Индивидуальность в дресс-коде

Мужчины говорят, что не любят костюмы и галстуки, потому что хотят, чтобы им было комфортно, потому что хотят оставаться самими собой.

Они говорят, что костюмы предназначены для управляемой толпы, а потом переодеваются во внезапно помодневшие и производимые конвейерным способом «точные копии» французских рабочих курток образца девятнадцатого столетия, которые по мне похожи на лагерные робы. И надеются почувствовать себя какой-то особенной, а то и вообще уникальной личностью. 

Но, как заметила Энн Холландер в своей книге «Секс и костюмы» : «Когда вечером приходишь в какое-нибудь место, где все мужчины в белых галстуках и черных фраках, индивидуальность каждого из них начинает значить гораздо больше, а не меньше».

  И именно в этом и есть истинный смысл формальной одежды. Да, одеваясь в одинаковой манере для какого-то мероприятия, мы демонстрируем свою лояльность определенным культурным канонам, но одновременно с этим еще и акцентируем свои собственные уникальные характеристики.

Сегодня формальный стиль одежды  почти исчез. Приходя на какой-нибудь официальный прием, где раньше полагалось появляться в смокинге, мы видим, что часть мужчин (стремящаяся к нулю) до сих пор одета в соответствии с этим неписаным правилом, часть старается хотя бы имитировать формальный стиль, надев черный костюм и белую рубашку, но львиная доля приглашенных заявилась туда черт знает в чем. Это могут быть и обычные костюмы повседневного назначения, и спортивные куртки, и футболки с «прикольными» надписями, и худи с названиями американских университетов (нередко несуществующих), и джинсы, и даже тренировочные костюмы, скрывающиеся под англоязычными терминами свитшот и свитпантс. Понятия «дресс-код» больше просто не существует. Теперь можно одеваться кто во что горазд.

В этом отсутствии социальной солидарности есть нечто поистине упадническое. Ведь исчезла сама идея соответствия внешнего вида той или иной оказии. Когда я, смотря фильмы с Фредом Астером, вижу восхитительную гармонию, царившую в шикарных ночных клубах того времени, меня охватывает чувство, наверно похожее на то, что было у римлян, наблюдающих за ворвавшимися в город варварами. Ниже падать, очевидно, уже некуда. Большего хаоса и беспорядка быть просто не может. 

Я бы еще понял, если бы дресс-код погубило стремление людей к истинной индивидуальной свободе. Но ведь нет, дресс-код пал жертвой малодушия и трусости.

Как отметила Энн Холландер: «Одеться парадно более рискованно, чем одеться кое-как, потому что людям почему-то кажется, что относиться к событию с уважением гораздо хуже, чем с пренебрежением».

Нам необходимо вернуться к дресс-кодам и возродить канувшие в Лету ощущение ритуала и понимание уместности той или иной одежды для того или иного случая. Официальная одежда – это реальная политика жизни, пусть даже и на подсознательном уровне.

Мы не должны бояться одеваться красиво и парадно.

Мы должны захлопывать двери перед людьми, одетыми неряшливо и некрасиво.

У нас должно хватать смелости выглядеть настолько же одинаково, как участники симфонического оркестра, чтобы вернуть истинный смысл понятию индивидуальности.

Надо всегда одеваться так, чтобы создавалось впечатление, что после любого мероприятия, где находишься сейчас, нужно будет идти на событие еще более торжественное.