки у разъезда Дубосеково под Волоколамском и тем самым спасли Москву от захвата.
«И в веках будут жить двадцать восемь
Самых храбрых твоих сынов.»
И написал по этому поводу:
«Без гнева и пристрастия, не отвлекаясь на дискуссии - был ли действительно тот самый бой под Дубосеково или нет, заглянем в официальный список этих самых сынов.
«Касаев Аликбай, Есибулатов Нарсутбай, Кужебергенов Даниил, Шопоков Дуйшенкул, Сенгирбаев Мусабек».
Это только в клочковском взводе. В целом панфиловская дивизия, которая закрыла брешь в обороне Москвы в критический момент, была сформирована в Центральной Азии и национальный состав имела соответствующий - крайне пестрый, где славяне особо не преобладали. Что, кстати, никоим образом не сказалось на боевых качествах, когда вполне «расово титульные» части отступали панфиловцы стояли, и героически.
Пафос-то в другом. Получается - ребята, указанные в списке - сыновья Москвы. То есть их дети-внуки, соответственно, московские внуки и правнуки, короче - родственники.
И теперь давайте представим, сколько такой «московский родственник» проведет в Златоглавой минут, сойдя с поезда, пока его не остановят на предмет наличия документов и опроса, какого хрена он забыл в столице нашей родины?
Вообще московский гимн крайне занимательная штука. Вот еще двустрочие оттуда: «И врагу никогда не добиться, Чтоб склонилась твоя голова...». Но его разбору мы посвятим следующую главу, когда недоуменно головами будут качать Батыи, Тохтамыши, Наполеоны и прочие поляки с кучкой Лжедмитриев…»
К этому немаловажному рассуждению нельзя не добавить подробность, на которую автор специально не стал обращать своего внимания, поскольку пафос его заключался совсем не в достоверности мифа. А между тем, еще в 1948 году главный военный прокурор СССР Н. Афанасьев опубликовал справку-доклад «О 28 панфиловцах» по результатам расследования Главной военной прокуратуры СССР, которая хранится Госархиве РФ. Так вот, там черным по белому было написано, что «подвиг 28 панфиловцев является вымыслом» корреспондентов и редакторов советской газеты «Красная звезда».
Но мифы на то и мифы, что никакому логическому объяснению и развенчанию они неподвластны, а стало быть, Москва продолжит жить с гимном, в котором правды практически нет.