«Полковник, мы знаем о последствиях неподобающего поведения. Со всем солдатами разговор провели – будут придерживаться плана, транслируя миру советских солдат-освободителей», - отчитался майор полковнику.
Тот в ответ сказал:
«Отлично! Мы в Германии в качестве освободителей, добрались сюда не для того, чтобы отомстить. А чтобы не осталось в людях этих глупых взглядов.
Высшим командованием был отдан приказ, что любого, кого уличат в неподобающем поведении, ждёт трибунал. Мародёрство и прочие нелицеприятные дела будут расцениваться в суде, индивидуально.
Поэтому организация военных патрулей просто необходимо, включая сотрудничество с местным населением. Чтобы всё прошло гладко! Поняли?»
Майор не противоречил. Он и сам всё понимал, что несмотря на те беды, что немцы сделали соотечественникам, они не могут вести себя также. Иначе чем тогда будут отличаться от немцев?
Полковник, оставшись в одиночестве, глубоко вздохнул
Его лицо было недовольно. Он смотрел в окно, на всё происходящее вокруг и понимал, как тяжело придётся солдатам. Ведь каждому из них есть за что мстить врагу. Большинство потеряли родственников, друзей.
Но ведь и о русских солдатах будут говорить только плохое, если мщение состоится. Важно было придерживаться устоев, назначенных сверху. Несмотря на многочисленные потери с советской стороны. Ведь суждения о советских солдатах и спустя многие десятилетия будут то и дело подниматься.
«Наши справятся. Они не предстанут перед миром очередными варварами», - подумал полковник и прилёг отдохнуть.
Тем же днём среди солдат
– Эй, Сёма! Собирайся, пойдём сейчас к немкам. Такие две симпотные. Вдовы, как положено. Не пожалеешь наверняка!
– Ну уж нет. Вы что, о патрулях не слышали? Чуть что не так, нас под трибунал сразу отдадут!
– Да, да. Мы в курсе. Завязывай с нотациями. Сами патрули тоже сквозь пальцы на всё это глядят, давая свободу. Они же тоже люди, тоже мести хотят. И вообще, кто победителей-то судить будет?, - ехидно улыбаясь, сказал Васька.
– Ну не по мне это дело, понимаешь? Я же не мартовский кот какой-то, готовый с первой встречной. Кем бы та не была!
– Твоё дело, твоё. Мы же с Гришком точно к Марте пойдём, приглянулась она нам с подружкой. Повеселимся и за тебя тоже!
Днём спустя и Васька, и Гришка оказались перед солдатами. На них уже не было головных уборов, да и руки были связаны. Стояли молча, смотря себе под ноги.
Как вдруг начали озвучивать приговор:
– Вопреки распоряжению сверху, вели себя неподобающие. Сержанта Ищенко и рядового Буркова приговорить к Высшей Мере за неисполнение приказа! Приговор привести в действия 30 числа. Арестованных на выход.
Ещё минута и от них следа не было. Конвоиры увели обоих нарушителей. Остальные солдаты начали постепенно расходиться, и обсуждения среди них не стихали…
– Да уж, немку пощупали они. И мы же теперь не сходим.
– Откуда такая строгость взялась вообще? Нет бы к выговору приговорить, а они сразу за Высшею Меру взялись.
– Может ещё кто у этой Марты был?
– Вообще непонятно, как их вычислить умудрились.
– Так эти двое рассказывали, что ничего не помнят. Они добрались до её дома, постучали в дверь, а дальше – пелена!
На этом ничего не закончилось. Через несколько часов солдат собрали снова. На сей раз троица стояла связанная, да с опущенными головами. И вновь среди тех, кто у Марты побывал. Нажаловалась.
И только у старого разведчика закралась мысль в голову о том, что что-то здесь происходит. Странная слишком ситуация.
Ходили же в гости по другим, а тут прямо чёрная полоса с этой Мартой.
Узнав адрес, разведчик Семён решил действовать. Вечерком отправился к ней. Долго добираться пришлось – самая окраина города. Добравшись туда, подошёл к окошку – начал наблюдать через него за происходящим.
Там действительно оказалась немка в коротком пеньюаре, полупрозрачном. И советский солдат, сидевший на стуле и просто кивавших головой на всё происходящее.
Так, будто ничего не соображал.
А сама же женщина вилась вокруг него, продолжая что-то подливать в стакан. Буквально через 4-5 минут наблюдения, голова солдата оказалась на столе. Он отключился, а добрая немка сражу стала злой. С явно недоброй улыбкой на лице.
Кое-как перетащила немаленького мужчину в советской форме, гимнастёрку его расстегнула да ремень скинула. Спустя минуту свои волосы трепала возле зеркала. Потом посмотрела, что у солдатика в вещмешке – всё съедобное оттуда умыкнула. Да ушла быть посуду, следы заметать.
Потом Семён увидел, как она какую-то колбу прячет. А в той порошок непонятный. Прямо подпол. Трижды постучав, открылся люк. Мужик оттуда слегка высунулся, взял еду и также исчез. Да ещё и в немецкой форме.
Дальше, высунувшись в окно, она кричала и свистела. Сбежались ближайшие советские военные патрули. Солдатика подхватили после рассказа Марты да поволокли. Тогда у Семёна созрел план, как всех товарищей можно освободить от Высшей Меры.
Освобождение соотечественников от наказания
Семён пошёл прямо к командиру роты – доложил обо всём. Но тот не верил. Но из-за яростных утверждений Семёна, он всё же согласился отчитаться об этом случае наверх. Полковник в итоге согласился инициировать проверку.
В итоге, простукивая пол, обнаружили трёх немецких солдат СС. Один – дядька самой Марты, двое других – не успевшие сбежать вслед за другими фрицами. Сама же Марта, как выяснилось позже, лично знакомилась с солдатами и настаивала на встрече понятного характера. Да кто ж перед такой красоткой, уже готовой на всё, мог устоять в принципе? Вот и приходили небольшими «партиями».
В итоге этого хватило, чтобы освободить от Высшей Меры всех солдат, которых обработала Марта. Её саму и ССовцев приговорили к ликвидации незамедлительно.
Как вы относитесь к таким бесчеловечным поступкам?