Мой сын увидел в автобусе бабушку, на плече которой была выбита татуировка.
- Мам, мам, смотри! У бабушки татуха набита! Во дела! – закричал Сашка на весь автобус.
- Так, во-первых, потише. Во-вторых, не татуха, а татуировка. – строго сказала я и заметила, что бабушка продвинулась сквозь толпу и встала как раз возле нас с сыном. – А в-третьих, уступи-ка бабушке место, сын.
Мой десятилетний сын, несмотря на его бесцеременность (весь в меня), а может и детскую непосредственность, был добрым мальчуганом, любил уступать старшим и любил с ними поболтать.
Когда бабушка села на освобождённое для неё место, Сашка тут же, безо всякого стеснения, начал свои расспросы:
- Бабушка, а почему у вас на плече татуировка? А разве татушки можно бабушкам набивать? А что это за цветок , как он называется?
- Саша, - укоризненно посмотрела я на сына, - как не стыдно приставать с расспросами! Такие вопросы некрасиво задавать, это слишком личное.
- Ничего, - улыбнулась седовласая старушка. - Пусть спрашивает. Это же ребёнок. Ему всё интересно, так и должно быть.
Как же приятно выглядела эта пожилая женщина! Густые седые волосы были собраны в красивый пучок, глаза были светло-голубыми, добрыми, вдумчивыми - она словно вышла из старых фильмов Хичкока.
- Моя история невеселая. Но если тебе интересно, я расскажу,- сказала бабушка моему сыну.
Тот закивал: - Еще как интересно! Очень-очень.
- Ну тогда слушай и не перебивай . Когда я была подростком, летом родители часто увозили меня на Кавказ. Там жили родители моего отца, мои бабушка с дедушкой. Я любила проводить время в горах. Там я чувствовала себя свободно и спокойно. Когда мне было 16 лет, в горах я познакомилась с юношей. Он тоже часто уединялся среди гор, играл на гитаре, писал собственные песни. Мы с ним сразу нашли общий язык. Мы часто подолгу беседовали вдвоем, глядя на выличественные горы и мечтая. Артур – так звали этого юношу – предлагал мне сбежать вдвоем и поселиться в каком-нибудь горном ущелье. Он часто звал меня то по аулу погулять, то с моими родителями познакомиться. Я отвечала, что мои родители запрещают мне общаться с мальчиками и единственное место, где мы можем видиться - на природе, где нет людей и нет возможности увидеть моего отца и мать. Артур обижался и ворчал про себя, что «ему вот никто ничего не запрещает».
Пришло время моего отъезда, и накануне вечером мы с Артуром сидели среди камней на теплом одеяле и планировали, как нам организовать встречу втайне от родителей. Ничего путного мы так и не придумали, ведь чтобы встретиться, либо мне нужно было ехать из Петербурга на Кавказ, либо ему – в Петербург.
Затем Артур сказал: «Нина, я бы хотел сделать тебе подарок. Но какой – не могу придумать. Что бы тебе такое подарить, что осталось бы на память?»
Я обвела взглядом место, где мы сидели, и остановила взор на очаровательных цветках, растущих на одном из выступов горы. Росли они низко, но всё же нужно было до них добраться вверх по склону. Цветы эти назывались «каменная роза». Есть у них и второе название «молодило». Говорят, они обладают омолаживающими свойствами. Я давно уже на них поглядывала – они казались мне такими неприступными и прекрасными, что глаз трудно было отвести.
«Подари мне воон ту каменную розу», - указала я на горделиво растущие холодные цветы.
Артур подумал с полсекунды, затем сказал:
«Хорошо. А ты сделай мне вот какой подарок: сделай что-нибудь такое, что тебе бы запретили твои строгие родители».
«Но что?» – удивлённо спросила я. Мне совсем не хотелось делать что-то наперекор отцу и матери, ведь они могли и наказать.
Артур откинул красивую светлую челку со лба и ответил: «Не знаю…Придумай что-нибудь!»
Я так ничего и не придумала, и Артур решил, что даст мне еще немного времени поразмыслить, а сам пошел в сторону горного выступа, на котором росли цветы.
Когда он подошел к подножию, он не сразу полез вверх, а какое-то время собирался с мыслями. Я видела, что он волнуется и никак не может решиться. Видя его смятение и оценив высоту склона, я наконец начала соображать, что моя прихоть может стоить ему жизни. Тогда я громко и решительно крикнула: «Артур, я передумала! Мне не нужны эти цветы! Я придумала другой подарок! Уходи оттуда».
Но Артур воспринял мои слова как страх за него, чем, собственно, они и являлись, и сразу после этих слов он полез вверх. Я сорвалась с места и тоже побежала к подножию.
Артур забирался очень шустро, но я видела, как его ноги то и дело скользят. Когда он почти добрался до склона, я шумно выдохнула с облегчением, но именно в этот момент его ноги вновь соскользнули, он попытался удержаться, но не смог, и на моих глазах он полетел вниз.
Тогда в 16 лет у меня появились первые седые волосы.
Старушка умолкла и опустила взгляд вниз. Сашка, мой сын, смотрел на нее широко открытыми глазами и тоже молчал, ожидая продолжения. Затем не выдержал: - Неужели…неужели Артур погиб?!…
- Нет, - чуть улыбнулась женщина. – Он остался жив. Когда я поняла, что он не может встать, я побежала в аул к родителям, бабушке и дедушке, по дороге крича и прося всех, кого вижу, о помощи. Родители вместе с толпой народа ринулись в горы, следуя за мной – я должна была показать им место.
Мы добрались до подножия и нашли Артура – он лежал всё так же неподвижно, но был в сознании. Его погрузили на что-то похожее на носилки и понесли до ближайшей больницы.
Примерно месяц он находился в больнице. Я часто навещала его, и не было минуты, когда бы я себя не корила за свою роковую ошибку.
Мой отец, узнав о том, что я тайно встречалась с парнем в горах, был против моего общения с ним. Он позволил мне находиться рядом с Артуром, пока тот восстанавливался, но как только он встал на ноги, меня увезли домой в Петербург. Родители Артура, в свою очередь, тоже возненавидели меня, узнав от меня же, как всё произошло. Они недвусмысленно намекали мне, чтобы я как можно реже показывалась на глаза их сыну.
Вернувшись в Петербург, я вспомнила, что так и не выполнила просьбу Артура - так и не сделала того, что бы мне запретили родители. Тогда в знак протеста всему и всем, я пошла в тату-салон и набила татуировку с каменной розой, за что вечером того же дня получила смачную пощечину от отца. Мама укоризненно смотрела на меня, но ничего не говорила.
А спустя два года я вышла замуж.
О, друзья мои, кажется, это моя остановка.
История так впечатлила нас, что мы с сыном не сразу сообразили, что нам тоже выходить на этой остановке.
- Спасибо вам. Большое спасибо, что поделились такой необычной историей, - сказала я бабушке, когда мы втроем пробирались к выходу.
На остановке стоял седовласый мужчина, возраста примерно нашей спутницы. Я вдруг поняла, что он встречает ее из автобуса. Он подал ей руку и улыбнулся, по-доброму ворча с чуть заметным кавказским акцентом: - Нина, сколько можно ждать?! По-моему ты ехала не на автобусе, а на горном осле!
- Артур, дорогой, тогда почему у тебя до сих пор не болит спина? – смеясь, произнесла женщина, нашла нас взглядом, подмигнула и скрылась с мужем из виду.