Валя тихо убрала посуду со стола и отнесла грязные тарелки в раковину, стараясь не шуметь.
Константин продолжал пить чай, не глядя в ее сторону, громко потягивая и причмокивая. Всем своим видом, демонстрируя отвращение.
Вдруг вилка выскользнула из ее руки и с грохотом упала на пол.
- Непорочная курица, неуклюжая корова!!! - мужчина тут же встал, как будто только и ждал ее оплошности, а теперь дал себе волю. - Чужие жены похожи на своих жен. Эта не имела ни малейшего понятия, откуда у нее взялись руки.
Женщина инстинктивно попятилась назад. Костя вскочил на ноги, оттолкнул стул, который с грохотом опрокинулся, хлопнул кулаком по столу и ушел, хлопнув дверью.
Тошнота поднялась в горле.
Чувство тошноты поднялось вверх по позвоночнику, за ним последовала такая же боль.
Она медленно нарастала и распространялась по всему телу.
Каждый раз, когда Валентина спорила с мужем, она чувствовала невыносимое покалывание в животе.
В последнее время боли в животе участились. Прошло много времени, прежде чем она обратилась к врачу, но Константин решил, что жена просто притворяется и пытается заставить себя чувствовать себя лучше, и не обращал на нее внимания.
Как только она сдалась, она забыла о боли и погрузилась в повседневные заботы.
Они прожили в браке более 30 лет и вырастили двух сыновей-близнецов. Мальчики уже женились и жили отдельно, но они продолжали страдать ни вместе, ни врозь.
Константин считал себя самым важным человеком в семье и был убежден, что он всегда прав.
Лучшее место принадлежало ему - мужчине, к тому же самому лакомому кусочку.
Когда родились Ваня и Гриша, муж воспринял это как посягательство на свою свободу.
Он не общался с ними и, казалось, вообще их не замечал, только когда дети плакали или шумели, Константин просил их маму утихомирить щенка.
Это было очень неприятно, но она терпела.
Вы спрашивали ее, почему?
Она не знает. Просто так сложилось. Он главный, а она никто.
Первые годы брака они провели в доме матери Кости. Женщина
которая очень любила своего сына.
Она с первой минуты возненавидела Валюшу и считала ее виноватой в семейных проблемах.
Она старалась держать язык за зубами, чтобы они не ссорились. Ей было жаль мужа, ведь ему было нелегко между двух огней.
Но когда они переехали в собственную квартиру, Костю определили на завод. И Валя стала своего рода законной любовницей. Он продолжал терроризировать ее так же, как и мать, по-прежнему не давая ей и рта раскрыть.
Но и здесь она не жаловалась, терпела. Как-то душа ее сжалась и увяла, окаменела.
Всегда считала важно, чтобы у детей отец был, а у нее муж, а остальное уж как-нибудь.
Когда мальчиком исполнилось по 6 лет, Константин впервые взял их с собой на рыбалку в мужскую полупьяную компанию.
Валя пыталась сопротивляться, но он лишь грубо оттолкнул ее.
- Надо, чтобы мужиками росли, - заявил он тоном, не терпящим возражений. - Все женщина, теперь твоё место у кастрюль. Я сам займусь воспитанием детей!
И занялся... В школе они со всеми дрались, пререкались с учителями. Став постарше, начали курить и сквернословить.
Урезонить Ваню с Гришей она не могла, как и их отец. Ее мальчики в грош не ставили, школу окончили с трудом. Правда, после армии немного остепенились, пошли работать, и, слава богу, оба женились на хороших девушках.
Боль не утихала.
Согнувшись, Валя выползла из кухни и трудом добралась до дивана.
- Врача бы мне, - простонала женщина обессилена.
- Ничего, не сдохнешь, - пробурчал супруг, не отрываясь от экрана телевизора.
- А вдруг сдохну? - разозлилась она. - Что Ване и Грише скажешь?
Муж с минуты, изучающий, смотрел на жену.
Затем нехотя потянулся за телефоном и набрал номер.
Скорая приехала на удивление быстро.
- Собирайтесь, - констатировал врач после пятиминутного осмотра.
- Нужна срочная операция.
Так Валентина попала в больницу.
Пребывание там показалось ей санаторием. Лежи себе отдыхай, никто тебя не ругает, не издевается. Врачи здоровьем интересуются, медсёстры ухаживают.
И все бы хорошо, да только