Найти тему
Жизненные истории

Зачем транжирить свою жизнь?

фото: из интернет-ресурса
фото: из интернет-ресурса

Влюбленное сердце поет от счастья, но мама не одобряет этот выбор. Чем-то смущает ее мой жених, не доверяет она ему. Ну и что? Мы всегда отвечаем за свое решение сами. Но как же моя мама была права!

Зашла однажды в интернет и утешилась там. Ведь пол­года страдала, плакала, ис­кала ответы внутри себя да у подружек спрашивала: «Почему он бросил меня? Чем я плоха?» Но ответа, кроме, как «подлец он по­сле этого», так ни у кого и не нашла. А сегодня и сама знаю, что муж мой Денис — гад и ненадежная личность. Мучилась все это вре­мя я в одиночку, не до социальных сетей мне было с их позитивными настроями, а тут решила в мир вы­глянуть через окошко планшета. И первая же картинка в фейсбуке мне все и объяснила. Счастливая японка отмечает свой сто шестой день рождения, и главный секрет ее долголетия, по-старушкиному мнению, заключается в полном отсутствии в ее жизни мужчин. Ни мужей, ни бойфрендов — за целый век! Не тратила женщина нервы на мужиков и на пережива­ния по поводу их отсутствия тоже. Жила себе спокойно и в итоге взволновала своим отважным вы­бором весь мир, который теперь ее поздравляет и выпытывает се­креты. Рассматриваю ее умиротво­ренное лицо и понимаю: не иметь мне такого лица в старости и до ста шести лет, конечно, не дожить. Я уже здорово поистратилась, не­правильно выбрав себе мужа.

ПЕРВЫЙ ЗВОНОЧЕК

В свои 38 годков все свои нервы израсходовала, просто пустила их по ветру, вот и сижу опустошен­ная, практически бесчувственная. Щелкни по мне — пустота зазве­нит, потому что ничего внутри нет: кровь муж выпил, нервы он же вымотал. И свалил! Еще и не­доволен остался: я ему, дескать, жизнь испортила, судьбу загуби­ла. Если бы не я, был бы он сей­час при руководящей должности, стал бы богатейшим человеком, имел бы пять яхт и личный само­лет. Но все деньги именно я из него вытрясла, вот и нет у него сейчас ни поместья, ни собствен­ной конюшни.

Да, сейчас смешно все это вспоми­нать, а тогда я, вся слезами зали­ваясь, спрашивала его:
— Ты серьезно, Денис? Как это вытрясла? Трясти-то и нечего было! Наоборот, все тебе отдава­ла! Много ли ты зарабатывал?
— Не говори ерунды, Лариса, — поморщился он, — у хорошей жены муж любых вершин достиг­нет. Особенно если она умеет пра­вильно распоряжаться средства­ми, не транжирит деньги и всегда может накопить нужную сумму. А ты готова была свое отдать по­стороннему человеку!

Тут и припомнил он мне старый случай с чужими деньгами. Мол, еще тогда заметил во мне спо­собности денежки профукивать, разбазаривать, да жаль, значения этому не придал.

Давно, еще до нашей свадьбы, Де­нис вместе со своим другом рассе­лял старые коммуналки. Времена лихие были, никто никому не ве­рил, а жить лучше всем хотелось, не век же по коммуналкам людям сидеть. Как самим разъехаться, жильцы не очень представляли, не умели варианты искать, це­почки из желающих съехаться- разъехаться составлять, вот и обращались к посредникам.

Денис с Юриком народу помогали и, разумеется, свой процент имели от продажи уже пустой квартиры. Дело у них шло хоть и хлопотно, но неплохо. Но однажды мой Де­нис напарнику положенную долю не отдал. Собирался, конечно, но не отдал. Потратил на какие-то се­мейные нужды, пообещал распла­титься с ним со следующей сдел­ки, и Юра согласился. А Денис и потом не отдал: ни со второй, ни с третьей сделки, в общем, ни когда. Все время обещал, клялся, но оттягивал сроки под благовид­ными предлогами и так не вернул денег.

На том дружба у них и закончи­лась. Юрик как-то раз, через год, наверное, позвонил старому дру­гу Денису и почти плакал: мама у него заболела, средства срочно понадобились. Все заначки, мол, уже выпотрошил, но все равно не хватает. И пора бы Денису долг вернуть, хотя бы часть! Но Денису деньги на нашу свадьбу требова­лись, и он отказал товарищу.

Тогда-то я и узнала эту историю. Расстроилась — что же мы, же­ниться на чужие деньги будем? Тем более что у человека горе — нужно маму спасать. Стала жени­ха уговаривать, про совесть вспо­минать и на жалость давить. Но любимый мой велел мне дурочку не валять. И понять, наконец, что жизнь — штука жестокая, что всех не пережалеешь. И вообще, дескать, его это деньги, Дениса, а Юрик просто сам все уже забыл, видно, с горя помешался!

Ну и я безоговорочно Денису по­верила. Ведь Юрик-то мне никто, а Дениска — любовь всей жизни! Кому же еще верить двадцати­летней девчонке? Мама вечером мой возмущенный рассказ про забывчивого Юрика выслушала и посоветовала с замужеством не спешить: если парень другу на ле­чение матери денег не дал, то и с женой церемониться не станет.
Только кто же мамины увещевания слушает? Я и сама в глуби­не души все же чувствовала, что правда на стороне Юры, а Денис просто врет, чтобы я отстала. Но гак уж любила своего парня и так замуж мне сильно хотелось, что и постаралась забыть эту тревож­ную историю.

