14 февраля 2026 года Православная Церковь отмечает особый день поминовения усопших - Вселенскую родительскую (мясопустную) субботу. Это первая родительская суббота, которая отмечается за неделю до Великого поста - перед неделей Сырной седмицы (Масленицы).
В этот день молитвенно поминают не только родных, но и всех усопших православных христиан, поэтому родительская суббота и называется Вселенской. А «мясопустной» эта суббота и называется потому, что на следующий день после неё (в воскресенье) разрешается в последний раз перед Великим постом есть мясную пищу. Следущий день после Вселенской родительской субботы называется Неделей о Страшном суде (неделей в церковнославянском языке называют воскресенье - от выпадения ничего «не делал», то есть никто в этот день не работал. А седмица - это привычные для нас семь дней, то есть наша привычная неделя, состоящая из семи дней). Именно в субботу, перед Неделей о Страшном суде христиане молятся Господу о том, чтобы Он явил Свою милость ко всем усопшим православным христианам. В храмах в этот день служится особая заупокойная служба - Вселенская панихида.
У усопших нет возможности покаяться и искупить грехи молитвами и Богоугодными добрыми делами, поэтому они очень нуждаются в нашей молитвенной помощи. Наши молитвы, добрые дела, милостыня могут совершить чудеса и изменить участь умершего человека. Особенно в таком поминовении нуждаются те, кто умер без покаяния и не успел приобщиться Святых Даров.
Святитель Иоанн Златоуст писал:
«Не напрасны бывают приношения за усопших, не напрасны молитвы, не напрасны милостыни. Все это установил Дух Святой, чтобы мы приносили друг другу взаимную пользу, ибо видишь: тот получает пользу через тебя, а ты получаешь пользу ради него. Ты истратил имущество, чтобы сделать другому доброе дело,- и стал для него виновником спасения, а он для тебя стал виновником милости. Не сомневайся, что это принесет благой плод».
А вот что говорил о важности молитвы и поминовения протопресвитер Александр (Шмеман):
«Наша молитва друг за друга и особенно за тех, кто, по видимости, отделен от нас смертью, – это прежде всего «любовь», любовь человеческая, но и божественная, та любовь, которую Бог излил в наши сердца, любовь Христова, которой мы молимся не только за себя, но и, несмотря на свою грусть, за всех тех, кого любит Бог и кого делает объектами нашей любви. И если усопшие пребывают во Христе, если они любят Его, то они любят и нас, они с нами, они молятся за нас».