Издержки советской методологии

Политолог Григорий Голосов пишет:

«Сегодня наткнулся случайно на выступление в Ютьюбе видного деятеля российской культуры в изгнании. Деятель сменил свой довольно оптимистический в недавнем прошлом взгляд на Россию на крайне пессимистический и особенно сетовал на то, что русские пассивны, ни на что не реагируют и, короче говоря, духовно навеки почили.

В такие минуты особенно жалеешь, что в советских вузах преподавали "научный коммунизм", а не нормальную политологию.

Из нее можно было вынести знание о том, что люди, в основной массе, везде политически пассивны, потому что политика находится на периферии их жизненного мира; что политические взгляды, как правило, заимствуются из семейной и соседской среды и подкрепляются согласной с ними информацией из общедоступных СМИ, а не формируются путем критического анализа информации из разных источников; что склонность к неконвенциональным или даже просто активным политическим действиям, типа участия в митингах, присуща статистически ничтожному меньшинству.

Всё это может не то чтобы измениться, но подкорректироваться в краткие моменты инициированных политиками перемен, но не раньше и не позже.

"Научный коммунизм", напротив, исходил из образа массового политического активизма, который роднил его основоположника с другими радикальными демократами того времени, и который никакого отношения к реальности никогда не имел. При всем отвращении, которое позднесоветская молодая интеллигенция испытывала к учебнику под редакцией акад. П. Н. Федосеева и пр., эти представления она впитала, а потом и усилила поглощением перестроечной публицистики».