Автономия занимает центральное место в ряде концепций морали. Для Канта приписывание себе универсального нравственного закона является основанием нравственного долга и уважения к нам со стороны других.
Т.е. наш разум предполагает, что мы понимаем самих себя как свободных людей и позволяет изменять детали собственной жизни по своему желанию. В основе свободы лежит отсутствие внешних препятствий по отношению к нашей собственной воле. В то же время свобода требует, чтобы мы использовали закон только в соответствии с нашими решениями и при помощи нашей личной воли.
С точки зрения политики, автономия - это особое значение самоуправления человека, которое влечет за собой политическую перспективу и делает невозможным обоснование права на защиту и внутреннее самоуправление традиционной культуры.
Оно проблематично потому, что исключает из дальнейшей защиты либеральной политики тот тип людей, у которых самопредставление и ценности являются укорененными в культуре общественности. Или, наоборот, если автономная личность может отделить себя от всех культурных обязательств, это предрекает шаг к обеспечению государственной защиты этой культурной формы, поскольку такая государственная политика опирается на ценности автономии.
Автономия не требует, чтобы люди имели возможность отойти от всех своих связей и ценностей, а также критически их оценивать. Все, что требуется, — частичная рефлексия.
Считается, что либерализм возник из политической традиции и основывается на идее народного суверенитета. Основная версия либерализма рассматривает народный суверенитет как базовое коллективное выражение здравого выбора и полагает, что принципы основных институтов политической власти играют лишь инструментальную роль в увеличении общего благосостояния граждан.
В политическом либерализме различные граждане могут сосредоточиться на методах получения независимых принципов справедливости. Справедливость можно достичь только тогда, когда перекрывающий консенсус среди людей движим разумными моральными взглядами. Это консенсус, в котором граждане могут утверждать принципы справедливости в рамках подобных всеобъемлющих взглядов.
Политический либерализм смещает фокус с философского понятия справедливости, сформулированного абстрактно и подразумевающего универсальное применение, к практическому понятию легитимности, в котором достижение консенсуса не требует, чтобы рассматриваемые принципы имели глубокое метафизическое основание.
Надо сказать о последствиях политического либерализма для традиционного разделения между либеральной справедливостью и демократией. В либеральных концепциях справедливости демократические механизмы коллективного выбора рассматриваются как неотъемлемые, но очень ограниченные конституционными положениями, которые поддерживают принципы справедливости. Права и свободы личности, равенство перед законом и различные привилегии и меры защиты, связанные с гражданской автономией, защищены принципами справедливости, которые не подлежат демократическому пересмотру.
Однако либеральные идеи эволюционировали и стали включать коллективные дискуссии и дебаты. Основные допущения по поводу способности граждан к рефлексивному обсуждению и выбору — автономии — должны быть частью исходных условий, в которых должен осуществляться перекрывающий политическое согласие относительно принципов справедливости.