Пор'ла'канас замечает мой взгляд, покидает Полковника и Ориеля и шествует ко мне.

Пор'ла'канас замечает мой взгляд, покидает Полковника и Ориеля и шествует ко мне.

— Разве это не прекрасно? — спрашивает он, глядя на пол. Под своей тяжелой робой я поеживаюсь, не особо радуясь тому, что впервые привлек его безраздельное внимание.

— Но их едва видно, — говорю я, слегка перенося вес тела так, чтобы оказаться чуточку дальше от чужака.

— Это особенно прославленная школа искусств в нашей империи, — объясняет гид, — их произведения требуют к себе внимания и тщательного изучения. Они помогают размышлениям и успокаивают нервы.

Черта с два они успокаивают мои нервы, думаю я про себя, осмеливаясь бросить умоляющий взгляд за спину Пор'ла'канас на Ориеля и Полковника. Инквизитор слегка хмурится, после чего зовет переводчика по имени. Тау неглубоко кланяется мне и затем устремляется обратно. Я облегченно вздыхаю и улыбкой благодарю их.

— Ни на йоту не доверяю этим жутким ублюдкам, — шепчет мне Трост, стоя ко мне спиной и немного повернувшись в мою сторону. Глазами он следит за тау.

— Я тоже, — соглашаюсь я, — не вздумай ничего делать, просто держи свой рот на замке, а уши пошире.

— Ничто в галактике Императора не заставит меня по собственному желанию разговаривать с этими уродцами, — с чувством отвечает он.

Из ниоткуда раздается звон колокольчиков, и за исключением Пор'ла'канаса все ошеломлены. Диафрагма двери открывается и Эль'савон — капитан, — появляется еще с четырьмя тау. На них похожие парящие одежды, в которых они были на церемонии приветствия. Пор'ла'канас представляет их — еще более причудливые и непроизносимые имена — и мы рассаживаемся за столом, без какого-либо порядка.

Пор'ла'канас переводит пару любезностей капитана, после чего информирует нас, что путешествие через варп протекает по расписанию, и что управляемая дронами капсула была отправлена на Ме'лек, дабы наверняка предвосхитить наше прибытие. Он спрашивает, удовлетворяют ли нас условия в наших комнатах, ну и так далее. Пока он говорит, один из тау встает и идет к еде, наполняя овальную тарелку различными фруктами. Мы все провожаем его угрюмыми взглядами.

— Что-то не так? — спрашивает Пор'ла'канас, заметив наше недовольство.

— Ну, мы ожидали чего-то более, э, формального, — говорит Таня, вспоминая, что она должна быть вроде как смотрительницей группы, — Имперский командующий не привык, когда подчиненные позволяют себе есть до него.