Наши дни
- Так что ты хотела мне рассказать? – спросила у подруги Вероника.
Две молодые девушки сидели на ярко освещенной зимнем солнцем кухне. Кареглазая брюнетка Вероника, поигрывая локоном волос, с любопытством смотрела на свою подругу.
Сидящая напротив Вероники Марина, зеленоглазая блондинка, задумчиво уставилась на кухонный стол. Еще на пороге квартиры Вероника отметила, на сколько уставшей, измотанной выглядит подруга. Грязные, всклокоченные волосы, мешки под глазами. Уставший, тусклый взгляд некогда ярких, полных жизни зеленных глаз. Вероника подозревала, что во время работы в деревне «Глубокое» с Мариной что-то случилось, и с нетерпением ждала рассказа от подруги.
Засвистел вскипевший чайник, заставивший Марину вздрогнуть.
- Сейчас, расскажу. Только чая нам заварю – с этими словами Марина встала, залила в чайничек с заваркой кипятка и, взяв кружки и вазу с конфетами, села обратно за стол.
- Я уволилась с работы – сказа Марина, глядя на подругу.
- Это еще почему? – удивленно подняла бровь Вероника. – Тебе же нравилось выносить горшки и подтирать задницы немощным.
Марина проигнорировала выпад подруги. Лишь обхватила руками дымящуюся чашку с чаем, как будто пытаясь согреться.
Марина была студенткой третьего курса. И как все студенты остро нуждалась в деньгах. Испытывая жалость к одиноким старикам, а также острые приступы альтруизма, она устроилась на пол ставки в службу «социальной помощи пенсионерам». Работа не пыльная: получаешь адрес клиента – пенсионера, и оказываешь бытовую помощь: купить и принести продукты, навести уборку. Приготовить поесть и сходить за лекарствами в аптеку. Иногда, когда клиентом становился лежачий пенсионер – поменять памперс и помочь вымыться.
- Моя работа в той деревне…это было ужасно – ответила Марина. Она посмотрела в окно, с трудом сдерживая рвущиеся наружу слезы. – Та бабка…она не человек. Она исчадье ада! – с дрожью в голосе сказала Марина.
Вероника сделала глоток чая, взяла из вазы конфетку и сказала:
- А вот с этого места давай-ка по подробнее.
Марина тяжело сглотнула и начала свой рассказ.
Неделей ранее
Промерзшая до костей и уставшая как собака Марина стояла перед входной дверью деревенского дома. Ничем не примечательный деревянный дом стоял вдали от соседей возле леса. Заколоченные окна придавали дому спящий вид. Осыпавшаяся черепица крыши напоминала о «стригущем лишае». Местами на стенах дома виднелась замерзшая паутина. Крыльцо, ведущее к входной двери, было сколочено из полу гнилых досок и не вызвало доверия. Сбоку дома находилась небольшая пристройка, чем-то напоминающая сарай. У Марины на мгновение возникла надежда на то, что это не сарай а баня. С другой стороны дома одиноко стояла небольшая деревянная постройка, гордо именуемая деревенским туалетом.
Чем больше Марина разглядывала внешний вид дома и прилегающей территории, тем более противоречивое мнение складывалось у нее об этом месте.
Участок вычищен от снега чуть ли не до земли. Входные двери в пристройку и дом явно были недавно покрашены. Мусор был аккуратно сложен возле забора, в полной готовности к вывозу. Дыры в крыльце были заколочены свежими досками. Возле стены дома, укрытые брезентом, аккуратно лежали дрова. Однозначно за домом и участком следили. Возможно сама хозяйка дома. Пока позволяло здоровье.
Подумав о хозяйке дома, Марина достала из сумки упакованный в прозрачный файл документ. «Ихорская Валентина Валерьевна, 1948 года рождения» - прочитала Марина. Ее подопечная на ближайшие три дня.
