Ответ на этот вопрос частично дал еще Николай Данилевский (1822-1885) в своей работе «Россия и Европа», которую Ф.М. Достоевский называл «настольной книгой каждого русского», и Андрей Паршев в своей работе «Почему Россия не Америка». И ответ это очень простой - климат. Климат – это приговор.
Россия – самая холодная страна мира. На огромной части нашей территории вообще невозможно культурное земледелие. Лето слишком короткое – сельскохозяйственные культуры просто не успевают вызревать. А в тех областях, где успевают, земледелие рискованное, так как сильно зависит от природных стихий. Не даром до «зеленой революции» в России каждый третий год был голод. И никакие политические режимы не смогут изменить это обстоятельство.
Каждая страна, как и человек, имеет свою историю и среду обитания, которые совместно определяют архетип её сознания, поведения, устройство, структуру управления. Это только последние 100 лет Россия стала превращаться в «техническую» страну. Городское население сравнялось по численности с сельским только в 1961 году, т.е. основная история нашей страны – сельская. Оттуда идут корни нашей страны, нашей истории, нашего менталитета. За два-три поколения это не изменишь.
Модель.
Урожаи в России всегда были, и всегда будут в несколько раз ниже, чем в Европе. А что это значит? Давайте представим себе на примере простой модели. Для простоты примем, что все крестьяне выращивают везде только один продукт и вся территория суши разделена на теплый Юг и холодный Север. Важным понятием нашей модельки будет минимально-необходимый уровень (МНУ) урожая на каждого крестьянина. Ниже этого уровня крестьяне будут просто умирать с голоду. Выше – это условные излишки, которые крестьянин может съесть сам, а может и продать в город, чтобы купить себе одежду, сельскохозяйственный инвентарь, инструменты, стройматериалы и т.п. Пусть на Севере из-за холодов и низкой производительности земли каждый крестьянин собирает урожай только 1,1 МНУ. Это значит, что максимум, что они смогут продавать в город, это вот эти лишние 0,1 МНУ, а следовательно, в городах не может проживать более 9% от общего населения страны. Мало городов, мало ремесленников, отсутствие между ними конкуренции, отсутствие стимула к развитию мастерства, мало образованных людей, мало профессиональных воинов (будем считать, что воины, это определенная часть горожан). Пусть на Юге крестьяне собирают урожай 3,0 МНУ на каждого крестьянина. В этом случае каждый из них сможет продавать в город 2,0 МНУ , т.е. а 20 раз больше, чем на Севере. Следовательно, и горожан на юге больше в 20 раз, чем на севере. Большое количество городского населения – высокая конкуренция между ремесленниками, рост мастерства, большое количество образованных людей, расцвет ремесел, искусств, науки, возможность содержать большое количество профессиональных воинов, которых на юге будет тоже в 20 раз больше, чем на севере. На юге даже небольшие участки земли способны обеспечить снабжение большого числа воинов. Высокая конкуренция за место под солнцем различных территорий Юга породит множество небольших, но сильных государств, воюющих друг с другом, причем государствам юга, граничащим с севером, гораздо соблазнительнее нападать на бедный и слабый север, чем на сильных и «зубастых» южных соседей. В северной же земле, чтобы хоть как-то противостоять богатым южным соседям, придется напрягать все силы, объединять как можно большие территории под единым командованием, крестьян выжимать по максимуму, только чтоб с голоду не подохли. И крестьяне будут терпеть, потому что все будут понимать, что лучше жить впроголодь, но на своей земле, по своей воле, чем быть убитым или угнанным в рабство на юг. Неизбежно образование большого, но бедного государства, основные траты которого будут идти в первую очередь на содержании армии. Например, по смете 1710 года в Российской империи войско поглощало 78% всего бюджета страны! Сильная центральная власть, объединение всех сил севера – это единственный способ выжить под натиском многочисленных и богатых соседей. При этом жизнь подавляющей части населения северной страны будет на минимально необходимом уровне, т.е. впроголодь. Покупательная способность - крайне низкая, т.к. каждая покупка означает недоедание. Как следствие, производство чего-бы то ни было не развито, т.к. очень мало покупают. Гораздо выгодней вывозить что-то к богатым соседям. Производство у южан развито гораздо эффективней, т.к. много ремесленников, конкурирующих друг с другом, а значит северяне им не конкуренты. Остается вывозить только то, что производства не требует – т.е. сырьё.
И это еще в данной модельке не учтено то, что вообще-то МНУ на Севере ощутимо выше, чем на Юге, опять же из-за суровых внешних условий. На севере без теплой одежды не прожить. В доме нужна большая печка, нужен большой запас дров, нужно просто больше запасов пищи из-за более длинной зимы. На севере даже бомж должен быть богаче, чем на юге, просто чтобы выжить. Это в Лос-Анджелесе бомжи могут жить в картонной коробке без теплой одежды круглый год – там тропический климат, а в России окочуришься в первую же зиму.
