Больше всего на свете поросенок Феденька любил гулять. Едва проснувшись, он расчесывал шерстку, кушал, чистил зубки и, надев красные резиновые сапожки, бежал в лес.
А в лесу сколько забав! Собрать полное лукошко ягод, поискать грибы, погоняться за волками, покидаться шишками с белочками. Только в полдень порядком уставший Феденька возвращался домой, съедал сытный обед, выпивал компотик и, после недолгого сна в будочке Бублика, снова выходил гулять, на этот раз в гости к дедушке Угрюм Угрюмычу или к Хрипуше и Кузеньке. Дальше ходить он мог только за ручку с Киней, ведь нельзя же отпускать маленького поросеночка совершенно одного в надвигающихся сумерках.
Как-то после обеда Феденька проснулся не в духе. Вместо вишневого компотика противная Кинюня налила ему яблочный, отчего кругленький животик Феденьки все время урчал и ему снились тревожные сны.
- Вот как так можно было поступить с Феденькой? - недоумевал поросеночек, поправляя одеялко и подушку. - Значит, весь день Феденька был хорошим, ни с кем не ругался, никому не показывал язык, хотя так хотелось, и даже вытер ножки, заходя в дом. И после всего этого вместо того, чтобы дать мне горбушку хлеба за хорошее поведение и налить вишневого компотика, мне дали простой ломтик и налили яблочный. Вот где справедливость? Не ценят меня тут, ох не ценят!
И поросенок задумался, как бы теперь восстановить справедливость.
- Если меня лишили удовольствия, - рассуждал он, - значит, я обязательно должен сделать то, что его мне принесет. Верно? Верно! А что я люблю больше всего? Гулять в лесу. Значит в лес я и пойду. Если я скажу Кине, что иду к дедушке Угрюм Угрюмычу, она и проверять не станет, куда я на самом деле пойду. Значит, решено.
Надев сапожки, и сказав Кине, что хочет навестить ослика, Феденька стянул со стола пяточек сушек и побежал в лес. Белочки в это время еще отдыхали, и, не дозвавшись их, Феденька побежал дальше. На стоянке волков тоже никого не было, и поросенок призадумался, куда бы теперь податься. Возвращаться домой ему ох как не хотелось, а потому он решил забраться подальше в чащу, где еще никогда не был.
- Я только посмотрю, и сразу же домой, - пообещал он себе и проворно побежал по дорожке дальше. И чем дальше он бежал, тем темнее становилось все вокруг.
- Ничего тут интересного нет, - возмутился Феденька. - Все, возвращаюсь домой.
Но этому не дано было случиться. Довольный собственной находчивостью, Феденька так петлял вокруг деревьев, что теперь не имел ни малейшего понятия о том, куда нужно идти.
- И что теперь делать? - наморщив пятачок, спросил Феденька. - Вот как можно было поросеночка отпустить одного гулять? Безответственные личности. Нет им доверия! Решено, ухожу к волкам! С ночевкой!
Но, чтобы уйти к волкам, этих волков еще нужно было найти. Феденька попытался было повыть - а вдруг они сами к нему прибегут, но на каждое "ау" у него выходило три "уи" и даже один "хрюк". Не дождавшись помощи, Феденька пригорюнился.
- Видно так и суждено мне в лесу пропасть. Дохрюкался, поросеночек!
И он грустно-грустно заплакал.
А Киня в это время уже бежала сквозь бурьян и овраги, пытаясь отыскать своего малыша. Еще засветло она обнаружила, что Феденька так и не появился у дедушки Угрюм Угрюмыча, а следы маленьких копытц, оставленных на мокрой от вчерашнего дождика дорожке, тянется к лесу. Вот и мчалась она вызволять друга из беды. Откуда она знала, где его искать? Ей сердце подсказывало. И вправду вскоре до Кини донеслось обиженное сопение, а вскоре она различила фигуру спящего Феденьки, лежащего на пенечке.
- Феденька! - позвала она его по имени. Малыш сонно разлепил глазки.
- Ты кто?
- Я? - Кинюша даже опешила, - Киня!
На это малыш ничего не ответил, только вновь смежил веки и улегся на пенек. Насилу Кине удалось его поднять на ручки и выйти с ним из лесу. Дома она долго мыла сонного Феденьку земляничным мылом. И вдруг…
- Ой! - воскликнула Киня, роняя на пол мочалочку. Что-то больно впилось ей в животик. Раздвинув белоснежную шерстку, она увидела маленькую коричневую блошку, которая угрожающе высверкивала зелеными глазками. - Да я тебя сейчас…
- Подождите-подождите, - оживился вдруг Феденька, прежде замерший в скорбной позе принца Датского. - Ой, блошка, - он схватил ее маленькой ручкой. - Да какая хорошенькая! И рыженькая, прямо как я. Не бойся, крошечка, я тебя в обиду не дам. Будешь жить у меня на хвостике.
- Федя! - ужаснулась Киня. - Ну зачем тебе блошка?
- Как зачем? - изумился малыш, - а вдруг я снова в лес убегу? Вдвоем с Блошей нам будет совсем не страшно!
©Энди Багира, 2023 г.
Вы уже влюбились в этого очаровательного нахалюгу? Ставьте лайк, подписывайтесь на канал, и точно не пропустите продолжение приключений Феденьки в деревне и при версальском дворе;)