В агентстве Марине объяснили, что до недавнего времени старушка сама о себе заботилась. И еду готовила, и по хозяйству хлопотала. Но за последние полгода здоровье сильно ухудшилось. За ней приглядывали родственники. Но работающим детям было тяжело жить с матерью в деревне, на долго оставляя свою работу и семью. Поэтому родственники купили Валентине квартиру в городе, и готовились перевезти ее. На время легкого, косметического ремонта, возникла необходимость в помощи сторонних людей. Поэтому они и обратились в агентство «социальной помощи пенсионерам». Руководство агентства выбрало Марину для этого задания как самого ответственного и чуткого сотрудника. Да и платили родственники Валентины сверх нормы.
«Три дня это не так уж и много» - подумала Марина. Поднявшись по крыльцу, она постучала в дверь.
Дверь ей открыла низенькая старушка. Ее покрытая седыми волосами голова была окутана шерстяным платком. Огромная, теплая шаль обнимала старушку за плечи. Ноги были обуты в уютные меховые тапочки. Ее морщинистое лицо и выразительные серые глаза излучали доброту.
- «Мариночка, я ждала тебя. Проходи дорогая, располагайся» - старушка с чувством обняла Марину, после чего пригласила пройти внутрь дома.
Зайдя внутрь дома Марина сразу отметила, насколько чисто в нем. Вещи аккуратными стопками были разложены по полочкам. Скромная обувь стояла ровным рядом. Верхняя одежда висела рукав к рукаву. Аккуратно застеленные кровати в комнатах. Кухня чуть ли не блестела чистотой. На плите стоял пузатый чайник, выпускающий из носика струйку пара. Запах сваренного борща прямо манил. Единственный минус – в комнатах царил полумрак. Хозяйка дома объяснила это своими головными болями. От яркого света голова прямо-таки раскалывалась на части, а занавески все равно пропускали лучи солнца. Пришлось пойти на крайние меры.
- «Ты устраивайся по удобнее. Твоя комната дальняя» - сказала гостье баба Валя.
Вечером, сидя за ужином, Валентина Валерьевна пояснила, что пребывание Марины в доме больше формальное. От нее требовалось немногое: помочь с уборкой дома и напоминать принимать лекарства.
- «Ты только дом после полуночи не покидай» - сказала Марине бабуля, перед тем как лечь спать. – «Рядом лес, мало ли кого встретить можешь».
После долгой дороги и сытного ужина Марина крепко спала. Так крепко, что не услышала, как после полуночи скрипнула входная дверь.
На следующее утро девушка приступила к выполнению своих обязанностей: приготовила завтрак, сделала бабушке укол с лекарством. Походила по соседям и купила различных продуктов: яиц, творога, молока, домашнего хлеба и кваса, картошки и прочей снеди. Помогла бабуле приготовить обед с ужином. Вымела весь мусор, протерла пыль. Бабуля только охала и непрестанно благодарила Марина за помощь. А вечером, сидя за ужином, Валентина Валерьевна рассказывала истории из своей жизни. Она рассказывал о войне. О голодных годах. О заключении в концентрационном лагере и освобождении из него. О том, как встретила свою первую и последнюю любовь. Во время рассказа о детях и внуках, по щекам Валентины Валерьевны катились слезы.
Марине было приятно видеть искреннюю благодарность в глазах пожилого человека. Она верила, что ее добро возвратиться ей сторицей.
Так прошли пара дней. Марина помогала бабушке. Бабушка радовала Марину историями из своей жизни.
На третий день своего пребывания в деревне, Марина разбирала чулан. Среди множества старых и бесполезных вещей, девушка нашла коробку, до верху набитую странными книгами. Страницы книг были изрисованы сатанинскими символами. А слова были написаны на незнакомом для Марины языке. Самым странным для Марины было то, что все вещи в чулане были покрыты слоем пыли, а найденные книги были, словно бы протерты тряпкой – чистые.
Увидев, как Марина рассматривает найденную литературу, Валентина Валерьевна очень резво для пожилого человека подскочила к девушке, и забрала коробку с книгами.
- «Это лучше выкинуть от греха подальше» - сказала бабушка Марине.
Марина была в легком шока. Она не подозревала, что в старенькой, сухонькой старушке столько силы. Ее оказалось достаточно для того, чтобы нести забитую книгами коробку.