Реальность.
Разве наша простая моделька не отражает реальность в общих чертах? Посмотрите на Европу. Множество относительно не больших, но богатых государств. Средняя плотность населения Европы в наше время – 143 ч/км2. В Германии – 230 ч/км2. А в России 8,6 ч/км2! В европейской части – 27,5 ч/км2. И это сейчас, в индустриальную эпоху. А при Петре I население Российской Империи (РИ), например, вообще составляло 13 млн. человек (от 11 до 15 млн. по разным оценкам), а население маленькой Швеции, раз в 35 меньшей по площади, чем Россия - 2,5 млн. человек, при этом армии двух стран были сравнимы по численности. Мало того, поскольку содержать много профессиональных военных для нищей России было очень тяжело, основная масса воинов в самом начале Северной войны были ополченцы, т.е. крестьяне, которым раздали оружие. Военное мастерство – соответствующее. Поэтому под Нарвой, при встрече с профессиональной шведской армией Карла XII, не смотря на более чем 4-х кратное превосходство русских по численности, русские потерпели поражение. Чтобы создать профессиональную армию, Петру I пришлось выжать из народа все соки, ввести дополнительные налоги, переплавить колокола на пушки, нанять офицеров из Европы, провести целый ряд реформ, которые все тоже стоили денег. Только после этого случилась Полтава.
В мире есть другой пример северной страны, второй в мире по размерам – это Канада. В Канаде нет Путина, который по мнению наших недалёких «либерастов» виновен во всех бедах России и стоит его только убрать, как сразу у нас все будет как в Европе. Однако общие закономерности, показанные в модели, соблюдается и в Канаде. Суровые природные условия приводят к тому, что средняя плотность населения очень низкая, даже ниже, чем в России – около 4 ч/км2. Численность населения в огромной стране – 37 млн., почти в 10 раз меньше, чем в соседних США. Средняя зарплата в 1,4 раза меньше чем в США, хотя у канадцев нет никаких проблем уехать туда жить и работать. И это при том, что 80% всего населения Канады живет вдоль северной границы США, вдоль великих озер и у океана, на широте нашего Краснодарского края, т.е. в гораздо более комфортных условиях, чем большая часть населения России. Канаде сильно повезло – у неё нет агрессивных соседей. Им не нужно содержать огромную армию, иметь ядерное оружие, иметь мощную космическую программу и т.п. У них один сосед, США, под которого они полностью «легли» в политическом смысле. Населения маленькое, поэтому производимого продукта хватает. Кроме того, Канада, это не столько страна, сколько просто общежитие для «понаехавших» со всего мира. Нет у неё ни уникальной истории, ни своей духовности, ни культуры, ни традиций. Это просто территория для проживания. Если вдруг что-то случится нехорошее, люди просто соберутся и уедут жить в США. В отличии от нас. Мы здесь родились и здесь будем умирать. Здесь наши отеческие гробы, наша история, наши дети, наши внуки, наша земля… Родина, проще говоря.
Суровые климатические условия накладывают ограничения на все. Например, на психологию. Большая плотность населения в Европе неизбежно создает большое количество конфликтов между людьми, а значит и способы их решения. Поэтому европейцы – это люди закона, крючкотворы. Не важно, что скажут люди, важно, что скажет судья. В русских селах не было никаких судий. Людская молва была главным судьей. Поэтому для нас до сих пор важно, что люди скажут, а правда всегда стояла и стоит выше закона. Во времена испытаний русские всегда объединялись, потому что по-другому было просто не выжить. Низкая плотность населения приводит к малому числу контактов. Русские охотники могли месяцами бродить в лесу в полном одиночестве. Поэтому в глубине души каждого русского мужика живет Робинзон. Иногда там появляется место и для Пятницы…
Нам не нужно показное радушие - часто его просто некому выказывать, поэтому мы кажемся иностранцам угрюмыми. Мы больше привыкли полагаться на свои собственные силы. Если на Западе всегда ценились высокие профессионалы в своем деле, их было много и между ними была высокая конкуренция, то в России профессионалу только в каком-то одном деле очень сложно прокормиться – крайне низкий платежеспособный спрос. Поэтому всегда ценились «мастера на все руки», которые могли более-менее сносно делать многое. То, что называлось «и швец и жнец и на дуде игрец» (швец – устарев. портной). Длинная весна и длинная осень позволяла немецкому крестьянину работать спокойно, размеренно, продуманно, по плану, без напрягов. В России наоборот, всегда ценились те, кто умел работать «на хапок», на износ, потому что и весна и осень короткие, в любой момент могут ударить заморозки или зарядить холодные дожди. В России составлять планы - только Бога смешить. Отсюда и приверженность к штурмовщине. Отсюда же и бОльшая склонность к мистическому, потому что русский в гораздо большей степени, чем европеец, зависим от слепых сил природы, а не от собственных усилий.
