Стоять на трассе жарко и душно. Дорога - многополосный хайвей. Не помню, была ли она настолько широкой в Кито, как здесь, в какой-то паршивой Мачале. Навстречу бредут четверо. Пыльные, усталые, темные люди с баулами и рюкзаками, с двумя поролоновыми матрасами и парой собак. Венесуэльцы - молодой парень с девчонкой в сексуально обтягивающих рефленую венесуэльскую попу лосинах, и пожилая чета. Вещей настолько много, что люди не могут перенести все за один раз - двигаются медленно, от места к месту. Они сворачивают на автомобильной развязке и останавливаются прямо на въезде на магистраль. Отдыхают пока я размахиваю рукой. И, о чудо: тормозит камьон! Пока бегу разговаривать с водителем, краем глаза вижу, что венесуэльцы обвешиваются вещами и тоже мчатся к грузовику. Водитель машет рукой назад, мол, иди в кузов. Кузов закрытый, пустой, но страшно пыльный. Делать нечего - заползаю внутрь, падаю в пыль и забиваюсь к дальней стенке - лучшее место. Венесуэльцы добегают и спешно начинают закиды