ДЕЛИМ ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ?

Это не ему нужно было увидеть во мне транжирку, а мне вовремя понять, что жених мой — жади­на и эгоист. При разводе он даже мои новые туфли забрал, сказав: «На мои деньги куплено, значит, они мои!». К счастью, жилье не смог разделить. Мама предусмо­трительно бабушкину двухкомнатную квартиру, в которой мы с мужем и дочкой жили, на себя записала.

Как Денис не бился, чтобы при­ватизировать ее на нас троих, мама стояла на своем твердо: нет! Я даже обижалась на му­друю свою матушку за недоверие к моему мужу, но сдвинуть ее с места так никому и не удалось. Она словно чувствовала, что зя­тек когда-нибудь проявит себя во всей красе, заранее постаралась обезопасить дочь и внучку.

Потом наша дочка в институт поступила и уехала в областной центр. А я вот сижу в пустой квар­тире и радуюсь: пусть без туфель, по зато осталась в родных стенах, с крышей над головой. Все-таки какая умная женщина эта япон­ка, что до ста шести лет дожи­ла, — никаких драм в свою жизнь не допустила, никаких трагедий. Интересно, не скучно ли ей было? О чем же теперь вспоминать в та­кие серьезные годы? И о чем она все-таки жалеет? По лицу видно, что ни о чем не жалеет, всем до­вольна. Правда, в азиатских лицах особо ничего и не разглядишь, не­проницаемые они.

Ну и я не буду надрывать себе душу! Дочка есть, мама жива, жи­лье при мне, работаю, самое вре­мя начать новую жизнь. Первым делом стиральную машину куплю и шторы, а потом туфли. Правиль­но Денис во мне транжирку рас­смотрел: все ему отдала, что он по желал забрать, мне не жалко. Пусть он начинает на наших обломках, а я на все новое заработаю.

Соседка рассказывала, что ви­дела Дениса в торговом центре с женщиной: молоденькая, хо­рошенькая, в рот ему смотрит, в глаза заглядывает. Я удиви­лась: зачем красивой девушке сорокалетний мужик без яхты? Наверное, такую же подобрал, как я, глупую бессеребреницу, только помоложе. И туфли мои наверняка ей подарил, и стиралку нашу притащил, добытчик. Я бы ей, конечно, дала хороший совет, только ведь она мне не по­верит. Мне нс поверит, понятно почему, но, думаю, и японке не поверит по молодости.

ТЕПЕРЬ НЕ ПРОПАДЕМ!

Муж ушел, бросил нас и зарплату в новую семью унес. А нам с доч­кой моих доходов маловато. Про деньги-то японка ничего не сказа­ла, как же она одна крутилась?
Может, мне пирожки на продажу печь? Не получится — муж поч­ти все с кухни вывез. Вязать или шить я не умею, да вообще мало что умею, кроме своих скучных бухгалтерских отчетов. Может, в интернете опять поискать что- нибудь, например, вечернюю ра­боту?
Нашла в фейсбуке группу «Сосе­ди», где весь наш район свои объ­явления публикует, порылась, почитала. На соседней улице ищут человека, чтобы выгуливал соба­ку утром и вечером, другим няня нужна ребенка по вечерам — в кружки водить, третьим ма­стер по компьютерам необходим. А в нашем же доме кулинарка- мастерица приглашает человека вести от ее имени инстаграм. Она печет торты и пирожные на заказ, но аккаунтом заниматься ей со­вершенно некогда.

Вот это как раз для меня, это я умею и люблю! Позвонила, по­говорила, мы даже друг друга ви­зуально вспомнили — регулярно во дворе встречаемся. Вот эта тер­риториальная близость и решила дело: я буду приходить, делать фо­тографии, публиковать их, сочи­нять короткие тексты и отвечать на комментарии, ну, а Ольга — создавать свои шедевры.

Теперь мы с Олей — соратники и друзья. Мои бухгалтерские уме­ния тоже пригодились, я состав­ляю квартальные отчеты для ма­леньких фирм, принадлежащих Олиным друзьям, мелким пред­принимателям.
Несмотря мое твердое решение следовать заветам японки и не допускать в свою жизнь мужчин, я, кажется, влюбилась. Пока дер­жусь, виду не подаю. Но как уви­жу Степана, Олиного курьера, так сердце само по себе тает, не спра­шивая разрешения.

Степа развозит на своей машине Олины пирожные по заказчикам. Он, стоит нам встретиться, так и вертится у меня перед фотоап­паратом, так и норовит в кадр по­пасть. Шутит, смеется, балагурит, комплименты отвешивает. Я уже все про него разузнала: 55 лет, военный в отставке, вдовец, двое детей, трое внуков, живет один. А самое главное, Степан очень щедрый! Такие подарки к празд­никам нам с Ольгой делает, не говоря уже о цветах, что не каждый муж своей жене преподнесет!

Может, рискнуть, еще раз испы­тать судьбу? Мама считает, что 15 лет разницы в возрасте — это ерунда, совсем еще молодой му­жик. Да и пенсия у военных от­личная! Вдвоем-то на шторы мы с ним точно накопим!