Во времена моей юности молодежь делила себя на субкультуры: эмо, готы, панки и другие. Я принадлежала к эмо - косая черная челка, полосатая кофта, яркие значки и дикий интерес к теме смерти.
Нашу компанию, как и в субкультуру в целом, постоянно высмеивали. Мол, мы все суицидники. Отчасти это было так, но именно поэтому мы и объединились. Мало кто мог похвастаться хорошими родителями и вообще успехами. Так что процент эио, покончивших с собой, был огромен. Но мы не считали это чем-то страшным. Я, кстати говоря, в свои 14 ни разу воочию не видела смерть, не была на похоронах. Потому я, увлеченная эмо-культурой и обиженная на весь мир, страстно желала знать, как это - умирать. Я запоем читала детективы, страшные истории, гуляла по кладбищу и отыскивала ролики в интернете, где запечатлена смерть. А когда мне в руки попал учебник по вскрытию трупов, я решила: буду патологоанатомом! Ведь это так интересно - знать, от чего и как умер человек, какое у него было лицо, когда он встретил старуху с косой. А эта мрачная атмосфера морга ... Красота!
Сейчас, когда мне чуть за 30, я вспоминаю те годы и с теплотой ( все же ностальгия по юности) и ужасом. Во-первых, я и представить себе не могу, если бы мой ребенок вел себя так же, как я. Моим родителям было плевать, где я и что я, а уж тем более на то, чем я интересуюсь. А во-вторых, мне жутко от того,что я натворила в том возрасте. Забегая вперед, скажу, что я до сих пор расплачиваюсь за свои грехи, но стараюсь их отмолить,"загладить" добрыми делами.
Мое увлечение темой смерти набирало обороты. Но только вот исполнить главную мечту - побывать на похоронах - все же не получалось. А тут у моего приятеля из компании, Игоря, умерла бабушка. Она долго болела и скончалась прямо у него на руках. Игорь был в шоке. Он тоже любил порассуждать о смерти и не видел в ней ничего ужасного. Но кончина любимой бабули подкосила его. Так как мы жили по соседству, я решила пойти на похороны и самой посмотреть, как выглядит труп. Но не тут-то было. Бабушка Игоря была уважаемым человеком. Казалось, что на прощание пришел весь город. Меня, худенькую мелкую девчонку, едва не задавили. Я не то что труп, даже гроб не видела. Я пришла домой в полном разочаровании. Пьяная мать накинулась на меня с какими-то тупыми обвинениями, а не менее пьяный отец вдруг решил заняться воспитанием. Под бубнеж матери он меня хорошо отлупил ремнем, так и не объяснив, за что. А потом родители, выполнив свой долг, ушли на кухню праздновать дальше.
Боль, обида и ненависть закипели во мне, словно лава в вулкане. К тому же я и так была расстроена. В сердцах я выругалась: "Хочу, чтобы все сдохли! Все, кто меня окружает! Ненавижу вас всех! Сдохните!" Помню, что эти слова я будто адресовала всему миру, направляла в каждое воображаемое окно, в каждую машину. Мне казалось, что все виноваты в моей несчастной жизни, а раз так, то заслужили мучительную смерть! Едва я высказалась, мне полегчало. Даже почудилось, что все не так уж и плохо. Промыгнув мимо предков, спавших в пьяном угаре, я убежала на улицу, встретилась с друзьями. Мы обожали сидеть в заброшке. Пацаны притащили популярный тогда слабоалкогольный напиток, мы пускали бутылку по кругу, делая по глотку.
Ванька, самый младший из нас, тоже просил присоединиться, но ему отказывали: "Маленький еще!" Но Ванька выхватил бутылку, жадно отхлебнул и торжествующе заулыбался. Внезапно, прямо на наших глазах, его лицо, губы и нос стали расплываться, словно бы их накачивали насосом. Ванька хватал ртом воздух, упал наземь, описался и бешено вращал глазами. Мы поняли, что он не шутит, впали в ступор и не знали, что делать. Кто-то догадался вызвать скорую, но оператор, услышав детский голос, отказался присылать бригаду. А Ванька уже не подавал признаков жизни. До нас стало доходить. Все, как по команде, ринулись прочь из заброшки. Не сбежала только я и подружка Тома. Она сказала, что пойдет за помощью, и я осталась один на один с трупом. Мысли крутились в голове: я так мечтала увидеть смерть! Но нет в ней ничего красивого и привлекательного, как я думала. Вон, Ванька лежит в собственной луже, отекший и опухший. Тогда я даже не думала, что в его гибели виновата я. Да, у Вани случился анафилактический шок,но его смерть позвала я.
Следующей жертвой стал мой отец. Он тоже умер у меня на глазах. Он уснул лицом в тарелке. Привычная картина. Но только в этот раз его стошнило, и он захлебнулся в собственный рвоте. Я застала его уже в предсмертных конвульсиях. Мать после этого винила во всем меня, запила еще сильнее. В пьяном угаре, изрыгая проклятия в мой адрес, она выскочила на улицу и куда-то побежала. Каким-то образом она оказалась на ж/д путях (это достаточно далеко от дома). Итог - маму по частям собирали еще несколько дней.
Под опеку меня взяла тетя. Но едва она переехала ко мне, как стали умирать соседи. Одного фура сбила, второго в лесу одичавшие собаки загрызли. Третьи на даче угорели. Четвертые, пятые, десятые... В каждую квартиру в нашем доме заглянула смерть. Тетя вздыхала: "Будто кто призвал костлявую! Я однажды сталкивалась с таким. Дед со мной по соседству жил, весь мир ненавидел и каждому встречному смерти желал. Все сбылось - несколько десятков человек похоронили. Причем знаешь, что самое интересное? Те, кого дед больше всех ненавидел, умерли самой ужасной смертью. Вот и сейчас похожая картина. Неужели у вас кто такой же живет?"
До меня стало доходить. Я поняла, что виновница всех этих смертей я. И да, умерли те, к кому я совсем не испытывала симпатии. Ваньку я терпеть не могла, потому что он, несмотря на возраст, был озабоченный и постоянно норовил облапать. С родителями у меня никогда не было тесного контакта, но я к этому относилась нейтрально. А после того как они стали меня унижать и бить ни за что, я их возненавидела. Все погибшие соседи так или иначе сделали мне больно. Один едва не изнасиловал, когда мне было восемь лет. Второй постоянно издевался над моим стилем одежды и прической. Третьи обвиняли во всех смертных грехах за то, что у меня родители пьющие. И так далее. Но даже тогда я не считала, что сделала плохо. Скорее наоборот. Однако смерти я больше никому не желала. Но стоило человеку меня обидеть, и он через какое-то время умирал. Страшно, мучительно или долго.
Только с возрастом я начала осознавать. Увлечение смертью я променяла на увлечение жизнью. Я уверовала во Христа, поняла, какой грех, точнее, грехи на мне. Всеми силами я хочу искупить это, не останавливаюсь ни перед чем, в смысле не брезгую никакой работой. Я стараюсь спасти от гибели других. Помогаю животным, отдаю деньги на лечение больных детишек. Самой тяжелой проверкой была ( да и есть) работа в ковидном госпитале с начала пандемии. Видимо, простил меня Бог. Несмотря на огромную смертность от этой болезни, в мою смену еще никто не умирал...
Дорогие друзья. Если вам понравилась статья - пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь на канал. Спасибо вам огромное!