В условиях высокой производительности возникает множество конкурирующих центров силы. В условиях скудости возникает один центр силы. В условиях избытка продукта рынок хорошо работает как система распределения. Рынок создает конкуренцию, конкуренция приводит к снижению цен и повышению качества продукции. В условиях скудости продукта рынок мгновенно превращается в свою противоположность – в монополию. Цены растут, качество падает, социальная напряженность растет. В условиях скудости обеспечить более-менее нормальную жизнь может только централизованное перераспределение. Не даром, когда дела были плохи, не только в России, но и в Европе вводили централизованную систему распределения. Например, после ВМВ карточную систему во Франции отменили в 1949 году, а в Англии вообще только в 1954 году. Но если в Европе — это чрезвычайная ситуация, то в России – норма жизни.
В условиях скудости произведенного продукта платежеспособный спрос населения низкий, бизнес – рискован. Единственным стабильным источником потока денег является государство. Единственным способом заработать становится возможность «присосаться» к этому потоку. Причем часто это единственный способ как для чиновников, так и для бизнеса. Поэтому по-настоящему успешный бизнес в России возможен главным образом в связи с государством.
У этой точки зрения есть критики. Они обращают внимание на то, что современная индустрия гораздо меньше зависит от суровых погодных условий, чем в крестьянской России. Чем выше уровень передела продукции, тем ниже в конечной цене продукции доля стоимости дополнительных затрат, связанных с суровыми погодными условиями. И это правда. В себестоимости автомобиля, н-р, это доля меньше, чем в буханке хлеба. Но вот беда – основные производственные мощности по производству автомобилей, тем не менее находятся даже не Европе, а в Китае. Почему? Раньше это объясняли дешевой рабочей силой. Но те времена прошли. Ныне цена рабочей силы в Китае выше, чем в России. Но тем не менее производство автомобилей в России все равно остается не выгодным делом. Почему? Есть одна в принципе не устранимая причина – огромное транспортное плечо. Производство любого сложного изделия, такого как автомобиль, это тысячи деталей, тысячи поставщиков, каждый из которых находится в разных городах. А в России затраты на доставку всегда будут на порядок больше, чем в Китае или в Европе. И причина та же – низкая плотность населения, от которой никак не уйти. Но и это еще не все! Всем известно, что себестоимость продукции тем ниже, чем больше тираж изделия. В Китае населения в 10 раз больше, чем у нас, а значит свой собственный огромный внутренний рынок потребления. То, что производится в Китае, во многом там и потребляется, а то, что вывозится, вывозится морем, а морские перевозки на порядок дешевле железнодорожных. Если представить себе два одинаковых огромных автомобильных завода у нас и в Китае, то если в Китае только 20% от производимого будет идти на экспорт, то в России придется вывозить все 95% и вести готовую продукцию придется через всю страну, тысячи километров. Причем если в Китае основное население сосредоточено около океана, там же производство и основные потребители (плотность населения Восточного Китая более 400 ч/км2), то у нас производство и основные потребители расположены в европейской части страны – тысячи километров до основных потребителей и морских портов. Все это означает, что такой гипотетический завод, даже если он возникнет в России, очень быстро разорится. Причина все та же - низкая плотность населения плюс громадное транспортное плечо.
Правда, последние 20 лет появился вид деятельности, для которого и транспортное плечо вообще не имеет значение. Это все, что связано с интернетом и компьютерами. Но и тут ничего хорошего для России. Вот были у нас такие братья Игорь и Дмитрий Бухманы в Волгограде. В 2004 году основали компанию по производству компьютерных игр Playrix. В 2022 году эта компания оценивалась в $8.1 млрд., а личное состояние каждого из братьев оценивалось в $1.4 млрд. 30 филиалов компании по всему миру. Молодцы ребята. Сами с нуля создали компанию, не воровали госсобственность, не использовали природные ресурсы… Только светлые головы и компьютер. Можно только приветствовать. И чем кончилось? Уехали в Ирландию. И проблема вовсе не чиновниках, взятках или бандитах, как кто-то мог бы подумать. Все просто: на Россию приходится 2,8% оборота компании, а на США и Европу по 40%. Ну и что им тут делать, скажите мне пожалуйста? Бизнес то контролировать надо, или рано или поздно его начнет контролировать кто-то другой. А контролировать его проще всего там, где наибольшие обороты. И причина всё та же – относительно небольшое население России и низкая покупательная способность.
Так что, как не крути, Россия всегда жила, живет и будет жить беднее, чем на Западе. Но беднее не означает, что плохо. В России всегда сильная пирамидальная структура управления будет эффективнее западных либеральных схем. Это не значит конечно, что данное утверждение оправдывает пороки этой власти, что её не надо критиковать или не надо пытаться её реформировать. Это не значит, что это как-то оправдывает воров или взяточников. Просто нужно ясно себе понимать, что мы должны строить эффективную сильную именно централизованную власть, способную защитить нашу страну и наш бизнес от внешнего врага, а западные модели управления в России работать не будут.