Периодически попадаются анекдоты про воспитание методом невмешательства. Читая их, вспоминаю целую серию непридуманных анекдотов из собственной жизни и про своё воспитание. Меня как будто воспитывали методом активного вмешательства во всё сразу.
Это была такая школа экстраверта со злободневной темой «Умру, но приму участие во всём».
Так как я была крайне активным ребёнком, и от моих «Почему?!» и «Как правильно?!» пухли уши всей парадной и ещё нескольких в придачу, бабушка всё время старалась меня чем-то занять, чтобы немного отдохнуть. Ну и заодно чтобы переключить моё желание стать, например, лётчицей-испытателем или, на худой конец, монтажником-высотником, как в песне, в более мирное русло. У моей семьи было много забот, которых я не понимала, и поэтому было ужасно интересно попасть туда, куда не пускали.
Например, когда меня достали из-под собиравшегося уезжать по делам соседского Москвича, я искренне не понимала, почему все такие бледные и нервные. Я же просто хотела посмотреть снизу, как выходит дым из выхлопной трубы.
А когда я пыталась пойти на рыбалку с соседскими мальчишками, меня не взяли, но дали поиграть обычного живого рака с большими клешнями. Рак был неинтересный, и я посадила его на плечо соседке, которая часто говорила гадости про мою бабушку. Я-то хотела её просто напугать. Кто же знал, что рак цапнет тётю Дусю за мочку уха, и эта глупая бабка побежит после в больницу делать 40 уколов от бешенства….
Чтобы вмешаться в мою неудавшуюся интеграцию в социум, дедушка решил, что гулять одной мне вредно. Он стал запираться со мной на балконе и чинить радиоприёмники. Это было невероятно увлекательно – столько запретных мелких деталей, запах припоя, дедушкины запотевшие очки… Когда ему надоело, мне – нет. Я нашла отвёртку и открутила ей все болты от крышки нашего чёрно-белого телевизора. Но посмотреть, как в этом маленьком ящичке умещаются все эти тёти, дяди и Хрюша с Каркушей в придачу мне не дали.
В комнату вошла бабушка, отобрала у меня отвёртку и сдала на руки дедушке с просьбой держать колюще-режуще-отвинчивающие предметы от меня подальше. Дедушка хмыкнул, почесал отвёрткой затылок и выдал мне старый сломанный будильник и другую отвёртку. После чего сказал: «Починишь – выпущу с балкона» и закрыл подальше от телевизора.
Будильник я разобрала минут за 10. Внутри него была липкая паутина и навсегда запутавшийся в ней дохлый таракан. Это было странно, т.к. тараканов у нас дома не было. Я брезгливо выкинула мертвое насекомое, достала дедушкину заначку из-под старого матраса и старательно, прямо как он сам, протёрла водкой все детали, которые успела открутить. Больше из будильника доставать было нечего, поэтому я собрала детали обратно и закрутила крышку. А потом завела механический будильник, так как наверху было нарисовано, что колесико надо повернуть по стрелочке. Уж чинить-так чинить.
Часы затикали, а меня позвали обедать, так как пробило 2 часа дня. Казалось бы, все забыли про телевизор и меня даже не лишили варенья. День прошёл спокойно. Но в 2 часа ночи всех поставила на уши настоящая сирена. Бабушка с дедушкой минут 15 бегали по квартире и под стук соседей снизу, сверху и сбоку искали источник шума. Наконец, дед вспомнил про будильник, а я про таракана. И когда источник шума был ликвидирован, я гордо сообщила, что в поломке был виноват таракан, которого я выкинула под матрас, и значит разобралась в поломке.
Я только забыла сказать, что таракан был мёртвый. Но было поздно. На балконе велись поисковые работы с фонариком под бабушкины причитания о вредоносных насекомых и помоечные будильники. Таракана так и не нашли. Зато дедова чекушка была торжественно изъята в воспитательных целях. А меня приговорили к возвращению маме из рук в руки.
На следующий день я ехала в троллейбусе и меня ужасно мутило, как и всегда в общественном транспорте. И чтобы отвлечься, я запела что-то народное. Так как слуха и голоса у меня совершенно не водилось, окружающие начали возмущаться и требовать успокоить ребёнка.
«Вы что, не видите?! Ребёнку плохо! Пусть поёт….» - сказала бабушка. И по её лицу я поняла, что она даже немножко рада разделить обладание мной со всем остальным миром.
Стыдно за это поведение мне стало уже намного позже. А в тот момент я пела, не хотела к маме, у которой никогда не было отверток, старых будильников и чёрно-белого телевизора. Троллейбус ехал, и плохо в нем было всем, потому что наушники в СССР были большой роскошью….
На фото я немного моложе описанного периода.