Осенью 1961 года тело Иосифа Сталина было удалено из Мавзолея и погребено у Кремлевской стены. Церемония проходила втайне от общественности. Даже Никита Хрущев на «вторых» похоронах вождя не присутствовал. Хрущеву было чего опасаться: за 5 лет до этого земляки Сталина уже показали свое недовольство новой политикой государства.
Последствия доклада Хрущева
Как известно, на ХХ съезде коммунистической партии Советского Союза, состоявшемся в феврале 1956 года, Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев зачитал свой доклад «О культе личности и его последствиях», посвященный возвеличиванию его предшественника Иосифа Сталина. В стенографическом отчете заседания говорилось, что съезд одобрил доклад Хрущева и поручил ЦК осуществить соответствующие мероприятия. «Большая советская энциклопедия» (С.И. Вавилов, Л.С. Шаумян, 1957 год) сообщала о том, что 30 июня того же года, исходя из решений XX съезда, ЦК КПСС принял и опубликовал постановление «О преодолении культа личности и его последствиях».
Однако население неоднозначно восприняло решение ХХ съезда. В особенности это относилось к жителям Кавказа, откуда был родом Сталин. Валерий Рачковский и другие авторы учебника «История России» утверждают, что в начале марта 1956 года в городах Гори, Тбилиси, Кутаиси, Батуми и Сухуми манифестации, приуроченные к очередной годовщине смерти советского лидера, переросли в массовые беспорядки. В них приняли участие тысячи школьников и студентов. Так, у памятника Сталину в Тбилиси собралось около 60 тысяч человек. Дело дошло до того, что 9 марта власти ввели военное патрулирование улиц. В ходе ликвидации беспорядков было убито 20 человек, более 60 получили ранения, а 39 было привлечено к уголовной ответственности.
Заручиться поддержкой грузинских лидеров…
Спустя 5 лет после упомянутых событий состоялся XXII съезд КПСС. После заключительного выступления Никиты Хрущева слово взял Секретарь Ленинградского обкома Иван Спиридонов, который предложил вынести тело Иосифа Сталина из Мавзолея. Как гласит стенографический отчет заседания, Спиридонова поддержал Первый секретарь Московского горкома Демичев, заявивший: «Мы считаем несовместимым нахождение саркофага с гробом Сталина в Мавзолее рядом с прахом родного Ильича». А старая большевичка Лазуркина поведала собравшимся о том, что во сне к ней явился Ленин и рассказал, как ему неприятно лежать рядом со Сталиным.
Однако Хрущеву, по чьему указанию и выступил Спиридонов, необходимо было заручиться также поддержкой населения Кавказа. Именно поэтому, как пишет Леонид Млечин в своей книге «МИД. Министры иностранных дел», после Демичева должен был подняться на трибуну Первый секретарь ЦК компартии Грузии Василий Мжаванадзе. Мжаванадзе пошел на хитрость: он пришел на заседание с перевязанным горлом. Вследствие болезни Мжаванадзе якобы потерял голос, так что вместо него пришлось отдуваться Председателю Совета министров Грузии Гиви Джавахишвили, который, как утверждает Млечин, «невнятно пробормотал» что-то о согласии грузинского народа с решением о выносе тела Сталина из Мавзолея.
Беспорядки в Грузии и подготовка протестов в Москве
Новое решение советского правительства вновь вызвало возмущение на родине Сталина. По крайней мере, Евгений Джугашвили в своих мемуарах «Мой дед Иосиф Сталин», утверждал, что многие грузины осуждали Гиви Джавахишвили за выступление в пользу выноса тела Сталина из Мавзолея. Если верить Льву Балаяну, автору книги «Сталин и Хрущев», дом Джавахишвили в Тбилиси был сожжен дотла. Мало того, даже демонтировать памятники, установленные вождю в Грузии, оказалось проблематично: население установило возле них круглосуточное дежурство. Как пишет Балаян, удалить импровизированные посты удалось лишь хитростью, объявив воздушную тревогу. Однако один памятник, находившийся в Гори, все же сохранился до наших дней.
Грузины собирались организовать масштабные беспорядки и в Москве. Так, Василий Веденеев, автор издания «Великие тайны Сталина», сообщает о том, что после того, как новость о решении вынести тело Сталина из Мавзолея дошла до Грузии, в столицу выехали тысячи грузин. Они намеревались помешать перезахоронению вождя. Сторонники Сталина переправлялись в Москву на самолетах и автотранспорте и пытались призвать на помощь представителей грузинской диаспоры, обосновавшихся в столице. Как предполагает Веденеев, подобные звонки отслеживались КГБ. Председатель комитета госбезопасности Александр Шелепин знал о напряженной обстановке и доложил о ней Хрущеву. Меры были приняты. Во всяком случае, «вторые» похороны Сталина прошли благополучно, правда, втайне от общественности.