Марина обратила внимание на то, что весь оставшийся день Валентина Валерьевна просидела на своей кровати с глубокой задумчивостью уставившись на коробку с книгами.
Вечером этого же дня Марина спросила у бабушки, что это были за книги.
- «Ошибки молодости» - буркнула в ответ Валентина Валерьевна. – «Доедай и ложись спать. Завтра будет тяжелый день. Будем разбирать чердак». С этими словами Валентина Валерьевна встала из-за стола, забрала посуду и пошла ее мыть.
Этим вечером Марина долго не могла уснуть. Она лежала в кровати, играя в игрушку на смартфоне. Как вдруг услышала в доме шаги. Сначала она подумала, что это бабуля ходит по дому. Но расслышав шаги получше, Марина напряглась. Это были не шаркающие шаги пожилого человека. Это были легкие шаги, словно шагавший не чувствовал веса своего тела.
Встав с кровати и тихонечко подкравшись к двери, Марина сквозь щелку увидела, как по дому, в сторону входной двери, идет Валентина Валерьевна. Только ее словно бы подменили. Она шла легким, бодрым шагом. Пропала сутулость, а в руках она несла знакомую коробку. Скрипнув входной дверью, Валентина Валерьевна вышла из дома.
Марина подошла к заколоченному досками окну, в надежде что найдет щель, чтобы посмотреть, куда идет бабуля. К ее большому сожалению, окна были наглухо заколочены. Немного подумав, марина обула ноги в тапки, накинула на себя плед и тихонечко подошла к входной двери.
Приоткрыв входную дверь, Марина отпрянула назад, громко взвизгнув. По ту сторону двери стояла баба Валя. Она словно бы поджидала Марину.
- «Я же сказала, после полуночи из дома ни ногой» - зло прошипела Валентина Валерьевна. – «Быстро иди в свою комнату».
Марина пребывала в шоке после такой неожиданной встречи, что не нашла в себе сил спорить с бабушкой.
На следующее утро Марина все же спросила, куда и главное зачем в столь поздний час ходила бабуля.
- «Я ходила выбрасывать книги. От этой дряни давно было пора избавиться» - сказала Валентина Валерьевна.
Марина весь день провела за расчисткой чердака. Но даже не смотря на сытый ужин и усталость, лежа в кровати она все никак не могла уснуть. Ей не давал покоя взгляд Валентины Валерьевны: злой, словно ей нанесли смертельную обиду. Ее размышления прервал звук шагов.
Так же, как и прошлой ночью, Марина, услышав, как скрипнула входная дверь, на цыпочках подкралась к ней. Прислонив ухо к двери, она услышала хриплое дыхание. Зажав себе рот рукой и старая дышать как можно тише, Марина стояла и вслушивалась в это дыхание.
Неожиданно дыхание прекратилось, и Марина услышала скрип снега. Звук вел в бок дома. Марина прикинула, что примерно там находиться похожая на сарай пристройка. Девушка услышала, как звук скрипа снега стих, а на смену ему пришел звук открываемых и закрываемых дверей.
Подождав для верности пару минут, Марина накинула на себя куртку и вышла в зимнюю ночь.
Луна и звезды ярко освещали улицу, и Марина сразу обратила внимание на следы, ведущие от входной двери дома к сараю. Это были следы босых ног.
На цыпочках Марина подкралась к двери сарая. Приоткрыв ее Марина тихо скользнуло внутрь.
Сарай представлял из себя просторное помещение. Вдоль стен сарая стояли стойки с полками. На одних полках лежали непонятные для Марины инструменты. На других стояли банки с какой-то жидкостью. Вдалеке сарая виднелись блики света.
Любопытство пересилило чувство само сохранности, и Марина, аккуратно прикрыв входную дверь, двинулась в сторону света.
Пройдя мимо полок и подойдя к внешней границы света, девушка остолбенела от открывшийся ей картины.
Вдоль стены, огромной буквой «П» был сколочен стол. На нем и на полу возле стола стояли свечи из красного воска. На стене напротив Марины висел огромный гобелен с начертанным на нем красным символом. Девушка практически сразу узнала этот символ. Она видела его в одной из найденных в чулане книг. Присмотревшись Марина увидела, что гобелен не цельный, а сшит толстой нитью из различных обрывков.
Перед гобеленом, раскинув руки, стояла Валентина. Она была полностью голая. Ее одежда кучей валялась возле ее ног. Спина старухи была изрезана. Красными полосами на ней был вырезаны различные символы. При свете свечей эти символы светились, словно неоновая вывеска, жутки красным светом. Перед старухой на столе стояла чаша, полная темной жидкости. А над чашей, насаженных на деревянный кол, красовался череп непонятного существа: толи козла, толи коровы. Только намного больше. А возле черепа на подставке стояла раскрытая книга в черной обложке.
Валентина жутким голосом, нараспев, читала какую-то молитву. Она то пела очень тихо, то срывалась в жуткий крик. Вокруг нее, в свете свечей, на стенах плясали страшный танец тени.
Марина, скинув с себя оцепенение, медленно пятясь назад, повернулась, чтобы незаметно выскользнуть из сарая. Поворачиваясь, ее взгляд упал на стоящую на полке банку. В свете свечей она разглядела, что в банке плавает отрезанная голова. Ребенка.
«Мамочки» в ужасе прошептала Марина. Продолжая пятиться, она повернулась в сторону Валентины.
Старуха стояла, повернувшись лицом к Марине. От милой старушки не осталось и следа. Это была полная злости женщина. Ее морщинистое лицо выражало злобу. А казавшиеся добрыми серые глаза обжигали ненавистью. Ее редкие, седые волосы, подобно змеям, плясали над головой. За старухой, громоздясь друг на друга на стенах сарая, плавали тени. Они словно бы пожирали девушку невидимым взглядом.
Валентина медленно подняла правую руку. Указала пальцем на Марину и жутко сказала: «Ты будешь моей платой за вечную молодость».
Завизжав, Марина развернулась и бросилась бежать. Выбежав из сарая, девушка захлопнула дверь. Оглянувшись она увидела стоящие под навесом сарая инструменты: вилы, грабли, лопату. Взяв вилы, она использовала их как внешний засов.
Забежав в дом и дрожа от клокочущего в крови адреналина, Марина в спешке побросала свои вещи в сумку. Собравшись уходить, она услышала, как хлопнула входная дверь.
Марина мигом закрыла дверь в комнату. Придвинула к ней массивную деревянную кровать и сжалась в комочек в дальнем углу комнаты.
С той стороны в дверь яростно барабанили. Марина прикрыла ладошками уши и принялась читать единственную пришедшую на ум молитву – «Отче наш».
Неожиданно стук в дверь стих. После раздался хлопок входной двери. Не рискуя выходить из комнаты, Марина, поднявшись с пола, аккуратно подошла к заколоченному окну. Отколупав одну из досок, Марина посмотрела в окно и едва сдержала крик. С той стороны в окно заглядывала пара серых, с красными белками, глаза. После старуха отвернулась от окна, прошла через двор, вышла за ворота и направилась в сторону леса.
Поняв, что это шанс, Марина отодвинула свою баррикаду, и стремительно выбежала из дома.
Наши дни
Вероника слушала свою подругу очень внимательно не перебивая. Заваренный чай в кружках давно остыл. На улице день потихоньку уступал место вечеру.
- «Ну а как ты выбралась из деревни?» - спросила у подруги Вероника.
- «Мне повезло» - ответила Марина. «Я добежала до шоссе и поймала попутку. Водитель, увидев мое зареванное, испуганное лицо, без лишних слов отвез до города».
- «На работе я сказала, что не сошлась с бабкой характерами. От денег за проделанную работу отказалась. Что теперь с этой бабкой я не знаю и знать не хочу» - сказала Марина.
Внимательно разглядывая подругу Вероника увидела то, на что не сразу обратила внимание: среди золотистых волос встречались седые локоны.